Представители промышленности (Мишин, Керимов и другие) и Академии наук (Келдыш) считают, что вторым космонавтом в лунной экспедиции должен быть инженер (имеются в виду кандидаты из ОКБ-1, обучающиеся в ЦПК). Это хорошие инженеры, отлично знающие космическую технику, но они не имеют летной и парашютной подготовки и еще не летали в космос.
Будет большая и длительная борьба. Кто победит, сказать трудно. Я и космонавты до конца будем отстаивать нашу точку зрения, но у меня нет полной уверенности, что под нажимом ЦК и ВПК Вершинин и Руденко не отступят.
Кандидаты от ОКБ-1 (Макаров, Гречко, Кубасов, Елисеев, Севастьянов, Волков и Рукавишников) - хорошие ребята, но на их подготовку к полету в составе экспедиции нужно минимум три года, а у нас есть только 15 месяцев.
23 марта.
Наконец-то сегодня мы получили постановление ВПК по службе поиска (15 марта 1967 года, № 42). Оно опоздало минимум на полгода, да и выглядит не совсем полноценным, так как в нем нет принципиального решения о выделении численности для формирования частей службы поиска: самолеты, вертолеты и личный состав должны выделяться МО, а маршал Гречко отказался выделять людей. В этом постановлении решаются вопросы оборудования самолетов, вертолетов и морских кораблей средствами поиска, поставлены задачи по разработке более совершенных средств поиска. Поручено МОМ, МАП, МРП совместно с МО (ВВС) в двухнедельный срок решить вопрос об установке на борт СА кораблей Л-1 радиолокационного маяка, отстреливаемого УКВ-маяка и светосигнального маяка, а также о доработке системы связи "Заря-3" - Л-1.
Количество средств, выделяемых для поиска, зависит от надежности и качества бортовых систем, обозначающих корабль (маяки, ответчики, сигналы). Чем лучше и надежнее будут системы обозначения корабля, тем меньше потребуется средств поиска и тем быстрее будет осуществляться поиск.
24 марта.
Вчера провели заседание Госкомиссии по Л-1. Вел заседание Тюлин. Основные докладчики - Мишин, его заместители и заместители Челомея. Утвердили заключение об итогах полета первого лунного корабля. Носитель УР-500К, блок "Д" и все системы корабля сработали удовлетворительно, цели пуска достигнуты, общая оценка полета "хорошо".
Обсудили ход подготовки последующих пусков Л-1 и решили второй Л-1 (без возвращения) запустить 7-8 апреля. Третий Л-1 (первый технологический корабль для облета Луны с возвращением на Землю - точная копия пилотируемого Л-1) решили запустить в конце мая. Задержки пусков вызваны отсутствием второго старта (готовится, к июню войдет в строй) и затяжкой испытаний бортовой вычислительной машины. Общее впечатление о ходе работ хорошее. Тюлин - молодец: за последние 2-3 месяца он заметно подтянул всех исполнителей. Растет уверенность, что в этом году мы облетим Луну.
Договорился с Мишиным и Тюлиным о включении в состав группы, готовящейся для облета Луны, молодого космонавта Волошина вместо заболевшего Беляева.
Провел заключительное заседание комиссии по отбору в космонавты. Сегодня отобрали пять человек, а всего - 13. Мы имели намерение набрать 20 человек, но из-за ошибок генерала Горегляда в организации отбора мы не выполнили свои намерения. Потребность в космонавтах резко возрастает, осенью этого года придется дополнительно набирать 25-30 кандидатов в космонавты.
27 марта.
В субботу 25 марта Военно-промышленная комиссия Совмина рассматривала вопрос о готовности к полету двух кораблей "Союз" с космонавтами на борту. Заседание вел Смирнов. Присутствовали: Титов, Пашков, Строев, Тюлин, Керимов, Мишин, Пилюгин, Рязанский, Воронин, Северин, Казаков, Даревский, Бурназян, Карась, Мозжорин, Елисеев, Кубасов и другие. От ВВС были Вершинин, Кутасин, Кузнецов, Комаров, Быковский, Хрунов, Гагарин, Николаев, Горбатко. Доклады сделали Мишин, Карась, Кутасин, Керимов и я. Общий вывод из всех докладов: техника и космонавты могут быть готовы к пуску 28 апреля 1967 года.
