Свадебный переполох, или Уроки взаимного приручения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ева вздернула бровь. Она не ослышалась – Шон считал ее великолепной?!

– Я умею критически мыслить, – с усмешкой пояснил он. – Если ты не нравишься мне, то это не значит, что и другие мужчины считают тебя непривлекательной.

Ева, собрав в кулак остатки самообладания, таки смогла удержать прежнее выражение лица, но последний выпад Шона достиг цели. Было обидно. Очень. Не то чтобы Ева хотела с ним сблизиться или, упаси боже, заставить его наконец заметить и влюбиться в нее, но все равно неприятно слышать, что мужчина, твой первый мужчина, первая сильная влюбленность, считает тебя настолько неприятной.

Она смахнула с его плеча несуществующую пылинку и мило улыбнулась:

– А зачем мне дед? – грациозно пожала обнаженными плечами. – Вы с братом очень похожи, и партия он выгодная. – Шон сильнее стиснул ее талию. – И я, мне кажется, понравилась ему.

Через тонкую ткань платья Ева ощутила, как его горячие пальцы впиваются в бок и тихо ахнула:

– Шон, мне больно.

– Прости, – он ослабил захват. – Ты меня так бесишь, что я контроль теряю!

– Думаешь мне легко сдерживать желание двинуть тебе каблуком под коленку?!

Странно, но сработало: градус напряжения немного спал, и последние двадцать секунд они станцевали мирно и слажено.

– Мы поняли друг друга, Ева? – спросил Шон, когда доиграли последние аккорды.

– Мы никогда не поймем друг друга, Шон.

Он хотел удержать ее, вроде как лично сопроводить к кавалеру на этом празднике, но Ева ловко освободилась от его опеки – дорогу она и так знает!

Глава 5. Ночные прогулки и двойные свидания

За следующие полчаса Ева поняла две вещи: первая, ей ни в коем случае нельзя оставаться с Шоном наедине, причем «наедине» не в смысле приватно, а даже в относительном тет-а-тет; второе, что она не ошиблась, сказав, что Натан испытывает к ней симпатию. Он практически не отходил от нее, что автоматически решало первую проблему: на людях Шон ненавидел Еву исключительно молча.

– Держи, – Натан подал ей тарелочку с кусочком шоколадного торта. – Как ты просила: побольше мусса, поменьше мастики.

– Спасибо, – улыбнулась Ева, облизнув ложечку. Вкусно! Она стрельнула глазами в брата своего заклятого клиента-жениха и призадумалась. Натан определенно испытывал к ней симпатию, но как-то без искры что ли. Да и она сама, чувствуя к нему искреннее расположение, понимала, что не смогла бы лечь с ним в постель. Ева всегда примеряла мужчину по критерию: как быстро у нее упадет туфля. С Натаном, по крайней мере на данный конкретный момент, обе туфли останутся на месте, потому что даже если поцелуй случится, ножку Ева не поднимет.

«Жаль», – подумала она. Было бы неплохо досадить Шону и мозолить ему глаза на всех семейных праздниках и особенно в Рождество. Ева всего на секундочку подумала, куда бы полетели туфли, если бы они с Шоном относились друг к другу чуть с большей симпатией, ну и он был бы свободен, естественно. Когда-то ведь он ей очень нравился, было в нем что-то магнетическое, мужское… Все эти дьявольские крылья виноваты!

– Не скучаете? – спросила Эмили, подошедшая под ручку с женихом.

– Нет, но, признаться, было уже в планах уходить, – ответила Ева. Ее же взглядом испепеляют при каждой удобной возможности! – Может, Натан, проводишь меня? – Гореть, так гореть!

– А может, сбежим отсюда? – заговорщически шепнула Эмили, обняв Шона за шею и ловким движением приделав ноги бутылке вина, стоявшей рядом на стойке.

– Я только за! – ответил Натан на оба предложения, даже Шон как-то по-мальчишески улыбнулся.

