Мелания проснулась и сразу обратила внимание на больничное освещение. Она медленно повернула голову и поняла, что находилась в палате. Рука болела, приносила дискомфорт из-за капельницы и иглы, к голове, телу были подключены датчики, а сама она не очень понимала, как оказалась в больнице.
Не успела она до конца все осознать, как заметила, что в палату вошли люди. Их было трое: медсестра начала суетливо переписывать показания с приборов, мужчина в халате, скорее всего, врач, достал фонарик из халата, женщина средних лет, с накинутым на плечи халатом, продолжала стоять в проеме.
— Доброе утро, — с улыбкой сказал мужчина.
— Доброе, — неуверенно ответила Мелания. — Где я?
— Вы в больнице святой Агнессы, — спокойно ответил мужчина. — Меня зовут доктор Страйкер. Хотя я скорее ученый. Вы помните ваше имя? — достал фонарик, начал проверять реакцию.
— Мелания. Мелания Оливьеро.
— Хорошо, — спокойно сказал Страйкер. — Возраст.
— Двадцать шесть лет.
— Чем вы занимаетесь?
— Я художник-иллюстратор. Фрилансер.
— Очень хорошо, мисс Оливьеро, — ответил Страйкер, забрал бумаги из рук медсестры.— Какой сейчас месяц?
— Май.
Мелания заметила, что Страйкер посмотрел на нее не так как после других ответов.
— Что-то не так? — обеспокоенно спросила Мелания.
— Все хорошо, мисс Оливьеро, — с прежней улыбкой сообщил доктор. — Вы отдыхайте.
Мелания снова осмотрела палату, поняв, что прежде она не была в ней. Память начала давать о себе знать: поход в магазин, новости, Баки, поцелуй, Стив и Сэм, спецназ, темнота.
— Я могу позвонить… семье… и… близким? — спросила Мелания, не совсем понимая, как ей лучше поставить вопрос.
— Мы сами со всеми свяжемся. Не волнуйтесь, — повторил Страйкер.
Мелания все-таки начала волноваться, что мгновенно выдал один из приборов подключенных к ней. Страйкер взглянул на него, женщина вышла, медсестра скрылась в ванной комнате.
— Где я? — повторила свой вопрос Мелания.
— В больнице святой Агнессы.
— Я не очень хорошо знаю Нью-Йорк. Какой это район?
Страйкер улыбнулся. Мелания подумала, что ему примерно за сорок. В волосах уже виднелась седина, морщины стали более глубокие, а тело было не в такой хорошей форме, как могло бы быть. Его обычная улыбка, с которой он говорил, сейчас показалась менее дружеской. Скорее немного зловещей. Словно доктор Страйкер знал какой-то секрет, который не знала она.
— Отдыхайте, мисс Оливьеро. Позже мы поговорим, — вместо ответа сказал доктор и покинул палату.
Мелания все еще слышала медсестру в ванной, все еще оглядывалась и заметила карту, которую та не передала доктору. Когда Мелания дотянулась до нее и взглянула, то увидела записи показателей, которые начинались через несколько дней после того, как она потеряла сознание в спортивном зале.
— Какого черта?
Мелания продолжала листать записи. Май сменился июнем, дальше — июль. Все оборвалось на восемнадцатом числе. Она повернула голову к одному из экранов и увидела те же показатели, что переписала медсестра.
Мелания смотрела на цифры, пытаясь осознать реальность, пытаясь убедить себя, что она что-то не так поняла, что это могут быть чужие данные, но разницы это не играло. Ее это данные или другого пациента — они все равно указывали на июль. Мелания перестала замечать реальность и очень удивилась, когда медсестра выхватила карту из ее рук. Они встретились взглядом. Перед Меланией стояла девушка примерно ее возраста и смотрела со смесью паники и страха в глазах. Мелания хотела спросить, что это за больница, почему в карте указан июль, что случилось с ней, но говорить не получалось.
Медсестра стояла около капельницы и что-то вводила туда через шприц. Мелания начала чувствовать сонливость, которая не поддавалась борьбе, туман, а потом и вовсе закрыла глаза, так и не сумев заговорить с медсестрой.
========== 15. ==========