Тексты своих рапортов Хрущеву Быковский и Терешкова знали хорошо, но оба волновались значительно больше своих предшественников и рапортовали менее четко, чем они. Я проводил их до двери самолета, а затем наблюдал, как они шли к правительственной трибуне, слушал их рапорты, видел объятия, слезы, поцелуи... Для Вали и Валерия в конце дорожки, проложенной от самолета до правительственной трибуны, началась новая жизнь - особенно большой и насыщенной она будет у Терешковой. Но многое в этой новой жизни будет зависеть от них самих. Сумеют ли они не потонуть в мелочах, хватит ли сил уберечь себя от миллионов заманчивых, но сомнительных предложений, советов, наставлений и поступков? Я уже несколько раз беседовал с Терешковой на эту тему. Она просила меня не оставлять ее один на один со свалившейся на нее невероятной тяжестью всемирной известности. Мы договорились, что я буду говорить ей всю правду и не оставлю незамеченным ни одного ее промаха, ни одной ошибки. Пока я доволен ее поведением, через 1,5-2 месяца она будет вполне готова для поездок за границу.
Митинг на Красной площади прошел хорошо. Валерий и Валя вполне удовлетворительно прочитали свои речи. После митинга в Кремлевском дворце был большой прием. Но мы с Мусей решили не ходить туда и поехали на дачу. Нервное напряжение последних дней несколько переутомило меня. В субботу вечером и весь следующий день я ощущал какой-то упадок сил и необычную для меня пассивность. Только прогулки с Олей и ее безостановочное щебетанье медленно, но верно восстанавливали мои силы.
26 июня.
В 9 часов утра 25 июня Келдыш, Тюлин и я приехали к Королеву и отредактировали выступления Быковского и Терешковой на пресс-конференции. Вечером 24 июня мы собирались у Келдыша и рассмотрели порядок ведения пресс-конференции и выступления Келдыша, Благонравова и Яздовского. Серьезных замечаний, кроме сокращений по проектам выступлений, не было. В тексте выступления Яздовского абзац о плохом самочувствии Терешковой в космосе, о больших ее эмоциональных переживаниях, усталости и резко пониженной работоспособности все единодушно отвергли. Я еще до обсуждения предупреждал Яздовского о значительном преувеличении им трудностей, испытанных Терешковой в полете. Яздовский пытался защищать свое мнение. Пришлось выступить и напомнить, что Терешкова имела задание на одни сутки полета; продолжение полета на вторые и третьи сутки без ее согласия никто бы не поддержал. Терешкова, бесспорно, чувствовала некоторую усталость, особенно в конце первых и вторых суток полета, ее немного подташнивало, но она нашла в себе силы продолжать полет и выполнила максимум намеченного.
25 июня в 10:30 начался митинг в ОКБ-1, посвященный встрече с новыми космонавтами. По установившейся традиции Терешкова и Быковский вручили Королеву свои бортовые журналы и поблагодарили рабочих, инженеров и конструкторов за созданные ими чудесные корабли. Кроме Быковского и Терешковой на митинге выступали Гагарин, Титов, Николаев, Попович, Королев, Келдыш, Руденко и другие. После митинга человек 50 собрались в кабинете у Королева и немного выпили за новый успех в космосе. Королев был в очень хорошем настроении и, предоставляя мне слово для тоста, сказал: "Первому Герою Советского Союза, нашему лучшему другу, который умеет почти не волноваться в самые трудные минуты пуска..., а если волнуется, то чуть-чуть... Николаю Петровичу Каманину предоставляю слово"... В 12 часов я, Быковский и Терешкова уехали - нужно было подготовить Валю к выступлению на Всемирном конгрессе женщин и побеседовать о предстоящей пресс-конференции. У меня не было времени послушать выступление Вали на конгрессе, но Быковский и слушавшие ее женщины утверждают, что она выступила хорошо.