Я представил членам ВПК присутствующих на заседании космонавтов, доложил, что мы готовим для "Союзов" три экипажа (всего 12 человек, из них 9 военных и 3 инженера из ЦКБЭМ МОМ). Два экипажа подготовку заканчивают, третий экипаж будет готов к 1 июня. Смирнов задал мне несколько вопросов. Самый важный вопрос: "Как вы считаете, надежно ли отработана техника?" Я ответил: "После проведения трех пусков "Союзов" и окончания всех наземных испытаний у нас есть полная уверенность, что полеты пройдут успешно, хотя одно время среди части космонавтов были сомнения в надежности корабля. Мы знаем, что после прогара днища корабля № 3 ЦКБЭМ проделало большую работу по усилению днища, и Главный конструктор Мишин неоднократно заявлял, что его надежность теперь сомнений не вызывает. Мы верим Мишину".
Решили, что есть все условия для осуществления пуска. Рекомендовали осуществить пуск в период 20-25 апреля, а если пуск в это время не состоится, то перенести его на первую декаду мая.
По экипажам никакого решения не было принято, но все молчаливо согласились, что основной экипаж - Комаров, Быковский, Хрунов, Елисеев, а экипаж Гагарина - дублирующий.
В середине прошлого года Тюлин, Мишин, Келдыш и многие другие считали, что весь состав экипажа должен быть гражданским, потом они согласились с тем, чтобы командирами кораблей были военные, но продолжали настаивать, что членами экипажа, выходящими в космос, должны быть только гражданские инженеры из ЦКБЭМ. С этим предложением Мишина согласился даже маршал Руденко. Пришлось нарушить воинскую субординацию и не выполнить приказание Руденко. Сейчас все вынуждены были признать, что моя линия в подборе экипажа была правильной. Правда, уступки маршала Руденко и решения ВПК привели к тому, что в составе каждого экипажа есть по одному гражданскому космонавту, каждый из которых подготовлен к выходу в космос хуже военных (Хрунов и Горбатко).
После заседания Смирнов попросил остаться Вершинина, Пашкова и меня. Лоенид Васильевич сказал, что он на большом заседании и в присутствии космонавтов ничего не говорил о возможности повторных полетов Гагарина в космос, но в ЦК и правительстве многие высказываются против его повторных полетов. "Гагариным мы рисковать не можем", - таково мнение руководства. Я высказался категорически против такой точки зрения (Вершинин поддержал меня). Я сказал, что рано Гагарина превращать в музейный экспонат, - если мы отнимем у Гагарина перспективу дальнейших полетов в космос, мы погубим его. Сейчас мы держим Гагарина на режиме (меньше встреч, приемов и выпивок и больше спорта, занятий техникой и полетов) и этим сохраняем его здоровье и работоспособность. Запретить космические полеты, полеты на самолетах, парашютные прыжки... так можно дойти до запрета заниматься спортом, автомобилем и даже ходьбой (умирают и на ходу). Выслушав такую взволнованную тираду в защиту жизненных интересов Гагарина, Смирнов и Пашков вынуждены были согласиться с моими аргументами. Смирнов сказал: "Пока объявлять что-либо Гагарину не нужно, но Министерство обороны должно высказать свою точку зрения и подготовить материалы по этому вопросу для Политбюро".
31 марта.
Было очень много работы, за последние три дня не записал ни строчки. Но кое-что надо записать.
