Новая хронология и концепция древней истории Руси, Англии и Рима. В 2-х томах.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Затем наступает перерыв до середины XVII века, когда: «Указом 3 ноября 1657 года царь Алексей Михайлович повелел учредить особое присутственное место, Записной приказ, а в нем сидеть дьяку Кудрявцеву и „записывать степени и грани царственные с великого государя царя Федора Ивановича“, т. е. продолжать Степенную книгу, прерывающуюся на царствовании Иоанна Грозного. Начальник нового приказа должен был вести это дело с помощью двух старших и шести младших подьячих.

Эта, как бы сказать, историографическая комиссия устроилась трудно и далеко не по царскому указу. Ей отведено было помещение в тесной и гнилой „избенке“, где притом рядом с историографами сидели арестанты со сторожившими их стрельцами. Младшие подьячие совсем не были назначены, а в выдаче бумаги Посольский приказ решительно отказал. С большими хлопотами были сопряжены поиски источников. [Кудрявцев] обращался в один, в другой приказ, но получал ответ, что никаких книг, кроме приказных дел, нет, хотя после там оказались очень пригодные для дела рукописи и документы.

В конце 1658 года сам царь обратил внимание своего историографа на важное хранилище исторических памятников, на Патриаршую библиотеку. Кудрявцев достал опись этого книгохранилища и по ней отметил надобные ему рукописи. Но царское повеление опять осталось неисполненным. Патриарший приказ ответил, что с требуемыми сведениями о патриархах, митрополитах и епископах, с царствования Федора Ивановича в том приказе „записки не сыскано“. Другие приказы, несмотря на настойчивые доклады Кудрявцева, не дали и такого ответа.

Сдавая свою должность в начале 1659 года, Кудрявцев не оставлял почти никаких ощутительных плодов своих 16-ти месячных историографических усилий, „по ся места в Записном приказе государеву делу и начала не учинено нисколько“, как выразился его преемник. В приказе даже НЕ ОКАЗАЛОСЬ СТАРОЙ СТЕПЕННОЙ КНИГИ, которую ему поручено было продолжать, И ТАМ НЕ ЗНАЛИ, ЧЕМ ОНА ОКАНЧИВАЛАСЬ И С ЧЕГО НАЧИНАТЬ ЕЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ. Но и второй дьяк ничего не сделал» [1], с. 189–190.

Из всего этого ясно следует:

1) Алексей Михайлович — первый царь, от времен которого сохранились прямые указания «начать писать историю». Это было в середине XVII века.

2) Люди, исполнявшие его приказ, не нашли в столице источников по истории России ДАЖЕ ЗА ПОСЛЕДНИЕ СТО ЛЕТ.

3) Странно, что знаменитая Степенная книга исчезла.

4) Условия работы, созданные этой первой историографической комиссии загадочным образом не соответствовали ее статусу. Царский указ практически саботировался?

Видимо, прав был Ключевский, когда писал «в тогдашней Москве к такому делу не были готовы ни умы, НИ ДОКУМЕНТЫ» [1], с. 190. Значит, ДОКУМЕНТЫ ПОЯВИЛИСЬ (БЫЛИ ИЗГОТОВЛЕНЫ?) ПОЗЖЕ. Недаром Кудрявцев ничего не мог найти. По-видимому, указ Алексея Михайловича и был тем толчком, который побудил начать изготовление документов, и поэтому в конце XVII века они уже появились. Ключевский так и пишет (см. выше): «после там оказались очень пригодные для дела рукописи и документы».

Конечно, Ключевский здесь говорит вроде бы лишь об источниках конца XVI — начала XVII веков, т. е. эпохи непосредственно предшествующей Алексею Михайловичу. И приходит к выводу, что документы этой эпохи появились уже после Алексея Михайловича. Но естественно предположить, что если комиссия не могла найти документов XVI–XVII веков, то тем хуже обстояло дело с более ранними эпохами. Например, возникает закономерный вопрос: существовал ли в эпоху дьяка Кудрявцева упомянутый выше «обширный летописный свод», описывавший историю начиная от Владимира Мономаха, а также «Царственная Книга», описывающая время Грозного? Может быть, и они были написаны (или существенно отредактированы) уже после Кудрявцева?

