Заказ принесли в точности такой, как они себе заказывали. Парень удивился размерам кружки для пива, которая была действительно огромна, но это скорее обрадовало его, чем напугало, ведь свои пределы он знал идеально. Бокал же вина для Сумико был скромен, но зато вместе с ним им принесли целую бутылку, а также второй бокал. Салат с морепродуктами, как для средневекового блюда, выглядел просто замечательно, но что касается жареной курицы… Она выглядела ещё лучше.
-А почему ты взяла себе так мало? — вдруг поинтересовался у неё парень.
-Даже в другом мире нужно заботиться о своей фигуре, — удивительно, но её голос был максимально спокоен.
-Кстати, я ведь никогда не замечал, но в реальности ты ведь действительно была довольно худой. Спортом занималась?
-Ох если бы, — вздохнула она, — чаще всего учёба отнимала так много времени, что я совсем забывала есть.
-А родители что? Совсем не следили за тобой? — в его речи не было слышно недовольство или отчуждение, скорее обеспокоенность и некое непонимание.
-Они работали допоздна, приходили уставшие, а там уж не до меня было вовсе. Хотя, это как посмотреть, — на её лице наконец появилась улыбка, которая так нравилась Минору, — они заботились обо мне и любили меня. Даже когда они, уже совсем обессиленные, возвращались домой, у них всегда находилась минутка на то, чтобы выслушать меня о том, как прошёл мой день, как я себя чувствую, о чём переживаю. Если у них выпадал выходной на день, когда я не занята, они всегда старались провести его вместе со мной. Чаще всего мы ездили на природу, ведь всем нам подобный способ времяпровождения казался чуть ли не идеальным семейным отдыхом, а что ещё важнее, он был довольно дешёвым.
-Прошёл всего день, но по тебе видно, что ты уже по ним скучаешь, — довольно ловко подметил парень.
-Да, ты прав, это на самом деле так. Но неужели ты не скучаешь?
-Так ведь всего день прошёл, — удивлённо ответил он, — хотя, эта кружка пива была бы гораздо вкуснее, будь она разделена в одной компании с отцом.
-Неужели вы с ним вместе выпивали? — это правда её смутило, — но ведь нельзя же по закону.
-Делай он всё по закону, не оказался бы в тюрьме, — к её удивлению, Минору от этого лишь усмехнулся.
-В тюрьме? Прямо сейчас он там находиться? — полностью бросив свою еду, она стала вовлечена в разговор больше, чем когда-либо.
-Нет, год назад его выпустили, — парень взялся за голову одной рукой, придержав её всего на пару секунд, а затем проведя ею по своей голове, — он умудрился попасть в одну не самую приятную авантюру четыре года назад. Как-то так получилось, что его знакомые случайно совершили какое-то преступление, что-то вроде кражи, ну а отец был назван соучастником, хотя ничего особенного не делал. Просто сам по себе он никогда не мог отказаться другим, вот и на этот раз помог им в том, в чём явно не следовало. К счастью, его выпустили относительно быстро, но за это время мы оба с ним довольно сильно изменились. Когда его посадили, меня отправили к нашим дальним родственникам, в Осаку. Там проживал двоюродный брат моего отца с фамилией Мияхара. Дом у них был большой, в нём жили брат с сестрой, а я был там явно лишним. Да уж, странное было время.
-И почему же оно странно?
-Да по той простой причине, что в тот момент я стал очень сильно меняться. Знаешь, смотря на меня, может сложиться впечатление, что я — самый типичный хикикомори, отаку, задрот — называй, как хочешь. Но таким я был далеко не всегда. В детстве мой отец проводил много времени со мной, стараясь показать мне как можно больше. И тогда же у меня было немало друзей. Да, я не был каким-то особенным — просто самый обычный пацан. Мало что меня особенно увлекало, но хотя бы был общительным.
-Ну и что же случилось?