29 марта у меня были Сальников (ВПК) и специалисты по картографии Луны. Я впервые увидел подробные карты Луны (16 листов размером 80 х 60 сантиметров в масштабе 1:5 000 000 и 1:1 000 000). Карты цветные, и ВПК не знает, где лучше их печатать. Я договорился с генералом Кудрявцевым (начальник картографического управления), он обещал напечатать 2000 экземпляров на фабрике имени Дунаева.
Вчера в ЦПК провели экзамен экипажам "Союза". Присутствовали Мишин, Цыбин, Раушенбах, Воронин, Северин, Ткачев, Гуровский и много других специалистов - гражданских и военных.
Мишин, Раушенбах, Цыбин и другие специалисты задавали космонавтам очень много дополнительных вопросов. Мишин в свое время был очень агрессивно настроен, он несколько раз публично заявлял: "Космонавты плохо знают технику, я сам буду их экзаменовать и поставлю им "двойки"..." Такие заявления не могли не нервировать космонавтов. Обстановка на экзаменах была трудной: пять обязательных и 4-7 дополнительных вопросов. Но все ребята держались спокойно, уверенно и отвечали на вопросы точно, обстоятельно и без длиннот. Мишин и другие убедились, что космонавты знают космическую технику и задачи полета безукоризненно. 13 членов экзаменационной комиссии единогласно решили поставить "отлично" Комарову, Быковскому, Хрунову, Елисееву, Гагарину, Николаеву, Горбатко и Кубасову. Все получили отличные оценки, но если учесть и знания, и подготовленность к полету во всех отношениях, то я расположил бы космонавтов в следующем порядке: Комаров, Быковский, Хрунов, Гагарин, Николаев, Горбатко, Елисеев и Кубасов.
1 апреля.
Вчера вечером умер от рака министр обороны Маршал Советского Союза Родион Яковлевич Малиновский. Более десяти лет Малиновский был министром обороны. При нем произошла настоящая революция в средствах ведения войны, Министерство обороны многое сделало и для освоения космоса. Ракеты, ядерная мощь, космонавтика - все это очень хорошо, но роль Малиновского в развитии этих новых средств невелика, особенно в развитии космонавтики. Он был и остался пехотинцем, он недооценивал роль современной техники. Серьезные отставания нашей военной авиации и космонавтики - результат недостаточного внимания со стороны Малиновского к этим средствам обороны. Я лично был знаком с Малиновским с 1944 года. Пятый штурмовой авиационный корпус, которым я командовал, входил в состав Второго Украинского фронта командующим фронтом был Малиновский. Я ценил Малиновского как талантливого командующего, но я десятки раз наблюдал и его серьезные ошибки в роли министра обороны.
Провел совещание начальников институтов ВВС (Иоффе, Волынкин, Пушко, Кузнецов) по обоснованию требований к членам экипажей лунных кораблей (ЛОК, ЛК), предназначенных для экспедиции на Луну. Иоффе, Волынкин и Пушко высказали много полезных предложений. Создали рабочую группу, которая до 5 апреля должна закончить отработку документа, основная цель которого - научно обосновать, что за один год членов экипажей лунных кораблей можно подготовить только из космонавтов, окончивших полный курс обучения в ЦПК. Членами таких экипажей можно подготовить здоровых людей любых профессий, но на их подготовку потребуется 3-5 и более лет.
4 апреля.
Вчера на Красной площади похоронили маршала Малиновского. Новый министр обороны пока не назначен.
Вчера вечером провели заседание Госкомиссии по 7К-ОК. Вел заседание Керимов. Мишин и другие главные конструкторы доложили, что ракеты, корабли "Союз" и все их оборудование проверены, надежны и допускаются к полету с космонавтами на борту. Подготовка "Союзов" и ракет на старте идет точно по графику, рассчитанному на пуск активного корабля 22 апреля, а пассивного 23 апреля.
В связи с тем, что пуск второго корабля Л-1 назначен на 8 апреля (с полигона звонил Мрыкин), Госкомиссии Тюлина и Керимова решили вылететь на полигон утром 6 апреля.