Две Войны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Отлично, — усмехнулся бескровными губами Роланд. — Ступай! Ты славно послужил делу нашей богини.

Вор скрылся и в комнату, занимаемую Роландом вошел Рыцарь Смерти Инген, командовавший такими же Рыцарями Смерти, только более низкого ранга.

— Атакуем? — спросил он.

— Да, — кивнул Роланд, поднимая со стола шлем с устрашающей маской-забралом.

— Кого?

— Крепость демонов. — Роланд проверил легко ли выходит из ножен черный клинок.

Если Инген и удивился решению командира, но возражать не стал. Нежить — не рассуждающие убийцы, равнодушные к боли и потерям, они беспрекословно пойдут в атаку по приказу. Однако в этом кроется и основная слабость "детей" Килтии, поднятых из могил ее черной силой. Некроманты могут быть сколь угодно великими колдунами, но планировать сражения и весть в бой орды нежити и не могут, для этого нужны опытные военноначальники. Из этого положения хитроумная богиня нашла очень простой и эффектный выход, примером мог послужить тот же Роланд, еще несколько лет назад командовавший армиями Каролуса властителя.

— Господи твоя власть, — прошептал один из солдат, стоявших на стене Бриоля и сотворил знак, дабы отвести зло. — Они сцепились друг с другом.

И действительно, немертвые орды Килтии двинулись к стенам замка, где укрепились демоны Долины мук. Это было на редкость впечатляющее и ужасающее зрелище. Его по достоинству оценили граф де Локк и отец Вольфганг, вышедшие на стены сразу, как только получили известие о необычной активности врага. По серой земле, постепенно все сильней углубляясь в багровую шагали, ползли и иными способами передвигались самые разнообразные твари. Обычные оживленные некромантами мертвецы самой разнообразной степени разложения и вооруженные тоже не ахти как, лишь в первых рядах четко вышагивали те, кого солдаты про себя прозвали немертвой гвардией — скелеты без единой крохи плоти на посеревших костях в добротных пехотных бронях и со странного вида мечами в руках, клинки их чем-то напоминали стилизованные молнии. При соприкосновении с телом они заносили в раны какую-то заразу, на несколько дней парализующую людей. Рядом с ними гарцевали на черных — не вороных, а именно черных — конях с огненными копытами Рыцари Смерти в громоздких доспехах, забрала шлемов их изображали жуткие рожи и оскаленные звериные морды. Туманом клубились бестелесные сущности вроде призраков или полумраков — алых существ, взглядами внушавшие ужас толпам людей, от них спасали только клирики, мужественно противостоявшие их злым чарам. Были среди них и такие, кого не брало никакое материальное оружие, в то время как их собственные серповидные конечности разили без пощады и были им преградой никакие доспехи. За Рыцарями Смерти шагали более менее похожие на живых существа. Одни в серых доспехах и серых же плащах, вооруженные длинными пиками. Другие — в черных кирасах и шлемах, украшенных оленьими рогами — за что и получили меткое прозвище рогоносцы, — и с корсеками[10] в руках. А рядом с ними ползли вовсе уж отвратные твари — коричневые, с торчащими костями, напоминающие сильно траченных разложением бескрылых драконов. Были и еще несколько уродов, похожих на огромные куски мяса, из которых тоже торчали осколки белых костей, из постоянно разинутых пастей капал смертоносный яд, от одного запаха которого люди послабее теряли сознание. Противостояла им не менее пестрая рать демонов.

— Жуткая драка, — прошептал де Локк, глядя на сцепившихся насмерть врагов. Теперь уже почти ничего нельзя было различить в той чудовищной свалке, творившейся под стенами бааловой крепости. — Не завидую я д'Абисселу с де Монтроем, если они еще живы.

— Когда зло сражается со злом, а тьма с пламенем бааловым, — наставительным тоном, всегда раздражавшим де Локка, произнес отец Вольфганг, — они сами того не поминая играют на руку Господу и нам, детям его.