-А случился тюремный срок отца. Без него мне стало слишком одиноко. Я попал в другой город, к родственникам, которых не знал, и жил я с двумя подростками, которые были чуть старше меня, поэтому я для них не был хоть сколько-нибудь важен, хотя та девочка была ко мне немного добра. В новой школе дела не задались, друзей не было совсем, клуб себе я так и не нашёл, а от отца не было совсем никаких вестей. Тогда же наконец ко мне пришло осознание того, что я чем-то могу от всего этого отвлечься. И, как ты уже могла понять, этим «чем-то» стало моё увлечение всем подряд, что считается не самым уважаемым в нашем-то обществе. Общество дураков, — когда Минору был чем-то недоволен, он обычно тяжёло вздыхал — сейчас он именно это и сделал, — слишком уж интересным оказалась вся эта культура отаку. Конечно, я всегда по-немногу смотрел аниме, читал мангу, но в то время я делал это в совсем уж ненормальном количестве. А потом ещё и игры подсоединились. Так я окончательно стал хики: полностью перестал выходить из дома, совсем ни с кем не разговаривал.
-Но неужели во всём виноват арест твоего отца?
-Возможно, да, скорее всего так. В новом городе и в новой семье мне было слишком неуютно. Тогда этот мир настолько меня достал, что я решил сбежать в другой, в мир виртуальный, ненастоящий. В нём оказалось слишком комфортно, вот я и решил остаться.
-Но это ведь сказалось на твоей учёбе и коммуникабельных навыках, ведь так? — не скрывая свою обеспокоенность, спросила у него Сумико.
-Думаешь, мне было до этого дело? — быстро проговорил он, — ошибаешься. Новые увлечения казались мне чем-то настолько важным и при этом невероятным, что на всё остальное мне уже стало плевать.
-А что же стало с твоим отцом? — с каждой минутой девушке было всё более и более некомфортно, ведь она уж точно никак не ожидал, что он решит настолько ей открыться.
-Моего отца досрочно выпустили из тюрьмы, право опеки надо мной у него никогда не забирали, а поэтому я вернулся в Токио и жил дальше вместе с ним. Какой же это был отвратный год, — оскалился он, — тюрьма изменила отца, сделав его холодным, чёрствым, безэмоциональным. Ни разу от него я не услышал ни слов поддержки, не заинтересованности в моей жизни, да ничего! — парень со всей силы ударил рукой по столу, чем привлёк к себе совсем не нужное для него внимание.
-Но ты ведь сказал, что вы вместе выпивали, — Сумико не повышала тон и общалась с ними спокойно, в надежде, что и он умерит свой пыл, — неужели вы это делали, когда ты был совсем юн?
-Нет, как раз в последний год, — и вновь он тяжело вздохнул, — только тогда я мог провести с ним время, как отец с сыном. Я всегда знал, что он любил выпить, но в прошлом году кое-что изменилось. Когда он выпивал раньше, до тюрьмы, то обычно почти что сразу шёл спать, но в последнее время его поведение изменилось. Весь последний год, когда бы он не притрагивался к бутылке, он тут же становился старым собой — мягким, чувствительным, любящим отцом. Вся его суровость, возникшая за время, проведённое в тюрьме, сразу же испарялась, и только тогда я мог по-настоящему наслаждаться общением с ним, — и тут уже Минору стал говорить гораздо спокойнее, но вдруг осознал кое-что, — слушай, Сумико, ты меня прости.
-Извиняешься? За что? — она правда его сейчас не понимала.
-За то, что нагрузил тебя лишней информацией. Едва ли тебе было интересно слушать моё нытьё, — и опять парень вздохнул.
-Да, было! — она вдруг, оперевшись руками на стол, приблизилась к нему, чтобы тот увидел всю её решимость, — да и никакое это не нытьё! И вообще, мне даже приятно стало. — и всё же она, явно успокоившись, сильно засмущалась.
-Приятно? От того, что я показал свою слабость перед тобой? — он уже разочарованно начал опускать свою голову, как вдруг услышал её ответ.