Эшли прикусила губу:
– А если я откажусь?
– Ты все равно рано или поздно умрешь. Квантовитом ты стать не можешь, а животные нам нужны только с одной целью. Догадываешься, с какой?
Эшли сглотнула. Наверное, удивляться не стоило. Все к этому шло уже давно. Какой у нее был выбор в данной ситуации? Нужно соглашаться. Конечно, наверняка она не знала, выполнит ли Андмор свое обещание, но так у нее хоть какой-то шанс будет. Единственное, что не давало ей сказать «да», это одно чувство, которое никак не желало ее отпускать.
– Могу я поинтересоваться… Это ведь как-то связано с Алистером, да? Что с ним будет?
Андмор вздохнул:
– Вот чего я не могу понять, так это почему вы все: Инна, ее отец, ты – так беспокоитесь об этом никчемном животном. Что в нем такого особенного, что вы отчаянно стараетесь сохранить ему жизнь?
Эшли промолчала. Вряд ли квантовит в состоянии понять, что такое любовь.
– Сколько я за ним не наблюдал, не заметил в нем ничего стоящего, – продолжал Андмор. – И даже Павел Рябинин, когда был еще жив… я считал его самым умным из людей. Даже его этот Алистер сумел покорить до такой степени, что он отказывался сотрудничать, если я пытался убить это никчемное существо. Я еще могу понять, почему он из-за дочери переживал… Но Алистер ему даже не родственник. Ты можешь объяснить мне, в чем тут дело?
– Я так понимаю, в обществе квантовитов не существует понятия дружбы? – предположила Эшли.
– Примитивные глупости, – пренебрежительно бросил Андмор. – Мы давно уже поняли, что нет никакой дружбы. Просто существа, разумные и неразумные, сбиваются в небольшие группы, когда им это выгодно, и расходятся, когда нет. Точно так же и с любовью. Именно поэтому я знаю, что, как бы ты о нем не беспокоилась, ты все равно сделаешь все, чтобы спасти себя. Ведь так, Эшли?
Женщина проигнорировала этот выпад:
– Что я должна сделать?
– Так ты согласна выполнить все, что бы я ни попросил, и как бы неприятно это ни было?
– Да.
Лицо Андмора оставалось равнодушным, но Эшли показалось, что внутри он наверняка довольно улыбается. Она подтверждала все его стереотипы о глупых людишках. Она была такой жалкой, что он, даже не стесняясь, говорил ей об этом. Ох, какая же она мерзкая.
– Отлично, – произнес квантовит и вдруг крепко вцепился в ее руку так, что женщине стало больно.
– Ай! – вскричала Эшли. – За что? Я же согласилась!
– А это, Эшли, неприятная часть твоего задания, – сухо пояснил Андмор. – Прости, но по-другому никак.
После чего он резко вывернул ей руку. Раздался громкий треск, сопровождающийся дикой болью, словно кто-то воткнул в тело тысячу ножей. Сустав выгнулся в обратную сторону, сломанное место запульсировало так, что на глаза навернулись слезы. На что только она согласилась? Эшли взвыла, не потому, что рассчитывала на сочувствие, а потому, что она была полнейшей идиоткой, когда соглашалась на это задание. Но теперь, когда ее рука была сломана, у нее просто не осталось выбора. Она должна довести дело до конца, чтобы сбежать от этой садисткой твари. Иначе ей просто крышка.
Квантовит доставил доктора Вебера в комнату, где держали детей. Едва он очутился в нужном помещении, как тут же услышал гвалт. Каждый ребенок что-то говорил, и все вместе их голоса превращались в нескончаемый шум. Он поморщился – и так в голове постоянно голосили альтернативные версии, а тут еще и это… И как он только должен работать в таких условиях? Впрочем, он вообще не хотел работать на этих тварей.
Окинув взглядом комнату, Вебер заметил женщину невысокого роста, которая держала в руке нечто вроде биосканера и просматривала на нем какие-то показания. Она была повернута к нему спиной, и, тем не менее, сразу подала голос:
– Здравствуйте, доктор Вебер.
– Здравствуйте, – недовольно буркнул врач. – Как Вы поняли, что это я?
– Уловила эхо Вашего присутствия, – Светлана обернулась и подошла к нему. – Все квантовиты так могут. Хорошее умение, правда?
– Квантовые твари, – пробурчал Вебер. – Давайте сразу проясним, доктор Постникова. Я не испытываю никакого желания им помогать. Они убили мою жену, и согласился я на это задание только потому, что иначе они бы убили и меня. Но они мне не нравятся, как и все их способности.
– Надеюсь, ко мне это не относится? – холодно спросила Светлана. –Потому что я Вашу жену не убивала.
Вебер нахмурился. Ему рассказали о том, что Светлана – ученый с Земли, первый человек, прошедший превращение. Конечно, она не участвовала в том побоище, в котором погибла его жена. Но почему-то любезничать с ней не хотелось.
– Давайте работать, – хмуро предложил он.
– Да, – женщина кивнула. – На всякий случай сообщаю Вам, что за всеми бывшими людьми наблюдают. Поэтому советую свои взгляды держать при себе и вслух не высказывать, иначе это плохо кончится.