— Я понимаю это, отче, — вздохнул граф, — но вот как представлю, что когда-нибудь объединенная орда таких вот тварей хлынет в земли империи…

— Мы сокрушим его, — отрезал клирик, — ибо с нами Господь.

— Да будет так, — не в силах спорить с чрезвычайно упрямым в некоторых вопросах священником произнес де Локк, приглядываясь к битве нежити и демонов.

— Тиаматы и Владыки сдерживают червей и драколичей[11], - отрапортовал Темный Паладин Ганелону, — но на долго их не хватит. Нежить рвется к нам с небывалой яростью.

— Собирай всех во внутреннем дворе, — приказал Ганелон, поднимаясь с трона и поудобнее перехватывая топор. — Дадим нежити бой. Все летучие пусть атакуют их сверху.

— Есть, — кивнул исполнительный Паладин и вышел. Черный плащ с алым подбоем лихо взметнулся за его спиной.

Ганелон усмехнулся его выпендрежности и вышел вслед за ним. За стенами донжона царил подлинный хаос, который был столь любим черному сердцу бывшего графа. Согласно его приказу все демоны, что имели крылья и могли летать, обрушивались с небес на врага, атакуя, в основном, червей и драколичей, они отрывали от них куски гниющей плоти или пронзая их своими тонкими мечами, целя в глаза и пасти. На все нападки их увенчивались успехом — нередко кто-то из воинов Долины мук или не особенно шустрых советников или герцогов попадали на зуб к драколичу или в необъятный зев червя.

Еще раз усмехнувшись Ганелон ринулся в самую гущу схватки, ловко орудуя громадным боевым топором. На земле берсерки и Темные Паладины противостояли зомби, скелетам, призрачным воинам, а также элите войск Килтии — черных храмовников и проклятых комтуров, чьи шлемы по прихоти богини смерти украшали длинные ветвистые оленьи рога.

Не понимаю каким образом, но нам с Эмри удалось-таки заснуть, не смотря на сырость и холод, царившие в застенках замка демонов. Разбудили меня — да и графа тоже — звуки чудовищной битвы, что шла буквально над нашими головами. С потолка камеры постоянно сыпался раскаленный песок, так и норовивший попасть под одежду и броню. Мы подскочили на ноги, выхватили оружие, отступив к стене, где песок сыпался не так обильно. Это спасло нам жизнь…

Потолок коридора затрещал и провалился внутрь, будь мы с Эмри хоть на шаг ближе к центру камеры — нас раздавила бы громадная алая туша с торчащими костями, напоминающая недоразделанный кусок мяса с бойни, рухнувшая на пол в обломках камня, подняв тучу пыли и крошки. На его шкуре его стояли несколько демонов, рубящих его на куски своими мечами. Однако червю — или что там это было — удалось каким-то чудом извернуться, извергнув из пасти поток буро-зеленой жидкости, от которой плоть демонов стала в буквальном смысле слезать с костей, что не остановило их в стремлении уничтожить врага.

Мы с Эмри, ошеломленные столь чудовищным зрелищем, еще плотнее вжались в стену, уже не обращая внимания на песок, главное, не попасть под стекающий со шкуры червя поток яда, плавивший камни под ним.

Закончилась схватка гибелью всех ее участников. Червь поник, распластавшись по полу, демонов же прикончил его яд. Теперь и нам с Эмри можно было подумать об освобождении.

Аккуратно обойдя лужи яда, мы вскарабкались на тело червя, хватаясь за торчащие казалось без всякой системы ребра из его необъятной туши. Оказавшись наверху, мы смогли оценить весь масштаб драмы, разыгрывавшейся во дворе замка. Две чудовищных армии сошлись на этом маленьком пятачке, азартно и со вкусом уничтожая друг друга. На нас налетели несколько скелетов явно не человеческого происхождения с длинными мечами в руках. Мы с графом встали плечом к плечу, используя тушу червя, большая часть которой торчала из пролома в полу, чтобы прикрыть свои спины, и приготовились к атаке. Скелеты не стали нас разочаровывать — они налетели, размахивая мечами.