Они неспешно прогуливались по ночному Сохо, спускаясь к Чайна-Тауну. Решено было всем вместе проводить Еву: она жила на Сейнт-Джеймс Плейс – идти чуть больше мили. А потом уже взять такси и отправиться в Верхний Манхэттен.

Шон и Эмили, обнявшись, шли впереди и о чем-то шептались, иногда передавая бутылку с вином паре, шедшей сзади. Ева и Натан болтали о музыке и кино. Критиковали последних «Мстителей» и даже спорили о степени дурашливости костюма Капитана Америки, правда, оба сошлись, что Крис Эванс в хорошей форме. Пили они все из горлышка – прихватить бокалы никто не догадался, а заходить в магазин не хотелось. Шон, кстати, единственный, кто додумался замотать бутылку коллекционного вина в бумагу – загреметь в участок за распитие алкоголя в общественном месте тоже не хотелось, а упаковку он содрал с одного из подарков Эмили. Вообще, либо прогулка, либо выпитое шампанское в целом как-то сбили градус неприязни, сгладили углы и убавили резкость в отношениях Шона и Евы. Все четверо были немного пьяны, особенно Эмили – гостей было много и каждый поднимал бокал в ее честь – и как у любого нормального нетрезвого человека в них тоже проснулась тяга к ближнему своему. Натан и Ева тоже шли рука об руку, а когда она переходила дорогу, то, запутавшись в подоле вечернего платья, чуть не растянулась на дороге, и, о боже, Шон подхватил ее. В итоге длинный широкий перекресток они переходили вчетвером, растянувшись на весь переход, обнимаясь и смеясь.

Потом уже, когда Ева перебирала дома события этого безумного вечера, протрезвев под контрастным душем, она с улыбкой вспоминала, что как-то Шона не сильно воротило от ее присутствия, а рука ну очень по-хозяйски лежала на талии. Ева остро ощущала горько-сладкий аромат его парфюма, почти неуловимый, но Шон так крепко прижимал ее к себе, что запах самовольно нырнул в легкие. Сама же не осмелилась обнять его в ответ, а вот Натана – пожалуйста! Но все это Ева анализировала и оценивала позже, а сейчас, когда они проходили по какой-то улице, чтобы идти подольше – они ведь гуляют! – зацепилась взглядом за причудливый сквер, которого раньше не видела. Если бы видела – запомнила бы: искать площадки для разного рода праздников у нее на уровне рефлекса.

– Подождите, – Ева высвободилась из совершенно некрепких объятий Натана и, открыв низкую ажурную дверь, венчавшую вход в сквер, прошла вглубь парка.

Повсюду висели красные китайские фонарики, правда, горели не все, поэтому полумрак был ну очень интимный, даже чересчур, но это не помешало рассмотреть шикарную заводь с кувшинками, живые изгороди из тропических орхидей и даже китайскую пагоду в отдалении. Ева закрыла глаза. Азия. Вечер. Тропический сад. Сладкий аромат цветов. Шелковые шатры. Яркий узор на посуде. Смелые цветовые решения…

– Ева? – позвала Эмили. – Что с тобой? Ты такая… загадочная.

– Посмотри, как здесь здорово! – вместо ответа воскликнула она и, разведя руки в стороны, покружилась. – Смотрите, там, – Ева указала на заводь, которую тонко разрезал деревянный настил, – поставим арку с дикими орхидеями, священника, алтарь. Сюда, – она махнула на газон, – гостей, и ты, прекрасная, пройдешь мимо них на закате. Поставим шатры, обтянем их шелком, добавим тропических деревьев, больших вазонов с хитрыми растениями и цветами, бабочек и… У нас будет свадьба в тропическом саду!

– Ева, это потрясающе! – поддержала Эмили. Она была в той кондиции, когда любят всех и согласны на все. – А ресторан?