– Ни в коем случае! Только ты.
Ева вздохнула. Спорить и настаивать она не будет. Да и права Рина: мужчины редко интересуются приготовлениями. Дай бог вовремя на церемонию приедут и ладно. Нет, были и такие, кто живо интересовался, помогал и выбирал, но их существенно меньше.
***
В «ГлобалКэпитал» собрание членов правления и крупных частных инвесторов подходило к концу. Шон уже выступил с анализом финансовой доходности текущего квартала и стратегией управления инвестиционным портфелем на будущий год. Сейчас отец и по совместительству председатель правления и CEO подводил итог встречи: Шон слушал вполуха – они с отцом ни раз обсуждали повестку собрания, – а вот думал он быстро и четко. Черт возьми, он женится чуть больше, чем через три месяца! Это даже немного пугало. Их с Эмили обоих устраивало положение вещей, но родители давили. Мягко, но подталкивали к следующей ступени: пора им вить свое гнездышко, рожать детей, дерево сажать. И что, если на ребенка пока нет времени, у каждого из них есть прекрасная квартира, а деревьев в Нью-Йорке и так хватает! Но Шон сделал предложение, а Эмили согласилась. Сказано – сделано! И свадьба не за горами, а они словно только очнулись! Он ведь тоже еще не думал о торжестве, гостях и галстуках для шаферов. Да и у Эмили точно еще не было платья! В этом Шон уверен.
Телефон рядом с ладонью мигнул сообщением: банк вернул ему пятьсот сорок два доллара. Шон задумчиво провел по экрану – он даже не помнил, что покупал на эту сумму, и почему она не прошла? Проанализировать он не успел – собрание закончилось, а когда вернулся в кабинет – ему позвонила Эмили.
Тридцать секунд разговора – настроение скисло. Опять эта Ева Кьяри! С каких пор в его жизни стало ее так много? Какого черта она в принципе появилась в его жизни. После пятнадцати минут уговоров и аргументов Шон сдался. Объективных причин отказываться встречаться с потенциальным свадебным организатором у него не было, если, конечно, он не хочет рассказать, что в действительности его связывало с Евой Кьяри. Да и навел он о ней справки за прошедшие сутки: она правда работала в течении последних трех лет в «Dream Wedding», сразу после колледжа. И репутация как специалиста у нее неплохая. Значит, вариант, что Ева специально втиснулась в агентство, чтобы его достать, не жизнеспособен. Но это, естественно, не отменяло того факта, что видеть ее рядом Шон категорически не желал! Но встретится. В последний раз.
– Джоан, зайдите, – вызвал секретаря, листая ежедневник в телефоне. Надо же для этой свадебной аферистки окно найти. Нашел. Через десять минут из Рокфеллер-центра на Уолл-стрит раздался звонок в район Таймс-Сквер, где сейчас пробегала Ева.
– Ева Кьяри слушает, – ответила она.
– Мисс Кьяри, добрый день! Меня зовут Джоан. Я секретарь мистера Шона Пристли. Мистер Пристли уведомлен, что вы желаете встретиться с ним, и предлагает вам подъехать завтра к одиннадцати утра в офис «ГлобалКэпитал» в «Рокфеллер-центре».
Ева закатила глаза: уведомлен он! Вот кретин несносный!
– Вам удобно будет по времени?
Ева мысленно проштудировала свой график: пятнадцать минут, чтобы кинуть этому гаду в лицо его же билеты и забрать свои деньги найдет! Но об этом она подумала, а вслух мило произнесла:
– Конечно!
– Отлично! Если вдруг у вас произойдут изменения в расписании, сообщите по этому номеру. Доброго дня, мисс Кьяри.
Следующим утром Ева, одевшись с особой тщательностью, – узкие брюки с завышенной талией, тонкая рубашка красивого молочного цвета и шпильки, которые она снимет, как только выйдет из «Рокфеллер-Центра», – забежала в типографию: вчера Мэнни прислал три макета приглашений, и Эмили тут же одобрила один, даже капризничать и переделывать ничего не захотела! Работа действительно была отменной: серебристая лощенная бумага, нежного мятного цвета бархат, натуральная кружевная вязь на конверте и шикарные винтажные шрифты – не приглашения, а эстетический оргазм в количестве трехсот пятидесяти штук. Ева планировала до встречи с Шоном объехать три типографских агентства, с которыми работала и доверяла полностью: нужно узнать, кто точно попадет в макет, да и бюджет удовольствия рассчитать, естественно, а затем в работу и быстро – приглашения давно пора рассылать. Правда, у Евы до сих пор нет точного списка гостей. Жених еще не подготовил. Рожает он его что ли!
Без четверти одиннадцать Ева стояла возле ступеней, ведущих наверх – в бизнес-рай. Высотное здание в стиле ар-деко, куча табличек с названиями компаний, чьи штаб-квартиры располагались в «Рокфеллер-центре» – Ева отыскала глазами «ГлобалКэпитал» и вошла внутрь. Большая стойка администрации, а дальше – вход только по пропускам.
Признаться, добрые десять секунд, пока девушка изучала ее документы, Ева боялась, что вот сейчас ее выгонят с позором, а Шон Пристли появится из-за угла и ткнет в нее презрительно пальцем, велев убираться. Но нет. Он не появился, а Еву не выгнали. Наоборот, она спокойно поднялась на лифте на сто второй этаж, а когда двери распахнулись, ее уже ждали.
– Мисс Ева Кьяри?
– Да, доброе утро.
– Я Джоан.
– Очень приятно, Джоан.
– Пройдемте, мисс. Мистер Пристли вас ожидает.
Они прошли через светлый мраморный вестибюль и оказались у интересных стеклянных дверей. Те разъехались перед ними, открывая еще один холл с винтажными креслами и таким же диванчиком, тремя низкими столиками и кофе-автоматом. Джоан пригасила пройти в стильный арочный проем – очевидно, приемная большого босса. Сначала их встретило шикарное по отделке и размерам рабочее место секретаря, дальше еще два стола поскромнее, за которыми работали две женщины, и высокие двустворчатые двери в кабинет.
Джоан коротко постучала и распахнула их перед Евой.
– Мистер Пристли, к вам мисс Кьяри.
Шон отрывисто что-то сказал в телефон и положил его на письменный стол.
– Джоан, принесите кофе и? – Он выразительно посмотрел на Еву.
– Ничего, спасибо.
Они остались вдвоем. Шон оперся о крышку стола и демонстративно сложил руки на груди.
– Пришла просить пощады? – презрительно поинтересовался он.