– Лучше говори, – напомнил он.
– Можешь взять свои слова и засунуть их…
Палач закончил с разговорами. Его губы накрыли мой рот, и слова застряли в горле.
– Ах, какой же ты самодовольный. – Мои глаза метали молнии, когда я смотрела на Палача с пассажирского сиденья. Он наконец отпустил мои руки, после того как мы… еще немного поговорили. И пришли к своего рода соглашению. Которое, как он думал, было в его пользу.
Уголок его рта приподнялся. Боже, сколько самоуверенности. Как же хотелось стереть эту улыбку с его лица.
– Это был хороший день в море плохих, – сказал он.
– Ты называешь это хорошим днем?
– Мы с Ангелой целовались – и ей это понравилось.
Я приподняла бровь. Выходит, я отвечала на поцелуй. Опять. Да, этот парень действительно знал толк в поцелуях.
– Мне жаль тебя, если ты считаешь этот день хорошим.
Он бросил на меня мимолетный взгляд.
– В отличие от некоторых, – он повернул машину к своему дому, – мой обычный день не включает бесплатных объятий.
– Моя жизнь тоже не сахар. – Я не стала заострять внимания на «объятиях». Ведь именно этим я и занималась на службе.
Он усмехнулся. С издевкой. Нет, этот сукин сын прямо-таки нарывался. Лучше бы ему спать вполглаза.
– Не сравнивай.
Палач въехал в гараж и заглушил двигатель. Я вышла из машины вслед за ним.
– Сегодня я буду спать спокойно, потому что получу твои знаменитые бесплатные объятия.
Да, к такому соглашению мы и пришли. Одна кровать на двоих, никакого секса, много объятий. Но, действительно, ему лучше спать не слишком крепко.
Я прищурилась, глядя на него. Даже не будь он суперзлодеем, все равно я находила бы его самым несносным человеком на свете. По крайней мере, самым несносным мужчиной, который настаивал на том, чтобы мы оставались вместе.
Мы вошли в дом и снова оказались в запутанном лабиринте иллюзий Мираж. Едва переступив порог, я врезалась бедром во что-то невидимое, но острое.
Я выругалась и потерла ушиб, чтобы вылечить его.
– Будь осторожна, – предупредил Палач, – этому столу больше двухсот лет.
Вдох, выдох. Не души его… пока.
– В следующий раз постараюсь держаться подальше от стола-невидимки, – процедила я сквозь зубы.
– Если тебе нужна помощь, чтобы освоиться в доме – обращайся. – Он взял меня за руку, как белый рыцарь, которым вовсе не был, и повел за собой по коридору.
Мы пришли в кухню.
– Проголодалась? – спросил он, отпуская мою руку и подходя к холодильнику.
– О, неужели, мой господин? Вы покормите рабыню? Как это мило с вашей стороны!
– Хочешь поговорить о рабстве? А как насчет меня: я всю жизнь прожил в рабстве у своей силы. Больше не хочу.
– И вместо этого ты похитил меня.