Пал Николаич, как всегда, уже наполовину сформировал свой традиционный мешок, но продолжал отовсюду выбирать нужные ему вещи.
− Ну, что, мадам, вы думаете по этому поводу? – подняв голову и посмотрев в глаза Светланы, произнёс криминалист. – Похоже, у нас новые подозреваемые…
Светлане ничего не осталось, как кивнуть ему головой…
− Что же получается? Неожиданно, этот клад понадобился сразу трём группировкам: Суховею, американцам и бандоте… − напомнил о себе внутренний голос. – Ну, Суховея и бандоту интересуют только деньги… А вот американцам-то чего надо? Жили – жили, не тужили, и вдруг вспомнили про меч Кощея Бессмертного?!
И вдруг её будто кто-то по голове ударил новой мыслью. – Американцы хотят новую войну развязать!
− Ну, уж не-е-ет! – возмутился внутренний голос, а сама Светлана покачала головой в разные стороны. – Ишь, чего захотели? Меч Кощея Бессмертного! Потому и мозги нам пудрят…
Словно какой-то свет дальний включили ей – сразу стало всё понятно! И вместе с тем в голове появилось много новых вопросов…
Вернувшиеся опера доложили, что свидетелей убийства они не нашли и никто ничего нового не сказал. Как только криминалист доложил, что набрал необходимые вещ доки, команда двинулась в Балашов.
7.
Не успела Светлана со своей командой прибыть на рабочие места, как её тут же вызвали к прокурору.
− Так, Светлана Владимировна, докладывайте, что вы там нашли! – сухо и жестко произнёс прокурор Буданов, смотря только в свою записную тетрадь, в которой делал какие-то пометки.
− Нашли новый труп там же, где нашли первого копателя. – без всяких эмоций сухо начала докладывать Светлана. – При нём были обнаружены документы на имя Хермана Эрика. Несмотря на то, что копатель был одет соответствующим образом, старший опер Буеславов в нём тут же признал Кента – помощника Суховея. Криминалистом была обнаружена во рту Кента записка следующего содержания: «Кент! Пацаны-спортсмены на тебя в обиде. Ты залез не на свою территорию. И Суховей – тоже! Так и передай Суховею». Остальные вещ доки требуют обработки. Доклад закончен.
− Мало, Белавина, мало! – прокурор по-прежнему не собирался смотреть ей в глаза, думая о чём-то своём. – Идите, и работайте!
Светлана повернулась и пошла к двери. Уже закрывая дверь, она неожиданно услышала слегка заискивающий голос прокурора. – Митрофан Ильич?
Волна чего-то противного прокатилась изнутри, заставляя её закашляться.
− А наш-то?! Во даёт! – тон, каким это произносил внутренний голос, заставил Светлану быстро рукой потянуться к платку, лежащему в кармане и поднести его ко рту. И, если бы не Сонечка, удивлённо смотрящая на следовательшу из-за своего рабочего места, Светлану бы, наверное, вырвало только от одной мысли, что прокурор, который управляет ими, так преклоняется перед ворами в законе.
− Хорошо, что я не высказала ему свои выводы о группировках! – решила она. И эта мысль тут же вернула её в рабочее состояние. Выпрямившись, как стрела, она твёрдой походкой направилась на своё рабочее место.
Хмыкнув перед своей дверью, она произнесла. – Ну, вот, теперь и Суховей узнает про содержание записки, которую засунули в рот Кенту!
Не успела она сесть на своё рабочее место, как зазвенел телефон.
– Да что это за день-то такой! – возмутился внутренний голос. – Своими делами не дают заняться человеку!
– Это Доброжелатель. Сегодня в 10.00 на старом Балашовском мосту будет забита стрелка между Суховеем и бандотой. А в 12.00 там же планируется стрелка между Суховеем и Херманом. А в 14.00 там же будет забита стрелка между бандотой и Херманом. – произнёс голос в трубке и отключился.
– Вот это да! Не зря я отметил, что день сегодня не простой… – напомнил о себе внутренний голос. – Надо что-то делать! А то они перестреляют друг друга и конец…
– Да уж лучше бы перестреляли друг друга! Мне меньше забот… – ответила ему Светлана, записывая информацию на страничку календаря. И подумала. – Пойти к Бадану и сообщить ему о стрелках?
– Да-да, иди-иди… Он тут же сообщит об этом Суховею! – огрызнулся внутренний голос. – Смотришь и тебя поставят в охрану Суховею… Или лучше – Херману выставит! А вдруг Америка войну из-за Хермана развяжет?
– Это хорошо, что ты про войну напомнил… – задумчиво отозвалась Светлана. Почесав на затылке рукой, вдруг решила. – Пойду посоветуюсь с Пал Николаичем!
И направилась к криминалисту в кабинет.
Пал Николаич, будучи, как обычно, в добром здравии и хорошем настроении, даже присвистнул, узнав о стрелках. Потом сел на стул и внимательно посмотрел на следовательшу.
– Мы знаем, где и кто организовывает стрелку, у нас ещё есть время, чтобы узнать, о чём они собираются потолковать между собой… – прищурив глаза и слегка усмехаясь, произнёс он. – Так что же нам мешает поставить там пару видеокамер и записать все их переговоры?
– Точно! – Светлана чуть не подпрыгнула от такой идеи. – Поставить там пару видеокамер и будем знать всё об их переговорах!
– А кто, по-твоему, будет это делать? – как всегда ложку дёгтя в бочку мёда внёс внутренний голос. – Ты?