Несколько секунд молчания и шуршащих бумажек.
— Всё верно.
Я вновь протянул руку через плечо.
Ничего не произошло.
Я призывно пошевелил пальчиками.
Ничего не произошло.
Я нахмурился.
— Рьюга, ты уже заслужила двадцать плетей, и заслужишь ещё больше, если деньги немедля не окажутся в моей руке.
Тяжёлый вздох. И вот, я ощутил подушечками пальцев шуршащую плотную бумагу. Недолго думая, я демонстративно запихнул наш законный заработок в декольте, что встретило одобрительное носовое кровотечение многих участников представления и зрителей.
Наконец я отпустил ухо Хансо. Тот поспешил сделать шаг назад и потереть место, которое в реальной жизни должно было болеть.
— Ну что? Какое у нас во-первых?
— Во-вторых! — хлёстко перебил я мецената. — Когда, как и в какой именно ситуации вы распускаете руки, решаем мы: госпожа Юки, — коснулся я своей груди, а затем жестом указал на каждую из своих подруг, — помощница Рьюга и мерзкая сестрёнка Рьюги…
— Эй! — возмутилась мерзкая братишка Ками.
— Даров! — беспечно махнула донатерам Пимико.
— Обращаться к нам можно только так и никак иначе, — невозмутимо продолжал я. — Если мы что-то говорим, вы это делаете. Хорошие мальчики получают посладушку, а плохие — наказание. Решение о том, как долго будет длиться свидание и как далеко оно зайдёт, тоже принимаем мы.
Хансо прикрыл лицо рукой.
— Что-то я начинаю сомневаться в этой затее.
— Сомневаться запрещено! — уверенно вздёрнул я носик. — Ты! — мой палец указал на самого крупного из донатеров, которого, как я успел узнать, звали Ксяхоу Дан. — Накажи его подзатыльником!
Мой указ оказался тут же исполнен, причём с охоткой и воодушевлением.
— А мне нравится! — прокомментировал своё веселье здоровяк. — Хороший тамада! И конкурсы прикольные!
Хансо потёр ушибленное место и демонстративно замахнулся на подчинённого. Тот лишь усмехнулся в ответ.
Занятно. Это многое говорило об авторитете нашего богатенького мальчика. Судя по всему, он занимал лидирующее положение строго потому, что вкидывал в игру больше всех реального бабла, а потому мог управлять распределением ресурсов в банде. Однако у Ксяхи явно имелось больше настоящего, живого авторитета. Что логично, учитывая, что он занял высокое место в иерархии донатеров, платя меньше всех остальных и компенсируя разницу за счёт тренировок и более умелой игры.
Даже здесь, в виртуальности, оставались справедливы выкладки по психологии закрытых сообществ. Пожалуй, происходи всё это ИРЛ, здоровяк со скучной внешностью давно занял бы позиции официального главы банды, однако из-за того, что игра мешала полноценно надавить на главного конкурента, приходилось ограничиваться статусом неформального лидера.
Я быстро окинул взглядом оставшихся двоих. Действительно, они явно ориентировались на Ксяхоу Дана.
Остался всего один пункт:
— Ну а во-первых, поскольку я тут альфа, то и сопровождать меня будут двое лучших из вас. Ты, мой отчаянно цепляющийся за собственную гетеросексуальность друг, потому что главный среди этой кучи отбросов, — указал я на Хансо, а затем ткнул пальчиком в сторону мятежного Ксяхи. — И вот ты, как самый самый симпатичный из всех.
Кажись, старший меценат только сейчас понял, куда он попал. Но отступать было уже поздно: как минимум двое из его подручных находились у меня на крючке.
Глава 109. Главное — не торопиться
Главное — не торопиться.
Глава банды относился ко мне с подозрением, да и остальные не особо-то привыкли. А потому, прежде чем перейти к основной фазе, требовалось некоторое время честно отыгрывать роль. Благо, мой типаж стервочки-старосты-садистки позволял заменять обнимашки и поцелуйчики на удары хлыстом да требования покатать меня на плечике.