— Очень жалею, что ты поздно… попал в мой приют. Аминь!
Остановился у двери.
— Я распоряжусь… Господин Венке поговорит с вами, Виктор.
— Ты можешь все испортить! — возмутился Сергей, когда Стенбек оказался на улице.
— Братишка, ты это видел? — помахал Виктор часами на золотой цепочке. — Я их всех обворую. Всех до единого начальника. Они нас отпустят раньше срока. Со мной ты не пропадешь. Пусть приходит Венке, я ему такой же спектакль устрою.
Он пнул ногой упавшую со стола бутылку и, качаясь, начал раздеваться.
— Комар муху ударил в ухо…
Лег в постель, но тут же вскочил и начал рассматривать простыни, одеяло:
— Барахло-то новое! Серега, ша! Деньги будут.
Он еще сидел в трусах и майке. Сергей смотрел на него со своей кровати: широкая грудь, разработаны мускулы, а лицо, шея, слегка вьющиеся волосы точь-в-точь, как у него, у самого Сергея. И глаза такие же, а голос не такой, чуть приглушен. «Пьет, наверное, много».
— Однажды я, братишка, самому черту карманы почистил. Солидный трофей взял: триста долларов и золотой портсигар. А чертом в нашем приюте звали попа «Миряне-христяне», гнусавил по-русски. Бывший белогвардейский прапорщик. Доносчик, каких свет не видел! Вызвал он меня к себе в конторку-келью. «Богохульщик ты, Виктор, и пьешь водку. России вред приносишь». Рядышком сидели мы. Гнусавит и гнусавит. Вот, думаю, балабошка, дай-ка я тебя пощупаю, батюшка. И пощупал. Оказался золотым попом! Потом он на молитве начал заикаться. Заикнется, посмотрит в мою сторону и глазами — морг-морг: де-мол, ну и подлец ты, Виктор, и грабитель…
Рассказывая, он вдруг уснул. А Сергей еще долго лежал с открытыми глазами, все думал о неожиданной встрече, о вопросах Стенбека. «Который уж раз и Стенбек, и Венке спрашивают об Анюте, папе и маме, всем интересуются. Значит, скоро отгремит приютский колокольчик…»
Невысокого роста, но удивительно крепко сбитый, Шредер показался Венке отлитым из металла: все на нем сидело в обтяжку — и джинсы, и ковбойская сорочка, и даже клетчатая кепка, казалось, припаяна к тронутой сединой голове. Но кепку он снял легко, одним движением руки, и бросил ее так, что она пружинисто взлетела к потолку и, повиснув на мгновение, опустилась на переносную вешалку, угодив точно на шпиль. Действительно, артист цирка! С такой же резкостью в движениях Шредер содрал с себя сорочку, с шумом открыл чемодан, надел полосатую пижаму, которая где-то треснула, но Шредер не обратил на это внимания, спросил:
— Шеф у себя? — На лице его играли желваки. — Какого черта молчишь?
— Мери, сходи под душ…
— Что за дурацкая привычка каждого называть Мери! — Шредер все же встал и пошел в ванную комнату. Но вскоре он вернулся в одних трусах. Да, это был человек атлетического телосложения. Венке еще раз позавидовал своему коллеге:
— Зря ты покинул арену цирка.
— Возможно, придется вернуться. — Он придвинулся к Венке и, играя мускулами, выпалил: — Твоя работа ни к черту не годится. Я начинаю подозревать! Проводников ты набираешь! Они нас жестоко предают.
— Шредер, прими холодный душ. Скоро придет шеф, а ты кипишь как самовар. Шеф не любит психопатов… Под душ, под душ, Мери. — Венке подтолкнул Шредера, и тот, не сопротивляясь, побрел в ванную.
Пока Шредер плескался под душем, громко отдуваясь и прищелкивая языком, Венке ходил по комнате. Вторая попытка Шредера перейти границу, чтобы связаться с вдруг умолкшим Архипом, находящимся в СССР, сорвалась. До этого Венке ездил в командировку, подбирал Шредеру надежных людей, чтобы они провели Шредера через границу. Сорвалось! «Вполне логичны подозрения. О, Мери, гарантирую стопроцентный успех!»
Пришел Стенбек. Молча сел на диван, покрутил в руках сигару и вонзил свой колючий взгляд в лицо Венке:
— Проводник или Шредер, кто из них оказался… предателем?
— Ни тот и ни другой, Стени. Просто так получилось. Надо границу переходить на другом участке.
— Где? Покажите! — Стенбек открыл сейф, с шумом развернул на столе карту.
— Вот здесь, — показал Венке на изгиб реки.
— Понятно, участок полковника Шумилова. Ваше мнение совпадает с моим. — Стенбек скрутил в трубочку карту и положил в сейф. — Неделю назад одна русская газета опубликовала статью о зверствах нацистов под Керчью… Там были применены газы…
— Впервые слышу от тебя, Стени! — сострил Венке.
— О газах?
— Да…
— Ну что ж, и я тоже впервые, — усмехнулся Стенбек. — Начальство торопит с посылкой связного. И настаивает, чтобы именно Шредера послали. Цирковой артист, акробат. Вообще-то кандидатура хорошая. А ты как думаешь?