Мы проводим испытания САС во Владимировке (в субботу 10 декабря уже провели первый отстрел), поэтому для нас очень важно знать все достоинства и недостатки этой системы. Я предложил Мишину в окончательное заключение ВВС по испытаниям САС включить и вчерашний аварийный "эксперимент" (спускаемый аппарат корабля "Союз" благополучно приземлился на парашюте в 300 метрах от старта). Мишин согласился с моим предложением.
После совещания Мишин, Курушин, я и другие поехали осматривать старт. Печальная картина предстала перед нами. В радиусе 200-300 метров валялись обломки ракеты (ее остов при взрыве выбросило в северный газоотводящий лоток). На старте в 11 часов утра еще дымились различные части стартового оборудования и остатки ракеты. Все оборудование старта полностью разрушено. По мнению специалистов на его восстановление потребуется не меньше шести месяцев. Во время взрыва погиб майор Коростылев, несколько человек получили тяжелые ранения.
По рассказам Мишина, Керимова и Кириллова, после команды "Воду на старт!", отключения электропитания и полного отбоя всем системам признаков опасности пожара не было - был разрешен выход людей из бункера и укрытий. Мишин, Кириллов, Дорофеев и другие подошли к ракете, обошли ее кругом, потрогали руками боковушки и, не заметив ничего подозрительного, дали команду на поднятие ферм и вызвали на старт подразделения обслуживания. Во время поднятия ферм к старту подтянулось много людей, которые должны были подняться на них для детального осмотра ракеты и корабля. В момент завершения подъема ферм одна из них задела ракету и несколько накренила ее. Автоматика САС при накренении ракеты более 7 градусов автоматически срабатывает, и происходит отстрел спускаемого аппарата корабля: пороховой двигатель поднимает его на высоту 600 метров, после чего он приземляется на парашюте. Ракета во время запуска двигателей первой и второй ступеней, по-видимому, была несколько смещена от штатного положения, поэтому и произошло столкновение фермы с ракетой. После срабатывания САС загорелась третья ступень ракеты - все бросились разбегаться в разные стороны. Керимов, Мишин и Кириллов укрылись в бункере, многие успели отбежать на 100-200 метров и укрыться за складками местности и постройками. Видели бегущим от ракеты с группой солдат и майора Коростылева, но он решил укрыться за бетонными стенами старта и поплатился жизнью за свою ошибку. Мишина, Керимова, Кириллова, Дорофеева и несколько десятков военных и гражданских специалистов спасло то обстоятельство, что между моментом отстрела спускаемого аппарата и взрывом первой ступени прошло почти две минуты.
После осмотра старта мы поехали в МИК, где Керимов проводил совещание со строителями. Речь шла о трудностях и сроках восстановления стартовых сооружений. Было решено готовить для пусков кораблей "Союз" и Л-1 старт второй площадки.
16 декабря.
Вчера вечером просмотрели кинопленку о пуске и пожаре ракеты. К сожалению, съемка осуществлялась с большого расстояния, к тому же на кинопленке не зафиксированы моменты срабатывания САС и взрыва первой ступени. Ближе к ночи на полигон прилетел министр общего машиностроения Афанасьев Сергей Александрович, он разместился рядом с нами на 17-й площадке (в том же доме, где останавливались Хрущев и генерал де Голль). Афанасьев, Мишин и Керимов после ужина занимались разбором происшествия и подготовкой материалов к заседанию Госкомиссии, которое состоится сегодня в 10:00 в здании МИКа на второй площадке.
На 8:00 по московскому времени я назначил вылет в Москву трех Ан-12 и одного Ил-14 (на Ил-14 я отправлю Клокова, Никитина и Бакуменко). Вылет моего самолета Ан-12 назначил на три часа позже.
...20:00 по московскому времени, я сижу в Куйбышеве на железнодорожном вокзале в комнате военного коменданта. Мы вылетели из Тюра-Тама в 11:15 по московскому времени, но через три часа полета сели в Куйбышеве: Москва с 10 часов прекратила прием самолетов из-за плохой погоды - туман, снегопад, гололед и обледенение. Говорил с КП ВВС, улучшения погоды не обещают до второй половины завтрашнего дня, и велика вероятность, что завтра погоды не будет весь день. Принял решение ехать поездом. Генерал Цедрик прислал за нами машины, по дороге на вокзал я заехал в штаб ВВС округа, просмотрел карту погоды, проконсультировался с метеорологами и убедился в правильности решения ехать поездом. Поезд №103 отходит из Куйбышева в 21:23 и прибывает в Москву в 15:36 следующего дня. Дорога долгая, но зато наверняка завтра вечером буду дома.
Сегодня с 10 до 12 часов Госкомиссия разбирала причины пожара и взрыва ракеты. Выступали: Мишин, Юрасов, Июдин, Кириллов, Кротов, Максимов, Дорофеев и другие.
