Отец вздохнул и тихо сказал, оглянувшись на дверь.
— Мама переживает, хотя и не умеет признавать, что была не права. Ты уж потерпи сын, если ей захочется тебя повоспитывать. Она, по-моему, и вправду разболелась от страха тебя потерять.
— Пааап, — укоризненно протянул Влад. — Да понимаю я всё, что ты со мной, как с маленьким?
Они замолчали, потому что появилась Елизавета Сергеевна. Всё ещё испытывая некоторую скованность, все сели за стол. Влад тайком наблюдал за матерью. Да, она выглядела неважно, под глазами пролегли тени, лицо было бледнее обычного. Эх, мама, мама… Как же она не понимает того, что давно пора дать ему возможность самому строить свою жизнь?
Они подняли первый тост, выпили настоящего грузинского вина, которое привёз Влад. Потом, немного смущаясь, он достал подарки. Отец, как ребёнок, обрадовался книге, он давно искал этот сборник стихов ещё дореволюционного издания.
— Лиза, — спросил отец. — Что же ты не посмотришь, что подарил тебе Влад?
Елизавета Сергеевна раскрыла футляр, подняла на Влада глаза.
— Спасибо, дорогой, — улыбнулась она. — Право слово, тебе не стоило тратиться. Я ведь мало где бываю…
— Мамочка, — укоризненно воскликнул Влад. — Это дело поправимое. Давай я приглашу тебя в театр?
Матушка словно не расслышала, разглядывая на ладони камни, сказала задумчиво:
— Хотя, может быть, и имело смысл принять приглашение Ирины Николаевны, — Елизавета Сергеевна подняла на Влада глаза. — Мы ещё можем успеть, — сказала она, оживляясь. — Ты ведь не откажешься, мальчик мой, сопровождать свою стареющую мать?
— Мама, — Влад покачал головой. — Что ты опять придумала?
— Да боже мой, ничего! — расстроено произнесла Елизавета Сергеевна. — Почему тебе везде чудятся козни? Мы так редко бываем вместе!
— Не лучше ли… — начал Влад, но отец под столом толкнул его ногой, и мужчина осёкся. Что ж, раз мир в семье требует таких жертв, придётся пожертвовать вечером ради матери. Пусть она немного успокоится. Он ничуть не сомневался, ради чего задумывался этот семейный выход. Оставалось надеяться, что Олечка со своей матушкой не подстроят Владу ситуации, после которой у него останется один выход — жениться.
— Во сколько начало? — спросил Влад, и Елизавета Сергеевна просияла.
Глава 9
…Алёна вернулась в город около 11-и утра. Добравшись до своего дома, девушка долго звонила, пока из-за двери не донёсся недовольный и какой-то придушенный голос Любы.
— Открывай, Любаш, — поторопила Алёна. — Здесь холодно!
— Алёнка? Ты откуда взялась? — Любаша покраснела и мялась в дверях, потом сказала шепотом. — У меня Витя…Ты…приди чуть позже?
Алёна нахмурилась.
— Ну, хорошо, — сказала она после секундного раздумья. — Ты сумку мою занеси. А это я с собой возьму.
Взяв пакет, Алёна направилась к лифту.
До дома Влада девушка добралась без проблем — она хорошо помнила, как они ехали. У подъезда Алёна на минуту остановилась. Не очень-то ей хотелось видеть эту сушёную воблу — матушку Влада, но что поделаешь, надо исправлять то, что Алёна натворила в прошлый раз. И всё же заставить себя войти в подъезд оказалось намного труднее, чем она думала. Алёна вдруг поняла, что боится увидеть Влада. Сегодня праздник, и он вполне может быть у родителей. Помедлив мгновение, девушка всё же набрала номер квартиры. Ей казалось, что прошла целая вечность, прежде чем женский голос, от которого у неё ухнуло вниз сердце, суховато ответил: «Да». Она растерянно молчала, вдруг поняв, что не знает ни имени, ни фамилии матери Влада.
— Вас не слышно! — немного раздражённо произнесла женщина, и, поняв, что она сейчас отключится, Алёна выпалила:
— Я принесла вам пастушку!
— Какую… — начала мать Влада, и вдруг споткнулась. — Пастушку? — переспросила она недоверчиво. — Послушайте, что за шутки? Кто вы?
Алёна переступила, покосившись на идущего к подъезду мужчину.
— Я Алёна, — покорно сказала она.
— Уу ти какааая, — протяжно произнёс подошедший. Глаза у него были весёлые и пьяные. — Алёёна? — он приложил ключ, открывая подъездный замок, и предложил. — Ну, входи, цыплёночек?
— Спасибо, — растерянно поблагодарила она. Всё получалось по-дурацки. Алёна так и не поняла, впустят ли её в квартиру. А ещё и этот тип, буквально поедающий её глазами. А что, если он начнёт приставать к ней в лифте? Ладно, не барыня, до шестого этажа дойдёт и пешком.