— Гм, ваше высокопревосходительство, так что же с империей-то будет? — спросил меня атаман Ожаровский.
— Как ни печально признавать, но на данный момент Россию врагам удалось расколоть, — вздохнул я. — Тем не менее, надеюсь, что ненадолго. Не удержать власть эсерам, вскоре начнется анархия. Мы же постараемся собраться с силами и как можно быстрее вернуться, чтобы не допустить издевательств над народом и помочь императрице справиться с врагами.
— Извините, ваше высокопревосходительство, — обратился ко мне есаул в летах и с наградами на груди, — так, когда мы освободим от мятежников столицу? Казаки рвутся в бой, считают, что могли бы справиться. Пару дней и заслон прорвут, — он крякнул, провел по своим пышным усам ладонью и продолжил: — Возможно стоит до Нижнего Новгорода дойти, разгрузиться и пешим маршем на столицу двинуть? Опять-таки, соберем ополчение, гарнизоны к нам примкнут, солдат уже окажется в нашем распоряжении намного больше.
— А революционеры будут на все это снисходительно смотреть и победу праздновать? — покачал я головой. — Как ни прискорбно говорить, часть флота поддержала мятеж, а остальная патрулирует границу, отказавшись вмешиваться во внутренние дела. Данный вариант прикидывал и однозначного развития событий не смог просчитать, боюсь, сил у нас не хватит. Рисковать не имеем права, ни жизнями, ни империей, нельзя нам проиграть в этой войне, как и в любой другой. Предстоит переосмыслить и разгромить мятежников на всех фронтах.
— Гм, Иван Макарович, — покрутил шеей Ожаровский, — великодушно прошу простить, а что вы подразумеваете под всеми фронтами?
— В первую очередь подданным императрицы необходимо объяснить все доходчиво, чтобы они сами разуверились в эсерах и тех, кто за ними стоит. Когда народ поймет, что лозунги всего лишь слова, а жизнь становится хуже, то и сам не захочет перемен и будет молиться, чтобы Ольга Николаевна на трон вернулась, — устало ответил я. — Зная же отношение эсеров к церкви, то верующие на нашей стороне окажутся.
— Дай-то бог, — перекрестился Ожаровский.
— Поэтому, нам как можно быстрее следует добраться в Екатеринбург, — мысленно прикинул и добавил: — Через два месяца, если не раньше, выступим и очистим центральную часть империи от мятежа. Так и передайте подчиненным, — подвел я черту, а потом оглядел собравшихся: — Господа, если есть вопросы – задавайте, — никто не проронил ни слова, даже журналистка, которая находилась тут же, и та промолчала. — С вашего позволения, пойду немного отдохну, если что-то случится, то незамедлительно сообщайте.
В купе, которое мне и Анзору выделили (сам мог любое выбрать, но попросил разместить нас с советником у атамана, чтобы никого не ущемить), кое-как разделся и умылся, после чего завалился на полку. Думал хрена с двух от мощного храпа своего друга усну, который обещался меня охранять, но еще голову на подушку не опустил, а сон сморил. Сновидений не видел, возможно их просто не запомнил, дрых как убитый и проспал до вечера. За это время мы проделали большое расстояние и подъехали к Нижнему Новгороду. Эшелон стоял у перрона с толпой народа.
— А почему не двигаемся? — поинтересовался я.
— Так не дают разрешения, — ответил Анзор, который вошел в купе и слышал мои слова.
— И атаман не может решить данный вопрос? — удивленно обернувшись, посмотрел на своего советника.
— Решить-то можно, — хмыкнул он, — однако не может принять решение, а вас, ваше высокопревосходительство, не пожелал тревожить. Да и стоим-то всего ничего, еще и часа не прошло.
— Так чего произошло?! — чувствуя, что начинаю терять терпение, чуть резче, чем следовало спросил я и покаялся: — Извини, нервы на пределе.
— Ничего, понимаю, — отмахнулся друг. — Сам виноват, нельзя наводить тень на плетень. Градоначальник Нижнего Новгорода, Соловьев Александр Александрович, решил ключи тебе от города вручить и присягу принести, тем самым войдя в состав Сибири.
— Гм, где Нижний Новгород, а где Сибирь, — удивленно покачал я головой. — У градоначальника с географией как?
— Ага, примерно такой вопрос и задал Владимир Федорович, применив более крепкие выражения, — рассмеялся мой советник. — Знаешь, что ему ответил Александр Александрович?
— Понятия не имею, — провел ладонью по своим небритым щекам.
— Если что, бритвенные принадлежности принесли, — он кивнул на дверь, за которой находится раковина и унитаз (купе-то для состоятельных!). — Так вот, градоначальник сказал, что ему до фонаря, кто и что подумает, но если не присоединится Нижний Новгород к Сибири, то не устоит против мятежников. Поэтому, дальнейшее следование воинского эшелона в сторону Екатеринбурга он не дозволит.
— А что Ожаровский? — понимая, что произошел невиданный скандал, с интересом полюбопытствовал я.
— Речь длинную толкнул, приличные слова не использовал, все больше предлоги, не стесняясь дам и нашей спутницы, — весело проговорил Анзор. — Хотел атаман приказать продолжить движение, да пару рельс впереди кто-то утащил. Владимир Федорович рвет и мечет, выделил на поиски куска железной дороги двадцать казаков, те ищут пропажу, но, не думаю, что найдут.
— Ага, а если отыщут, то самим и устанавливать придется, — покачал я головой и задумался.
Нижегородская губерния большая, эсеры на нее зуб имеют и планы однозначно строят. Пытались взять под контроль, да мы не дали. И ведь, отдавать никак нельзя, а удержать у меня нет таких резервов. Конечно, можно оставить казачье войско во главе с Ожаровским, придать им бронемашины для усиления. Однако, людям необходим отдых, как ни крути, а они с боевых действий домой едут, а тут им такой поворот. Бреюсь и продолжаю размышлять. Ладно, посмотрим, что скажет градоначальник, от его слов многое зависит.
Мы с Анзором вышли на перрон, из здания вокзала нам навстречу идет Ожаровский с красными от гнева щеками.
— Ваше высокопревосходительство, саботаж! Колья им в печенку! — заявил Владимир Федорович, сдерживая себя от резкого словца.
— Ультиматум господин Соловьев выдвинул! — широко улыбнулась, догнавшая его журналистка. — Иван Макарович, тут же целую статью можно написать, что народ не желает отпускать наместника Урала из своего города, чувствуя, что только он может их защитить! — с энтузиазмом продолжила Лиса-Мария.
— Никаких статей, пока сам текст не изучу, — погрозил я ей пальцем. — Владимир Федорович, пойдемте к нашему несговорчивому купцу, побеседуем.
— Бесполезно! — отмахнулся атаман, но направился со мной.
Народ к вокзалу казаки оттеснили, создав что-то вроде оцепления. Оказалось, что много людей хотело пробраться в эшелон и отправиться с нами в Екатеринбург. Чего только не предлагали, начиная от денег и украшений и даже обещая расплатиться собственным телом. Последнее касалось только девушек и женщин. Причем встречались даже семейные, просящие взять с собой мужа.
— Анзор, следует проверить перед отходом эшелон. Убежден, что «зайцы» у нас есть, — посмотрел я на своего советника.