Первым свои соображения по происшествию доложил Мишин. Он мужественно признал, что ОКБ-1 при разработке САС допустило грубые просчеты в логике системы. Неожиданно для всех оказалось, что при обесточивании контактов САС, происходящем при отбое пуска, гироскопы САС через некоторое время встают на упоры и автоматически выдают команду на отстрел спускаемого аппарата. До этого считалось, что срабатывание САС возможно только в трех случаях: по команде руководителя пуска, при накренении ракеты свыше 7 градусов и при падении ниже определенного уровня давления в камерах сгорания двигателей ракеты. Мишин, Кротов, Кириллов и другие признались, что до происшествия они не знали о возможности срабатывания САС при обесточивании ее контактов. Кроме того, Мишин считал, что при срабатывании САС пожар исключается, а оказалось, что пожар практически неизбежен, так как при разделении спускаемого аппарата корабля и его приборного отсека срабатывают 32 пороховых заряда и разрываются коммуникации. К стыду своему, я только на заседании комиссии узнал, что 11 декабря при испытаниях САС во Владимировке тоже возник пожар, но он был только в приборном отсеке корабля благодаря тому, что ступени ракеты не были заправлены горючим. Генерал Горегляд и полковник Фролов серьезно виноваты в том, что своевременно не сообщили мне о результатах испытаний САС во Владимировке. На Госкомиссии в адрес ВВС не было высказано никаких замечаний, но тем не менее я чувствую, что специалисты ВВС могли бы предотвратить происшествие. Нас оправдывает только то, что мы настаивали на проведении полного комплекса испытаний до начала пусков кораблей "Союз", а Мишин решил, что пуски без экипажей и наземные испытания можно проводить параллельно.
В конце своего доклада Мишин не выдержал курса на самокритику и высказал мысль, что первопричиной происшествия является отказ двигателей первой ступени. Июдин (представитель ОКБ Глушко) убедительно доказал, что причиной отказа двигателей первой ступени была поломка кислородного клапана блока "Г" и что этот отказ мог привести только к переносу пуска на 2-3 дня. Причиной катастрофы была несовершенная, точнее, дефектная логика САС.
18 декабря. Дача "Заборье".
Сегодня у нас на обеде был гость - Леонид Алексеевич Чижиков. Мы с ним в 1930-1933-х годах были летчиками 40-й авиаэскадрильи имени Ленина, вместе учились в академии и вместе воевали. Когда я на Калининском фронте командовал авиационной дивизией, он был у меня начальником штаба дивизии (1942 год, Андреаполь). После войны, когда мой штурмовой корпус стоял в Румынии (1946 год, Арад), Чижиков командовал Брашевской дивизией. Он уже лет 10 на пенсии, но мы продолжаем поддерживать дружеские отношения.
Сейчас меня больше, чем до взрыва ракеты, мучает мысль: имею ли я право уступить соглашательской тенденции Захарова, Вершинина и Руденко в деле комплектования экипажей для космических кораблей "Союз" и Л-1. Я лучше других знаю, к чему могут привести уступки в таком принципиальном вопросе, и никогда не прощу себе, если из-за этих уступок произойдут тяжелые происшествия. Пока я не принял твердого решения, какой линии держаться дальше. Завтра буду иметь большой разговор с Вершининым, Руденко и Рытовым, посоветуюсь с Гагариным, Комаровым и другими космонавтами, а потом придется принимать нелегкое решение - или продолжать борьбу против Мишина и военного руководства, или уходить в отставку.
16 декабря на Госкомиссии кроме разбора происшествия рассмотрели и план дальнейших работ. Очередной одиночный полет беспилотного корабля "Союз" назначен на 15 января 1967 года. Для этой цели будут готовиться корабли №3 и №5. Пуск планируется осуществить со второй площадки, но старт второй площадки к пуску "Союзов" еще не готов, для его дооборудования требуется большая работа. Перед заседанием Госкомиссии специалисты полигона говорили, что для подготовки старта потребуется 2-3 месяца, однако на Госкомиссии они и их начальник генерал Курушин дали молчаливое согласие подготовить старт за месяц. Носитель придется готовить на второй площадке, а корабль - на 31-й (на второй площадке нет средств заправки двигателей и систем корабля рабочим телом и невозможно проведение ряда испытаний). Реально пуск двух пилотируемых кораблей "Союз" может состояться в марте. На подготовку экипажей прибавляется еще 2-3 месяца, но это существенно не изменит качество подготовки военных и гражданских кандидатов на полет - во всех отношениях военные будут лучше подготовлены к полету и смогут лучше выполнить задание.
19 декабря.
Сегодня все газеты вышли с портретами Брежнева. Леониду Ильичу исполнилось 60 лет, и в связи с этим ему присвоено звание Героя Советского Союза. Я никогда не одобрял самонаграждения Сталина и Хрущева, мне всегда это казалось унизительным для главы государства. За последние годы вошло в практику давать за старость (60, 70 лет и т.д.) звание Героя Социалистического Труда, что в какой-то мере оправдывает и награждение Брежнева. Обидно только, что наши самые высокие руководители не могут поставить себя выше обычных человеческих слабостей. Я всегда восхищался Сталиным. И даже теперь, когда его имя и его дела пытаются затенить, когда мы узнали о нем много нового, - и это новое его не украшает, - я все же считаю Сталина великим и твердо верю, что его имя будет жить в веках. Но для меня Сталин в простом сером гражданском костюме и дороже, и ближе, чем Сталин - генералиссимус.
