Свадебный переполох, или Уроки взаимного приручения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шон бросил взгляд на золотой «Ролекс». Ну да, ничего так. На самом деле и черт бы с ними, но это подарок матери на двадцатипятилетие.

– Мистер Пристли, – стюардесса снова материализовалась возле него, – в первом – мест нет, а вот в бизнес-классе одно свободно.

Шон посмотрел на Еву, которая насмешливо вздернула бровь, вероятно, уже выпроваживала его.

– Пересадите, пожалуйста, этого достопочтенного джентльмена, – он указал на любопытного соседа и отдал свою кредитную карту.

Через две минуты Шон совершенно неудобно устроился возле Евы. А куда, интересно, она ноги свои умопомрачительные засунула? Свободного пространства же нет вообще!

– Привет, – сказал, повернувшись к ней, словно они только что встретились.

– Привет, – шепотом ответила Ева. – Шон, что происходит?

– Происходит то, что я люблю тебя, Ева Кьяри. И я очень торопился тебе это сказать.

– Любишь меня? Но этого не может быть! – Ева не верила. Да как поверить-то!

– Может, – он провел костяшками пальцев по ее скуле. – И я очень надеюсь, что ты тоже любишь меня и не бросишь ночью в аэропорту. – Шон демонстративно обвел себя руками. – Вот я весь! Пустишь переночевать?

– Не знаю, – Ева надменно вскинула подбородок. – Все зависит от того, как ты будешь вести себя следующие девять часов.

– Клянусь, – он накрыл ее ладонь своей, и они переплели пальцы, – я буду вести себя очень плохо, – шепнул и склонился к ее губам, жадно впиваясь в них. Ева была довольна ответом.

Глубокой ночью или ранним утром – зависит от того, как посмотреть – Ева забрала ключ в почтовом ящике, код от которого прислала в сообщении синьора Марини. Они поднялись на четвертый этаж – пользоваться старым лифтом, двери которого нужно раздвигать самостоятельно, да еще и деньги за это платить, не рискнули – и вошли в квартиру.

Все оказалось именно так, как на фотографиях. Небольшая, но очень уютная и чистая квартира на последнем этаже. Шон поставил чемоданы в гостиной, а Ева сразу отошла к дверям на балкон. Двустворчатые, деревянные, с прозрачными тюлевыми занавесками, а за окном мощеная камнем улочка, узкая и тихая.

– Смотри как здорово! – шепнула Шону, который подошел сзади и обнял ее за талию, зарываясь носом в волосы.

– Балкон в гостиной выходит на площадь.

– Пьяцца Сан-Бабила, – упражнялась в итальянском Ева.

– Устала? – шепотом спросил он.

– Нет, – Ева повернулась и обняла его за шею. – Голодный?

– Очень. – Его ладони тут же оказались на ягодицах.

Ева улыбнулась и, взяв Шона за руку, повела на кухню. Она до сих пор не могла поверить, что такое возможно. И дело было не только в его признаниях, хотя это тоже было ошеломительно. Но то, что за девять часов полета они с Шоном из заклятых ненавистников превратились в верных обожателей – просто стрелой в сердце. Купидон явно сегодня в ударе! Это невероятно, но они поняли друг друга! Они общались так, словно были друзьями всю жизнь, а вот взглядами обменивались, как давние любовники, которым очень, очень хорошо вместе.

– В холодильнике должна быть еда. Самое необходимое, правда, – Ева открыла его и, улыбнувшись, достала бутылку вина.

– Да, без этого девушке никуда.

– Есть еще прошутто, сыр и оливки – живем!

Шон подошел ближе и притянул Еву к себе.

– Я бы сначала в душ, – он поцеловал ее в губы и забрался ладонями под юбку. – Может, вместе?

– Может, – шепотом ответила Ева. Сейчас они могут принадлежать друг другу: на час или на всю жизнь – совершенно неважно. Иногда даже мига достаточно.

Шон подхватил ее на руки и понес к белой двери, которая, вероятно, вела в ванную. А-н нет. Это крошечная гардеробная. Две минуты поисков, и они абсолютно голые стояли под теплыми ласковыми струями. Они не изучили друг друга и не присматривались, напротив, они тянулись за смелыми ласками, словно голодающие за пищей.

Ева нетерпеливо опустилась вниз и приникла губами к крупной рубиновой головке. Солоноватый и терпкий – именно такой, как Ева представляла. Она не смогла вобрать его до конца, поэтому водила языком по всей длине и помогала себе рукой. Шон, зарывшись пальцами в мокрые волосы, прерывисто дышал и смотрел на нее: проводил членом по губам и как зачарованный наблюдал за ее языком.

– Не могу больше, – он рывком поднял Еву и впечатал в стену, жадно накрыл губы и, закинув ее ноги себе на бедра, нетерпеливо, со стоном, ворвался внутрь.