С 18 до 22 часов в актовом зале МГУ состоялась пресс-конференция. Присутствовало много иностранцев. Конференция прошла хорошо; Быковский и Терешкова выдержали еще один трудный экзамен. Правда, в речах было много повторений: было бы лучше проводить пресс-конференцию без выступлений ученых.
27 июня.
Вчера вся шестерка героев космоса фотографировалась. Фотограф из АПН, специалист по стереоскопическим съемкам Любимов сделает цветные фото и будет готовить маленькие копии ракет с портретами космонавтов. Терешкова после долгого перерыва вновь надела военную форму, до полета она была младшим лейтенантом, а сейчас ей присвоено звание "капитан". Сегодня в 16 часов вся шестерка в военной форме будет в Кремле на приеме выпускников военных академий.
Звонили Валерий и Валя, я рассказал им об их задачах на ближайшие дни. Сегодня будет их выступление по телевидению, завтра - вручение золотых медалей ВДНХ заместителем председателя Совета Министров СССР Рудневым, а с 1 по 6 июля - обследования в госпитале и попутно подготовка подробного отчета об итогах полета. Быковский и Терешкова просили, чтобы обследование проводили в ЦПК, но я не мог удовлетворить их желание.
Вчера Рытов беседовал с Гагариным и Титовым о состоянии дел в Центре и о том, как проявил себя генерал Одинцов в роли начальника ЦПК. Рытов поручил генералу Федорову изучить положение в Центре в связи с рядом грубейших ошибок Одинцова и неумным его поведением. Одинцов одинок, он не может установить хорошего делового контакта ни с подчиненными, ни с соседями по гарнизону, не умеет поддерживать хорошие рабочие отношения даже с партийной и комсомольской организациями. Рытов мне сказал, что для него уже ясно Одинцова надо заменять, - и добавил: "Будут неприятности в ЦК, Миронов возражал против Одинцова, но ошибка есть ошибка, и ее надо исправлять". Я предложил Рытову такой выход: пусть Одинцов сам напишет просьбу об освобождении его от должности начальника ЦПК. Рытов был рад такому варианту, он поручил генералу Федорову в 2-3 дня изучить обстановку в Центре и доложить предложения по укреплению руководства ЦПК. Рытов назвал как вероятных начальников Центра Микояна и Молоткова.
28 июня.
Самым большим мероприятием вчерашнего дня было выступление космонавтов по телевидению. Днем мы обсудили возможные вопросы и ситуации и подготовили Терешкову и Быковского к ответам на вопросы. Валерий подписал несколько статей в газеты и журналы, десятки приветствий различным организациям и множество автографов. Валя дополнительно к той же работе выступила по радио с обращением к французским женщинам (по просьбе жены Тореза) и с приветствием к женщинам Испании (по просьбе Ибаррури). К 19 часам все собрались в телестудии и вместе с Юрием Фокиным, Валентиной Леонтьевой и режиссерами провели подготовку к выступлению. С 20:30 до 23:00 шла телепередача о космонавтах. Я рассказал кратко о впечатлениях на старте и о работе пункта управления полетом. Терешкова и Быковский выступили удачно. Очень хорошо поддерживал беседу Гагарин, не отставал от него и Титов. Попович и Николаев тоже были "на уровне". Выступали с приветствиями Левитин, Логинов, Симонов, Грибов, Гоголева, Заглада, Гаганова и другие. Сегодня было много звонков, все утверждают, что вчерашняя телепередача о космонавтах была лучше предыдущих.
29 июня.
В 10 часов утра меня, Одинцова, Терешкову, Быковского и Мозжорина вызвал в ЦК КПСС заведующий отделом оборонной промышленности И.Д.Сербин и сообщил, что от участниц Всемирного женского конгресса на имя Терешковой поступило более 300 вопросов. Для ответа на эти вопросы целесообразно провести 1 июля пресс-конференцию, организация которой возлагается на оргкомитет по проведению Всемирного женского конгресса (Попова, Овсяникова), Академию наук (Келдыш, Скуридин), ВВС (Вершинин, Каманин) и МИД (Замятин). На меня персонально возложили задачу подготовить Терешкову к пресс-конференции. До 17 часов я отпечатал шесть экземпляров всех вопросов и разослал их Замятину, Скуридину, Мозжорину и Терешковой с просьбой изучить эти вопросы и подготовить проекты ответов, имея в виду, что в понедельник (1 июля) соберемся у меня и окончательно договоримся о содержании ответов. Кроме подготовки пресс-конференции, много времени потратил на рассмотрение бесконечных просьб о статьях, приветствиях, встречах и автографах.
