Снова дембель: читать начало книги онлайн

Сейчас же наблюдается тотальное разочарование, в принципе неисправимое в ближайшей перспективе. По всей стране вводятся карточки на продукты, исчезли из продажи основные продукты питания и многие товары повседневного спроса, что было немыслимо при Брежневе. Скрытая инфляция уже раскручивает маховик цен, налицо разгул бандитизма и формирование первых ОПГ. Конечно, в сравнении с ельцинскими временами сейчас тишь и благодать, а братки пока еще не поднялись выше уровня обычной уголовной шпаны, но вектор «развития» однозначно сформировался. Идет жесткая дискредитация Коммунистической партии, а поскольку в данный момент это синоним госвласти, то и государство стремительно теряет авторитет. Не сказать, что КПСС – образец порядочности и аскетизма, но все же черной краской мажут с перебором. В основном за сталинские репрессии и за льготы со спецпайками, содержимое которых олигарх районного масштаба в мое время постеснялся бы прислуге подарить. Рижские шпроты и бутылка кизлярского коньяка – это привилегии? Не смешите собачку моей бывшей любов… э-э-э… знакомой, у нее пачка корма дороже стоила. У собачки, а не у девицы, понятное дело.

Сильно упрощая, есть два способа проведения реформ: демократический и авторитарный. Первый подразумевает активную разъяснительную и просветительскую работу, привлечение широких народных масс к процессу управления, делегирование полномочий и прочую, приятную для уха истинного демократа, ерунду. На самом деле, опираться не на кого. Уровень экономического и юридического образования советского человека можно охарактеризовать как святая простота и детская непосредственность в одном флаконе.

Политэкономия здесь преподается только в институтах, да и то в сочетании с научным марксизмом-ленинизмом. Эти два предмета обычно идут вместе. И честно говоря, лучше бы эту ахинею вообще не преподавали, поскольку к экономике ни то, ни другое не имеет никакого отношения. Политэкономия больше похожа на религиозное учение о светлом будущем и темном капиталистическом прошлом.

В итоге девяносто девять процентов населения абсолютно девственно экономически безграмотно, поскольку никогда не училось этому, да это и не входило в задачи государства. Оставшийся один процент – это профессиональные экономисты, руководители заводов и узкая прослойка госслужащих в исполнительной власти. Но и с ними не все ладно, поскольку они специалисты только по советской экономике, а она практически не совместима с общемировой – капиталистической. Ни одному директору завода здесь в голову мысль не приходит, что его продукцию могут не купить и что она может быть неконкурентоспособна. Тут главная задача: произвести, а какой ценой и нужно ли оно кому-нибудь, то в лучшем случае министерство волнует.

Ладно бы экономика, так и юридически советский человек крайне плохо образован и подготовлен к жизни. Школа дает прекрасные знания в химии, физике, биологии и географии. Даже высшую математику и основы матанализа в старших классах учат.

Получается, советский человек неплохо и всесторонне образован. Но абсолютно безграмотен в ключевых аспектах социальной жизни: он не умеет обращаться с финансами и слабо разбирается в законах (за исключением Уголовного кодекса).

Советскую власть это устраивало, и социалистический образ жизни не требовал этих знаний. Общество социальной справедливости не подразумевает экономических споров между гражданами и государством, а инвестиции и финансовые операции вообще плохо сочетаются с коммунистическими идеалами. Вроде бы все логично, но только до того момента, как наступает кризис идеологии. И здесь выясняется, что народ, который плохо разбирается в экономике и законах, – это лакомый объект для грабежа и оболванивания. Нигде в мире не было такой жуткой идиотской приватизации, только в странах бывшего СССР.

Именно поэтому сейчас к власти прямой дорогой идут откровенные болтуны, популисты, на которых пробы ставить негде, демагоги высшей пробы и просто всякая шваль.

И никакая просветительская работа не поможет. Наверное, прививку от популизма могут дать только годы нищеты, безработицы и бег по граблям каждые четыре года на выборах. Но и тогда лишь малая часть людей прозреет, начнет думать, считать и анализировать самостоятельно. Не факт, что в правильном направлении начнет думать, но с ними хотя бы можно будет вести диалог, а не общаться на уровне лозунгов.

Сейчас же спорить на экономические темы просто не с кем. Тут директоры заводов понятия не имеют, что такое акционирование и на фига оно сдалось. Что тогда говорить о простых работягах, которых заботит отсутствие масла в магазине и трехчасовая очередь за мясом. И их судить не за что, до 1990 года жизнь от них этих знаний не требовала.

С другой стороны, экономические и юридические знания реально портят мировоззрение человека. Может, поэтому и было в советских людях что-то такое доброе и светлое, что нельзя измерить деньгами и прописать в Гражданском кодексе. Та самая щедрость и открытость, благородство души. Все то, что мы потеряли в веке следующем. Обменяли на нужные и полезные знания о депозитах и валютных курсах.

Все это лирическое отступление, чтобы немного пояснить расклад сил, идей и возможностей в окружающем мире.

«Демократический» путь развития несомненно имеет свои достоинства. Просвещение и опора на широкие массы – это единственно верное решение в исторической перспективе. Но сражаться на этом поприще со всей демократической сворой, плотно оккупировавшей это направление, выше моих скромных возможностей. Не стоит забывать, что за спиной Ельцина будут американцы и европейцы с их безграничными валютными кошельками. А также вся желтая пресса и модная телевизионная тусовка, типа Листьева и его компании.

