К сожалению, времени на ожидание реакции со стороны начальства у меня попросту не имелось. Так что, я спешно засеменил ножками, перебегая вниз по склону от дерева к дереву, чтобы иметь возможность тормозить ударом плеча о ствол.
Наконец, из трубки раздался голос Пимико.
— Продолжай.
— Нет времени продолжать, Пими-тян! — злобно рыкнул я, когда впечатавшись в очередной ствол, вдруг осознал, что случайно выронил изо рта сижку. — Меня сейчас порвут на тысячу маленьких Юки! Я сейчас между злой маньячкой-сатанисткой-возможно-ведьмой и полицией зажата! ХП — нет, оружия — нет, транспортное средство я спустила с горы!
Я как-то забыл в тот момент про развешанные по всему телу ритуальный кинжал и мясницкие крюки. Просто потому, что так работал мой геймерский мозг: если нечто не подходит под максимально прокачанные характеристику или навык, оно частью арсенала не считается.
— Населена роботами, — поддакнула императрица. — Может, ты не будешь орать так громко, чтобы на тебя не вышли преследователи?
— Ты лай слышишь? — прошипел я в трубку. — Я могу быть тише мыши, всё равно меня найдут. Местное шавло ломает весь стелс.
Тем не менее, я всё же стал говорить тише, не словом, но делом показывая, что согласен с доводами начальства. Впрочем, показать серьёзность вопроса стоило.
— Забери меня отсюда, Пими-тян, — сдавленно пропищал я. — Что хочешь сделаю. Могу в пузико поцеловать.
— Ксо-о-о, — устало протянула собеседница. — Меня же родители будут ругать.
Тем временем лай зверушки стал громче. И словно бы его мне было мало, к нему прибавился вой полицейских сирен. Вообще, полицаи в играх редко стеснялись шуметь по ночам: недовольство невыспавшихся НПЦ имело какое-то значение только во всяких градостроительных симуляторах, а вот удобство игрока, который независимо от времени суток должен иметь возможность ориентироваться в происходящем, было куда важней. Не говоря о том, что большая часть массовки, в целях экономии ресурсов, уже через пять минут скажет “это просто ветер” и пойдёт дрыхнуть дальше.
— Пими-тя-я-ян, — протянул я, прыгая с очередного, чересчур уж крутого обрыва, чтобы за счёт навыка акробатики погасить урон от падения. — Меня сейчас убьют. И я не могу гарантировать, что второй раз книга будет находиться в том же месте: я даже не уверена, что на самом деле внутренности дома не были сгенерированы специально для нас. Позязя. Я те спинку почешу, только забери меня.
— Агрх, ладно, — рыкнула императрица. — Я заберу тебя. Ты где?
— Где-где? В ксо по самое горло, — ответил я.
— Конкретней, — раздражённо потребовала начальница. — Где именно находится эта куча ксо?
Я остановился и огляделся в поисках каких-либо ориентиров. Благо, стоя на холме, имел возможность увидеть чуть больше. В том числе моему взгляду открывались изгибы улиц и переулков, сверкание проблесковых маячков полиции во тьме, и моцик Рики, валяющийся на бочку у самой дороги.
— Я отсюда вижу парк. Отлично просматривается со всех сторон. Плоский, как DFC. В душе не представляю, как он зовётся, но я пырю на него с холма. Короче, позвони Рике, выясни, чё как. У меня сейчас нет времени наводить тебя конкретней: зажимают, сил нет. Надо мчать. Буду кружить в том районе. Будете на месте — созвонимся.
— Вот ты нагл…
Я не дослушал, что говорила императрица. Потому как времени у меня действительно не было: лай хтонической псины слышался чересчур уж близко.
Глава 39. Особо стервозна!
Я оттолкнулся от дерева и просеменил вниз по холму, к самому мотоциклу, бросив книгу на землю, вцепился обеими руками в спасительное транспортное средство. Выглядел бедолага довольно хреново: целых зеркал не осталось, длинные царапины на краске и вмятины на бензобаке. Сам железный конь не дымился, но что-то мне подсказывало, что система повреждений техники тут отличалась от ГТАшной: меньше взрывов, больше унылых вмятин и восстановления техники при помощи гаечного ключа и японского недомата.
Я поспешил проверить, на ходу ли техника. Тут способ был простой: если магнитится колёсами к горизонтальной поверхности, значит всё ещё воспринимается системой как транспорт. И, мне повезло.
Довольный собой я пихнул книгу в багажник и уселся за руль. Ключ всё ещё торчал в замке зажигания, а вот движок не тарахтел.
Я поспешил завести мотоперку. Та лишь покряхтела немного и отказалась подчиняться.
Я попытался снова. На сей раз кряхтение больше напоминало насмешку. Точно бы двуколёсный злорадно ехидствовал относительно того, что я, такой-сякой, так плохо с ним обошёлся, но всё равно прибежал при первых же признаках угрозы.
Ксо! Шавло было уже где-то рядом.
Я бросил взгляд в сторону тёмного пространства меж деревьями и провернул ключ в третий раз, молясь богу рандома, напоминая ему, что было бы глупо спасти меня тогда, когда я летел с горы, и погубить сейчас. Великий повелитель случайных чисел внял моим мольбам и повелел мотоциклу завестись. Движок послушно затарахтел.
— Ха! Ю-тяма на коне! — выскинул я руки к небесам и, зажав передний тормоз, начал раскручивать заднее колесо, чтобы пободрей стартануть с места и, подскочив на удачно примеченной ранее кочке, перемахнуть через оградку прямо на проезжую часть.
В этот момент из темноты выскочила мерзкая рыжая сосиска и, широко раскрыв зубастую пасть, рванула прямо к моей ноге.
— Не сегодня! — весело выкрикнул я и отпустил тормоз.