Более двух часов беседовал с маршалом Руденко (Главком весь день был на сессии Верховного Совета). Выяснилось, что ни Вершинин, ни Руденко не получали доклада (шифровки) об испытаниях САС во Владимировке и ничего не знали о пожаре, который имел место при испытаниях. Более того, полковник Фролов доложил по телефону, что по визуальным наблюдениям испытания прошли хорошо, а на кинопленке был зафиксирован небольшой пожар в приборном отсеке, который через одну минуту сам собой прекратился.
От маршала Руденко я узнал, что Вершинин, Захаров, Смирнов, Афанасьев, Келдыш и Петровский подписали письмо в ЦК КПСС о подготовке космонавтов-испытателей и космонавтов-исследователей. Этот документ сейчас выглядит совершенно иначе, чем 3-4 месяца назад, когда под ним были только подписи Келдыша, Афанасьева и Петровского. Я не видел последнего текста письма, но, со слов Руденко, оно теперь не затрагивает принципиальных позиций ВВС. Однако наши противники настолько сильны, что до официального решения ЦК у меня нет уверенности в незыблемости наших позиций.
Провел разбор испытаний САС во Владимировке. Горегляд, Бабийчук, Фролов и Смирнов уверяли меня в том, что до 14 декабря они фактически ничего не знали о пожаре при испытаниях во Владимировке и по этой причине не могли сообщить мне об этом на полигон.
20 декабря.
Провел совещание с руководящим составом ЦПК. Объяснил причины и обстоятельства происшествия с "Союзом", обратил внимание на недостаточное знание космонавтами и специалистами ЦПК системы аварийного спасения. Приказал Кузнецову и начальнику медслужбы внимательно изучить все возможности медицинского контроля за космонавтами (особенно за "выходящими") на кораблях "Союз" и подготовить предложения по его усовершенствованию.
Гагарин и Николаев просили разрешить отпуск экипажам "Союза", но я отложил решение об отпуске до разговора с Мишиным и Керимовым. Главкома я и сегодня не видел - утром я уехал прямо в ЦПК, а вернувшись на службу, узнал, что он целый день был у министра.
Звонил Тюлин - председатель Государственной комиссии по Л-1, он сообщил, что от ВВС членами Госкомиссии назначены Руденко и я. Тюлин обещал в ближайшие дни собрать первое организационное заседание Госкомиссии.
В американской прессе появились сообщения о запуске в СССР 28 ноября "Космоса-133" и о взрыве его в воздухе. Американские специалисты делают правильные предположения, что "Космос-133" это не обычный спутник серии "Космос", а новый пилотируемый корабль, выведенный на орбиту с целью его испытаний без экипажа на борту. Кроме того, они пишут еще о двух взрывах космических кораблей, которые якобы имели место в СССР в сентябре и октябре этого года. Американцы чувствуют, что мы начали подготовку к очередной серии пилотируемых полетов, но они далеко не все знают о наших действительно больших трудностях и неприятностях на этом пути.
22 декабря.
Более года я добиваюсь сформирования авиационного полка специально для летной и парашютной подготовки космонавтов, и уже несколько раз Генштаб отказывал нам в решении этого важного вопроса. На последнее ходатайство Вершинина маршал Захаров наложил резолюцию: "Против формирования полка не возражаю, но только за счет численности ВВС". Дело сдвинулось с мертвой точки пока лишь формально, поскольку в ВВС нет свободной численности. Пришлось долго уговаривать Вершинина и Брайко согласиться на расформирование одной эскадрильи и нескольких других подразделений ВВС, чтобы высвободить необходимую численность. 16 декабря генерал Брайко доложил в Генштаб предложения ВВС о формировании полка с указанием конкретных подразделений, за счет численности которых можно его осуществить.
Дело усовершенствования службы поиска затянулось. Сегодня я с Кутасиным, Гореглядом и Фроловым более часа занимался этим вопросом. До 25 декабря представим в правительство наши предложения по организации поиска лунных кораблей Л-1 и Л-3.
Маршал Руденко, уходя сегодня в отпуск, передал мне к исполнению кучу труднейших дел, которые "пролежали" у него несколько месяцев, но так и не были решены. Это, в первую очередь, реорганизация службы поиска спускаемых космических аппаратов, строительство ТБК-60, формирование экипажей для "Союзов", организация службы Солнца и многие другие.
Встречался с Главкомом. Вершинин объясняет все наши космические неудачи двумя причинами: 1) плохо налаженной в промышленности системой испытаний; 2) личными недостатками Мишина. В основном, Главком прав: хотя причины последних неудач и были заложены еще при Королеве, но особенно ощутимо они проявились из-за спешки и слабого контроля со стороны Мишина за всем комплексом работ.