Есть, конечно, государственные и партийные СМИ, но никто не гарантирует их лояльность. Гласность их тоже развратила, и теперь там тоже скрытое вольнодумство цветет махровым цветом. Без жесткого контроля толку от них не будет, а это значит, что все равно приходим ко второму варианту. Что-то реально изменить и выстоять в схватке с «демократами» может лишь сильная авторитарная власть.

Уверен, что и до меня эта мысль приходила в голову многим. Через год-полтора такие идеи начнут озвучивать публично, а там и ГКЧП созреет. Но пока все ждут и надеются на чудо. У меня есть преимущество: я точно знаю, что никакого чуда не будет. Тяготы населения и падение уровня жизни меня не пугают и не сильно волнуют – я точно знаю, что хуже, чем в девяностые, не получится. Поэтому готов действовать прямо сейчас, пока не все потеряно.

Оно-то конечно, и среди демократов есть наивные иди… идеалисты. Я о таких ничего не знаю, но чисто статистически они должны там встречаться. Будь у меня возможность, можно было бы к тому же Собчаку в помощники податься. По крайней мере, он не вызывает стойкое отвращение, как Кох, Боровой и им подобные. Поискать среди ленинградских демократов относительно вменяемых, вооружить их свежими прогрессивными знаниями, создать коалицию и прорваться на властный Олимп. В девяносто первом это вообще без проблем можно будет сделать – «власть валяется под ногами, осталось лишь поднять ее». Кто сказал – не помню, но емко и по сути.

Но Ленинград для меня сейчас недоступен примерно так же, как Рио-де-Жанейро. К тому же сейчас не восемьдесят пятый год, и времени в запасе на создание партии и воспитание соратников уже не осталось. Поэтому и смысла обсуждать этот вариант нет.

Остается лишь одна кандидатура, случайно оказавшаяся относительно рядом, почти в зоне досягаемости.

Во-первых: в излишней сентиментальности этого человека заподозрить трудно, именно он упрятал моего знакомого Ису Гумбарова на пятнадцать лет в тюрьму и плевать хотел на мнение правозащитников. Именно он подавил вооруженный мятеж полковника Сурета Гусейнова, который двигался с колонной бронетехники на штурм Баку. Именно он создал династию, которая четверть века будет править этой республикой. То есть с честолюбием и организаторскими способностями тоже все в порядке.

Во-вторых: это я знаю, кем он станет и когда. Сейчас в данный момент он – никто. Бывший член ЦК КПСС, бывший первый секретарь Азербайджанской ССР, бывший министр СССР, бывший руководитель строительства БАМа. Но все это в прошлом. Сейчас Гейдар Алиевич Алиев – всего лишь почетный пенсионер и находится в опале у нынешнего президента. По факту под домашним арестом, хотя дом довольно приличных размеров – вся Нахичеванская автономная республика, но сути дела это не меняет. Если посмотреть на карту, то это небольшая приграничная локация, отрезанная от остальной республики армянской территорией. Алиев родился там, и это его последнее прибежище, откуда его можно вытащить только войсковой операцией, да и то не факт. В автономии его боготворят, и на защиту встанет вся республика, да они к тому же и родственники почти все там.

Напрямую отсюда километров триста, хотя в горах никто напрямую расстояние не измеряет. Но все равно – почти рядом.

Так что обижен он на Горбачева и очень сильно.

И в-третьих: у меня к нему хорошее отношение. Ничего плохого ни он, ни его сын для России не делали, а это дорогого стоит. В нашем исконно российском городе даже парк его именем назвали, один из красивейших парков города.

На деньги сына-президента построен, кстати. Я там с дочкой гулял, когда маленькая еще была. Чем не аргумент?

Глава 18

Вовремя я сделал вылазку в город, следующей ночью случилась учебная тревога. Сведения, полученные от Анисимова, оказались точными, благодаря чему вся наша команда счастливо избежала залета. Еще с вечера я предупредил всех своих, чтобы были готовыми к ночному шухеру. Леха предложил спать в одежде, но я резко зарубил эту опасную инициативу. Если спалят, то проблем будет намного больше, чем если просто не уложишься в норматив. Решили бодрствовать поочередно, чтобы сторож разбудил всех остальных, как только появится дежурный по части.

Впрочем, в первый раз никого не наказали, даже тех, кто вообще не среагировал на истошный крик дневального. Лишь заставили всех три раза раздеться и одеться на время. Но это обычное дело, даже не наказание, а скорее профилактическое воздействие.

Утром, после ночной тревоги зарядил нудный затяжной дождик, о самовольном выходе в город теперь можно смело надолго забыть. Если на сухой земле следы не заметны, то теперь и под окнами и около забора мои отпечатки никак не скроешь.

Хочешь не хочешь, теперь думаю только о службе. Наполеоновские планы о встрече с Алиевым и о последующем триумфальном восхождении на вершину власти в стране пока признаны утопическими. Зато есть время подумать о будущем. Можно ли чистокровного кавказца протащить на российский престол? Товарищу Джугашвили это однажды уже удалось. Но сейчас явно не тот случай и не то время, а это значит, что кандидатура ГАА точно не пройдет. Если только продвинуть его как главу некоего коллегиального органа власти.

И вновь встает вопрос, кого привлечь в союзники, в одиночку даже такие титаны войну не выигрывают. В моей памяти не так уж много достойных кандидатов на эту роль, и я не уверен, что они пойдут на сотрудничество с опальным пенсионером из далекой кавказской автономии.