30 июня. Дача "Заборье".
Часа два работал над вопросами, присланными Терешковой. Многие вопросы повторяются, а часть их близка по содержанию. Во избежание повторений и в целях сокращения времени я разбил все вопросы на следующие группы: 1) биография; 2) подготовка к полету; 3) ход космического полета; 4) о будущем Терешковой, космических исследований и мира; 5) о Всемирном конгрессе женщин; 6) приглашения посетить Индию, Англию, Австралию, Африку, Америку и другие страны и просьбы написать пожелания женщинам различных стран.
Разбивка вопросов на такие группы дает возможность Терешковой более систематично и с минимумом повторений изложить свои ответы. Небольшую часть вопросов (10-12) она зачитает на пресс-конференции и даст на каждый из них отдельный ответ.
1 июля.
Заходил к Вершинину и доложил ему о ходе подготовки пресс-конференции Терешковой и о наших возможностях по передаче сувениров Малиновскому. Министр 3 июля вылетает в Венгрию и просил дать ему фотографии космонавтов с автографами, книги, значки, копии ракет и т.д. В 10 часов приехали Терешкова, Быковский, Скуридин, Замятин, Мозжорин и другие, и мы начали подготовку к конференции. Валя и все присутствующие охотно согласились с предложенной мной группировкой вопросов. Мы быстро договорились о содержании ответов на первые три группы вопросов (биография, подготовка к полету, полет). По политическим и научным вопросам мы воспользовались помощью Замятина и Скуридина.
Пресс-конференция началась в 13 часов и продолжалась 1 час 45 минут. Колонный зал Дома Союзов был переполнен. Терешкова провела пресс-конференцию хорошо, но могла бы и лучше. Валя и Валерий забывают, что их слушателям необходимо сообщать больше деталей о полете и характере переживаний космонавта. Например, говоря о включении солнечной ориентации и тормозной двигательной установки, Валя могла бы эти операции подробно и красочно описать, а не ограничиваться сухими фразами. Учитывая, что это только третья официальная встреча Терешковой с корреспондентами, можно считать, что в целом она весьма удачно отвечала на вопросы и неплохо держалась на трибуне.
Сегодня Валя и Валерий отправились в авиационный госпиталь для тщательных медицинских исследований, которые будут продолжаться семь суток. На это время никаких встреч и других крупных мероприятий не планируется. Правда, писатели, корреспонденты, художники, знатные иностранцы и многие другие настойчиво добиваются встреч с новыми героями космоса. У меня только что был скульптор Цигаль, он добивается права сделать портреты Терешковой и Быковского. Об этом же просят Кербель, Постников и другие скульпторы. Я обещал эту работу Постникову, так как Гагарин, Титов и другие космонавты ценят Постникова больше, чем других его коллег.
2 июля.
Сегодня день несколько поспокойнее. Правда, телефоны трещат непрерывно и много посетителей, но у меня есть полное моральное право всем отказывать: в течение недели Терешкова и Быковский будут в госпитале, а Гагарин, Титов, Николаев и Попович сдают очередные экзамены в академии. Вчера у меня был Гагарин и очень просил, чтобы космонавтам дали возможность спокойно подготовиться и сдать экзамены.