По-видимому, здесь мы счастливым образом нащупываем самое НАЧАЛО СОЗДАНИЯ подавляющего большинства русских летописей. А «Повесть временных лет» в то время, вероятно, даже не была еще написана (см. ниже). Сегодня очень трудно сказать — какие подлинные исторические свидетельства легли в основу всех этих будущих «древнейших» летописей. Конечно, такие свидетельства были, но, по-видимому, большинство из них до нас не дошло. Сегодня мы судим о русской истории до-романовской эпохи, всматриваясь в нее сквозь призму хроник, написанных или отредактированных после дьяка Кудрявцева.

Забегая вперед, скажем, что до нас все же дошли кое-какие древние документы XV–XVI веков: акты, тексты договоров, печатные книги, церковные источники и т. п. Но из них встает совсем другая картина русской истории. Она сильно отличается от той, которая появилась на свет после указа Алексея Михайловича и работ историков XVIII века — Татищева, Байера, Миллера, Шлецера, и которая сегодня преподается в школах. Об этом — ниже.

XVIII век: Миллер

После дьяка Кудрявцева Ключевский переходит, минуя Татищева, сразу к Миллеру, начавшему работу по русской истории при Елизавете Петровне.

Зададимся вопросом: а почему, собственно, Ключевский не упоминает Татищева (ведь тот жил еще при Петре I, раньше Елизаветы Петровны)? Все мы знаем с детства, что именно Татищев был первым русским историком. Откуда же такое пренебрежение? Оказывается, однако, что Ключевский совершенно прав.

Дело в том, что книга Татищева «История Российская с самых древнейших времен до царя Михаила» была впервые опубликована лишь после смерти Татищева и не кем-нибудь, а Миллером (см. ниже). Таким образом, первая версия русской истории была обнародована именно Миллером.

Ключевский пишет: «Перенесемся в другую эпоху, к первым годам царствования императрицы Елизаветы. При Академии Наук усердно трудился над русской историей приезжий ученый Герард Фридрих Миллер. Он почти десять лет ездил по городам Сибири, разбирая тамошние архивы, проехал более тридцати тысяч верст и в 1743 году привез в Петербург необъятную массу списанных там документов» [1], с. 191.

Миллер считается одним из основателей нашей исторической школы, вместе с Байером и Шлецером. Что же мы видим?

1) Миллер был первым, кто издал полную версию русской истории в том виде, как она существует сегодня.

2) Очень странно, что исторические документы (и даже не сами документы, а их рукописные копии, сделанные им самим) Миллер привозит из Сибири. Означает ли это, что в Москве, в Петербурге, да и вообще в центральной России он не мог найти старых летописей? Не повторяется ли снова история с указом Алексея Михайловича, когда его дьяк не мог найти в столице исторических источников?

3) Начиная с Миллера, версия русской истории практически не менялась. Поэтому дальнейшие ее переизложения, выполненные Карамзиным, Соловьевым, Ключевским и многими другими, с этой точки зрения нас мало интересуют. По сути дела, они лишь пересказывали Миллера.

Краткие выводы

Имеющаяся сегодня версия древней русской истории создана, скорее всего, в середине XVIII века на основании источников, написанных или отредактированных в конце XVII — начале XVIII веков. По-видимому, время от конца XVII до середины XVIII века — это и есть эпоха создания древней русской истории. Начиная от создания первоисточников и кончая полной версией. Другими словами, сегодняшняя версия русской истории была написана в эпоху Петра I, Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны. После выхода в свет «Истории» Карамзина эта версия стала известна в обществе (до этого с ней был знаком лишь узкий круг лиц). Постепенно она вошла в школьный курс.

Наш анализ показывает, что эта версия русской истории, по-видимому, ошибочна. Об этом мы расскажем в последующих главах.

Радзивиловская (Кенигсбергская) летопись как основной список «Повести временных лет»

Происхождение основных списков

В основу современной версии древней русской истории была положена первоначально только одна летопись — Радзивиловская.

Обратимся к фундаментальному многотомному изданию: «Полное собрание русских летописей» (ПСРЛ, Академия Наук СССР). В предисловии к 38 тому ПСРЛ Я.С. Лурье сообщает:

«Радзивиловская летопись — древнейшая, дошедшая до нас» [2], с. 3.