– У слишком высоких людей риск случайно покалечиться выше, ты знаешь?
– Мне сейчас до этого уже нет никакого дела, – произнёс он с паузами.
Чтобы посмотреть на его лицо мне буквально пришлось задирать голову наверх.
– Ты таким странным вещам радуешься.
– Да, очень. Я только сейчас начал понимать, насколько всё вокруг прекрасно и сколького я не замечал. Благодаря тебе в том числе.
– Что бы ты сделал, если бы не был призраком? Я вот сейчас вообще не понимаю, чего хочу. Не знаю, смогу ли сдать экзамены и уехать отсюда. Я, кажется, вообще к жизни не приспособлена.
– Раньше я думал, что буду только учиться, когда закончу школу и уеду отсюда. О других аспектах жизни и не задумывался. О далёком будущем тем более. Сейчас все эти планы кажутся мне второстепенными. Делай то, что по твоему мнению сделает тебя счастливой.
– Спасибо за такие очевидные слова, – пробормотала я.
– Ну, видимо, самые очевидные вещи иногда самые правильные. Что тебе сейчас не нравится?
– Школа. Отношения с мамой. И то, что вокруг очень мало красоты.
– Первое я понимаю, про второе ты не хочешь рассказывать, а третье как мне истолковывать?
Я пожала плечами и засмеялась.
После ещё одного урока мы с Давидом успели пошалить в столовой. Точнее, он помог одному парню, задиравшему девушек и ущипнувшему одну из них за ляжку, пролить на себя же какао. Он, как рыцарь, творил вокруг себя благодетель. Потом подслушал разговор поваров и рассказал мне самые свежие сплетни про то, кто станет новым директором. Кандидатуры выдвигались самые разные. После столовой мы с улыбками вошли в класс биологии. Одноклассники ожидали худшего, видя меня в таком радостном настроении. Кто-то уже пустил слух, что директор умер из-за меня, как и та женщина много лет назад.
– Я уже говорил, что никогда не находился в таком большом коллективе, как класс. Тут всё работает по каким-то своим законам.
Давид отошёл, а я достала всё для урока и начала листать учебник, так как не выучила домашнее задание. Я услышала крик в противоположной стороне класса. Один из "крутых парней" встал напротив меня и начал громко говорить.
– Может ты уже прекратишь свои колдовские игры? Или хочешь ещё кого-нибудь убить?
Я удивлённо посмотрела по сторонам и похлопала глазами. Давид поджал губы и сделал несколько движений плечами.
– А что вообще произошло? Я вообще-то кроме крика ничего не заметила.
– Ты издеваешься? Не вздумай навредить ещё кому-то. Нас много, мы тебя легко на костре сожжём, так ведь обезвреживают ведьм?
– Без понятия.
– Ребят, пошлите отсюда. Скажем, что в этом классе не убрано.
Все взяли свои вещи и начали уходить. Я не сразу поняла, какой смысл им был менять класс. Но когда догадалась, то уже услышала, как последний выходящий повернул ключ.
– И что ты сделал? – обратилась я к Давиду.
– Ну… Тут одна девушка обсуждала твою подругу. Спрашивала, неужели она правда сбежала. Меня это немного разозлило. У неё смартфон рядом включенный лежал, я написал в нём, чтобы не лезла не в своё дело. Я немного не подумал, что в классе так отреагируют, прости.
– Я бы тоже разозлилась, так что не извиняйся.
Я положила голову на парту и от безысходности начала смотреть в стену.
– Тебя его слова задели?
– Думаю, да. Лучше бы они продолжали меня не замечать, чем так грубо. Да ещё меня из жертвы директора превратили в убийцу. Вообще не весело.
– Он выделывался перед девушками, не обижайся на него.
Я немного улыбнулась.