Малышка снова кивнула, уже более уверено двигая головой. Ее страх немного ослаб.
Он выдавил из себя улыбку.
— У тебя есть еще родственники?
— Моя мама уехала. Я не помню ее. Тогда я была совсем маленькой.
У нее не хватало зубов. Крид ощутил запах крови, когда девочка заговорила. Ударившая ее женщина, вероятно, повредила ей щеку. От нежного голоса и слов у него защемило в груди. Мать бросила девочку отцу, который оставил ее с безумной пьянью. Детей нужно защищать, а не подвергать пренебрежению и жестокому обращению.
— Твой папа тоже бьет тебя?
Она опустила глаза и подняла руки, обнимая себя за талию.
Крид стиснул зубы, желая, чтобы сейчас ее отец оказался здесь и испытал силу его удара. Он понял ответ по поведению малышки. Оба взрослых были кусками дерьма. Он скрыл свои эмоции и постарался говорить нежно:
— Как тебя зовут?
Она подняла на него глаза.
— Анна.
— Тебе бы понравилось иметь маму и папу, которые любят тебя? Которые никогда не будут бить тебя и заставлять жить в таких условиях.
На ее лице отразилась неуверенность. Крид понимал, что несправедливо возлагать такой серьезный выбор на ребенка, но все же чувствовал необходимость спросить.
Она ничего не ответила.
Тогда он принял решение за нее.
— Тебе нужно что-нибудь захватить из дома? Любимую мягкую игрушку?
— Но моей кровати лежит розовое одеяло.
— Постой здесь. Я сейчас вернусь.
Он встал, двигаясь медленно, чтобы не спугнуть ребенка. Женщина до сих пор лежала на земле там, где приземлилась. Она дышала, но была без сознания. Впрочем, ему было наплевать, даже если она умрет.
Крид вошел в дом и задержал дыхание. Воняло немытыми телами, грязной посудой и гниющей едой. Он быстро выяснил, почему зловоние плесени заполнило всю лачугу. Крыша протекала. Полы не годились даже для ходьбы.
Он нашел место, где спал ребенок. Большая подушка с розовым одеялом, на котором были нарисованы выцветшие овцы. Они заставляли ее спать в углу кухни, рядом с переполненной мусорной корзиной и дырой размером с мужской ботинок в прогнившем полу. Крид тихо зарычал и, сжав в кулаке одеяло, выскочил из дома. Подойдя к Анне, он скрыл свои эмоции. Присев на корточки, Крид протянул девочке одеяло.
— Это оно?
Она робко взяла одеяло, словно боялась, что Крид ударит ее. Малышка имела причины для подобного страха. Крид снова взглянул на ее тело. На ней была только грязная и поношенная тонкая ночная рубашка с короткими рукавами. Большую часть ее кожи покрывали синяки от прошлых нападений. Она прижала одеяло к груди, словно это был щит.
— Я отведу тебя туда, где будет уютно и радостно. Я знаю пару, которая больше всего на свете хочет ребенка. Они будут любить тебя, — он медленно протянул руки, чтобы не напугать ее. Малышка не отпрянула, когда он нежно поднял ее. — Я дам тебе два обещания, на которые ты можешь положиться. Во-первых, ты больше никогда не будешь жить вот так. Во-вторых, у тебя будут любящие родители, которые позаботятся о том, чтобы ты была в безопасности и счастлива.
Он чувствовал каждую ее хрупкую косточку, отсутствие веса у девочки вызывало тревогу. Значит, они, вероятно, не часто кормили малышку. Крид встал, держа ее на руках.
— Ты знаешь, на что способны ангелы-хранители?
Она подняла подбородок, ее голубые глаза оставались настороженными, но слезы исчезли.
— На что?
— Мы можем летать, — Крид зашагал прочь от огня и проклятого дома, который она знала. — Тебе когда-нибудь хотелось взлететь в небо? Со мной это будет безопасно. Я не дам тебе упасть.
— У меня нет крыльев.