Бабийчук и Яздовский вместе с группой врачей беседовали в госпитале с Терешковой с целью уточнения ее самочувствия во время космического полета. Терешкова продолжает утверждать, что она чувствовала себя в полете хорошо, сохраняла нормальную работоспособность и у нее не было никаких затруднений. С ее слов, утром на третьи сутки полета после того, как она съела пирожок с кильками и лимон, ее начало тошнить и вырвало. Ела она не все, что ей было положено, но она утверждает, что съела не менее 60 процентов всей трехсуточной нормы. Яздовский и другие врачи почему-то считают, что Терешкова в полете испытывала значительные трудности и сейчас не все о них рассказывает. Она обязана была доложить на КП, что ее тошнит, но она этого не сделала. После приземления она, вопреки всем инструкциям, раздала местным жителям остатки своего рациона питания, и поэтому врачи лишены возможности объективно установить, что и сколько съела Терешкова за время полета.
Я не могу одобрить нарушение инструкций Терешковой после посадки и ее непонятную скрытность в беседах с врачами. По-видимому, это объясняется настороженным отношением Терешковой, да и всех космонавтов, к врачам. После ряда неосторожных и неумных выступлений профессора Яздовского (у Келдыша и Ивановского), утверждавшего, что Терешкова чувствовала себя в полете плохо (сильно утомлялась и теряла работоспособность), Валя решила защищаться. Она оценивает свое состояние в полете выше, чем оно было на самом деле. Глупо сравнивать Терешкову с Быковским (а врачи это делают) - Быковский оказался самым сильным из пятерки мужчин. Терешкова нашла в себе силы полностью выполнить программу полета, и в этом ее великая заслуга.
3 июля.
Вчера вместе со скульптором Постниковым был в Сокольниках у Терешковой и Быковского. Договорились, что Постников ежедневно будет по часу работать над скульптурными портретами Валентины и Валерия. Кроме того, один час в день они будут беседовать с Денисовым, Борзенко, Кетышем и Мельниковым (корреспонденты газет "Правда" и "Красная звезда") по подготовке материалов для их биографий.
На днях ко мне приезжала группа киноработников (Макаров, Боголепов, Рябчиков) - им поручено делать "открытую" кинокартину о полете Терешковой и Быковского. На имя Главкома пришло письмо с просьбой разрешить мне консультировать создателей этого фильма. У меня нет никакого желания заниматься этим делом, но без помощи специалистов ВВС хорошей кинокартины о космонавтах не сделать. В создании трех первых кинокартин я принимал самое непосредственное участие и привлекал к этой работе многих офицеров ИАКМ и ЦПК. Фильмом о Гагарине все восхищались, картину о Титове считали неплохой, а о картине про Николаева и Поповича говорили, что в ней очень много повторений. Создать четвертую кинокартину о космических полетах и сделать ее интересной можно, но для этого нужно широко использовать так называемые "секретные кадры" о пуске, о ракете, о корабле, о производстве и т.п. Я глубоко убежден, что, засекречивая все эти интересные материалы, мы наносим вред нашей стране. В различных инстанциях я неоднократно добивался раскрытия этих секретов, но мне мало что удалось сделать. Кроме того, группа киноработников во главе с Косенко, работающая над секретными космическими фильмами и пользующаяся поддержкой Королева, настойчиво добивается монополии на выпуск всех кинокартин на космические темы. Это тоже серьезно мешает созданию полноценных "открытых" фильмов. Боголепов и Рябчиков способные товарищи и могли бы создать хороший художественный фильм о полете женщины в космос, но нас не поддержали в ЦК 6-8 месяцев тому назад, когда мы добивались разрешения работать над таким фильмом. Сейчас есть постановление о создании фильма, но время и возможности для интересных съемок безвозвратно упущены. Фильм будет создаваться мучительно долго и никогда не будет тем, чем мог бы быть, - торжественным гимном русской советской женщине, женщине-матери, другу, сестре и женщине-герою, преодолевающей все преграды и утверждающей жизнь на Земле.
4 июля.
Вчера с Мусей ездили по магазинам и закупали все необходимое для ремонта дачи. Ремонт - это несчастье. Сейчас, когда голова забита только космосом, я чаще думаю о Луне, чем о своей даче (так утверждает Муся, и не без оснований). Но дача существует и ... понемногу разваливается. Придется потратить весь отпуск на ремонт.