Я присел, пропуская длинный клинок над головой. Скелет не рассчитал силы и меч его глубоко вонзился в тело мертвого червя. Я ткнул его в грудную клетку, которая у него представляла собой практически единое целое, шестопером. От удара он рассыпался на отдельные кости, продолжавшие шевелиться. Эмри же отвел неловкий выпад противника стальной рукояткой своего оружия и толкнул его ногой. Скелет отлетел на пару шагов, повалив при этом оставшихся двух его товарищей. Я обрушился на них, тремя ударами шестопера раздробив им черепа.

Этот поступок едва не стоил мне жизни. Лезвия корсеки свистнуло у меня за спиной, отрезая от туши червя и графа д'Абиссела, отчаянно рубившегося сразу с двумя скелетами в доспехах, вооруженными странной формы мечами. Мне же в противники достался воин в рогатом шлеме, ловко орудующий корсекой. Он держал меня на расстоянии, не давая воспользоваться шестопером, ручка которого значительно уступала в длине дверку корсеки. Я отводил его быстрые удары, пытаясь прорваться на помощь Эмри, но противник мой был слишком умел, чтобы допустить подобное. Он не давал мне и сократить расстояние между нами, постоянно делая длинные выпады. И вот он припер меня к туше червя, мне лишь чудом удалось заблокировать острия его корсеки рукояткой шестопера. Я сморщился от отвращения, когда меня вжало в податливую плоть мертвой твари. Какая-то кость впилась мне в спину.

Я уже попрощался с жизнью, но едва ли не последний момент в спину рогатому рыцарю врезался топор воина в таких же доспехах, как носил Ганелон. Он вырвал топор и ударом раскроил врагу череп, всадив широкое лезвие точно между ветвистых рогов. Я же проявил чернейшую неблагодарность, врезав ему по голове шестопером.

Обернувшись к Эмри, я увидел, что ему приходилось туго. Бой на три стороны — самое странное и сложное дело. Никому нельзя довериться и от любого можно получить меч или топор в спину. Особенно сложно когда ты один против нескольких врагов. Эмри прижался спиной к туше червя, отмахиваясь от всех шестопером. Я поднял с земли корсеку рогатого рыцаря, сунув за пояс шестопер, и ринулся на помощь графу. Быстрым выпадом я повалил нескольких врагов, стоявших слишком близко друг к другу, парочку даже удалось прикончить. Правда остальные на мгновение замерли, обернувшись в сторону нового противника. Я отшвырнул корсеку и выхватил шестопер, бросившись на врагов, не раздумывая ни мгновения — промедление стоило бы мне и графу слишком дорого. Обрушив свое оружие сначала на голову воина с двумя топорами в руках, а следом на череп скелета в броне. Тут со своей стороны ударил граф Эмри. Он лихо размахивал шестопером, кроша грудные клетки и доспехи врагов.

Последние и не подумали сплотиться против общего врага, вцепившись друг другу в глотки, казалось, с еще большей ожесточенностью. Мы с Эмри снова встали плечом к плечу, нанося удары всем до кого могли дотянуться своими шестоперами. Теперь я в полной мере осознал положение графа де Локка, оказавшегося третьей стороной в конфликте непримиримых врагов. Скелеты брали верх над воинами Баала, окружив их и методично вырезая. Я ждал момента, когда последний из них упадет замертво и нежить вплотную займется нами. Эмри также понимал это и сделал мне знак убираться покуда скелеты не добрались до нас. Правда, сделать этого мы уже не успели.

Скелеты буквально разлетелись в разные стороны под ударами громадного топора, сжимаемого Ганелоном, ворвавшегося в ряды нежити. За его спиной оставались лишь обломки костей. Разделавшись с последним Ганелон обернулся к оставшимся солдатам.

[10] Корсека — древковое оружие с длинным колющим наконечником, от основания которого отходят два уса форме полумесяца. Также могло называться рунка.

[11] Названия тварей, наиболее могущественных из демонов и нежити соответственно.