Вол’джин. Тени Орды: читать начало книги онлайн

Очередной сон. Видение.

Вол’джин не сразу узнал это место, хоть и испытывал ощущение, что уже бывал здесь прежде. Или, вернее, позже – ибо этот город не поддался натиску окружавших его джунглей. Каменная резьба на стенах оставалась четкой и рельефной. Арки не рассыпались. Камни мостовой не разбились и не были украдены, а ступенчатая пирамида, перед которой все они стояли, не уступила перед жестокостью времени.

Он стоял посреди зандаларов – племени, от которого произошли все прочие племена троллей. С годами они стали выше других – и возвышеннее. В видении они казались не столько племенем, сколько кастой жрецов, могущественных и образованных, прирожденных лидеров.

Но во время Вол’джина их лидерские качества выродились.

«Потому, что их сны заперты здесь».

Это была империя Зандалари на пике своего развития. Она покорила Азерот, но пала жертвой собственной мощи. Жадность и корысть разжигали интриги. Выделялись фракции. Росли новые империи – вроде империи Гурубаши, которая изгнала троллей Черного Копья Вол’джина. Затем пала и она.

Зандалары жаждали вернуться во времена своего подъема. В то время, когда тролли считались самой благородной расой. В единстве они поднимались до высот, о которых не мог и мечтать кто-нибудь вроде Гарроша Адского Крика.

Вол’джина захлестнуло ощущение магии – древней и могучей, – подсказавшей, почему он видит зандаларов. Магия титанов предшествовала даже этому народу. Она была сильнее, чем они. Как зандалары вознеслись над всем ползучим и жалящим, так титаны были выше них – вместе со своей магией.

Вол’джин двигался через толпу, как призрак. Лица зандаларов светились от устрашающих улыбок – именно такие он видел у троллей, когда гудели трубы и грохотали барабаны, призывая на битву. Тролли созданы для того, чтобы рвать и рубить – Азерот был их миром, и все в нем подчинялось их власти. Хотя Вол’джин мог отличаться от других троллей в понимании того, кого считать врагом, в битве он был не менее яростен и весьма гордился тем, как Черное Копье расправилось со своими противниками и освободило острова Эха.

«Так значит, Бвонсамди насмехается надо мной, посылая это видение».

Зандалары мечтали об империи – и Вол’джин желал лучшего своему народу. Но он знал разницу. Планировать бойню просто, а вот создавать будущее куда сложнее. Лоа, любившего кровавые и растерзанные в битвах жертвы, мало привлекало устремление Вол’джина.

Охотник поднялся на пирамиду. С каждым шагом все вокруг становилось более материальным. Раньше он находился в беззвучном мире, теперь же чувствовал, как в камне отдается грохот барабанов. Ветер щекотал тонкую шерсть тролля, трепал волосы. Он нес с собой сладкий запах цветов – аромат чуть более резкий, чем запах пролитой крови.

Барабаны звучали в нем. Его сердце билось в такт. Послышались голоса. Крик снизу. Приказы сверху. Вол’джин отказался отступить, но и не сделал ни шагу дальше. Казалось, будто он поднимается сквозь время – словно возносился из глубины озера к поверхности воды. Если бы он достиг вершины, то оказался бы вместе с зандаларами и почувствовал то же, что и они. Он бы познал их гордость. Он бы вдохнул их мечты.

Он бы стал един с ними.

Но Вол’джин не позволил себе этой роскоши.

Быть может, его мечты, касающиеся Черного Копья, не воодушевляли Бвонсамди, но зато дарили жизнь племени. Азерот, каковым знали его зандалары, уже изменился – сильно и безвозвратно. Открылись порталы. Пришли новые народы. Земли раскалывались, расы извращались, возникло больше сил, чем было известно ранее. Отдельные расы – среди прочих эльфы, люди, тролли, орки и даже гоблины – объединились, чтобы одолеть Смертокрыла, создать режим, претивший зандаларам и оскорбляющий их вкусы. Зандалары изголодались по власти над миром, который изменился настолько, что их мечты никогда не станут былью.

Вол’джин осекся. «“Никогда” – слишком сильное слово».

В мгновение ока видение изменилось. Теперь он стоял на вершине пирамиды, смотрел в лица племени Черного Копья. В лица троллям его племени. Они доверяли его познаниям о мире. Если б он сказал, что они могут вернуть славу, что когда-то принадлежала им, они бы последовали за Вол’джином. Если бы он приказал им взять Тернистую долину или Дуротар – они бы подчинились. Племя Черного Копья выплеснулось бы с островов, заставляя все на своем пути склониться перед ними, – просто потому, что он так хотел.

Он бы мог. И знал, как. К нему прислушивался даже Тралл, доверяя мнению Вол’джина в военных делах. Он мог бы провести месяцы выздоровления за планированием кампаний и разработкой стратегий. Через год-другой после возвращения из Пандарии – если он еще там, – стяг Черного Копья пропитался бы кровью и стал страшнее, чем сейчас.

«И что бы мне это принесло?»

Я был бы доволен.

Вол’джин развернулся. Над ним высилась титаническая фигура Бвонсамди – его уши тянулись вперед, силясь уловить пульсирующие внизу крики.

Это принесет тебе мир, Вол’джин, ибо ты сделаешь то, чего требует твоя натура тролля.

И это всё, для чего мы созданы?

Лоа не требуют от вас большего. Какова еще цель вашего существования?

Вол’джин задумался над ответом на этот вопрос. В поисках его он уставился в бездну. Ее тьма достигла его и поглощала, оставляя без ответа и уж точно – без покоя.

Наконец Вол’джин очнулся. Его глаза открылись, и так он понял, что это не сон. Их коснулся, просочившись через ткань, слабый свет. Вол’джину хотелось видеть, но для этого придется снять повязку. А для этого, в свою очередь, надо поднять руку. Такая задача показалась ему невыполнимой. Он так слабо ощущал свое тело, что даже не мог бы сказать, привязана его рука, перевязана или попросту отрублена у запястья.

Окончательно уверившись в том, что он жив, Вол’джин почувствовал неодолимое желание вспомнить, как именно был ранен. Раньше, не имея четкой уверенности в том, что выживет, он не видел необходимости задумываться над этим. Никем не приглашенный и, что особенно приятно, действующий наперекор желаниям Гарроша, Вол’джин решил попутешествовать по новым для себя землям Пандарии и посмотреть, что поделывает Орда под управлением кровожадного орка. Вол’джин знал о пандаренах благодаря Чэню Буйному Портеру и хотел увидеть их родину раньше, чем ее разорит война Орды и Альянса. Сюда он прибыл без планов остановить Гарроша, но… Вол’джин однажды уже угрожал пронзить его стрелой – и на всякий случай прихватил с собой лук.

Гаррош, хоть и пребывал в своем обычном скверном настроении, предложил Вол’джину шанс внести свой вклад в дело Орды. Тот согласился – не столько ради Орды, сколько чтобы помешать целям вождя. Вместе с одним из доверенных орков Гарроша, Рак’гором Кровавой Бритвой, и несколькими другими путешественниками, собравшимися на миссию в самое сердце Пандарии, Вол’джин тронулся в путь.

Темный охотник наслаждался странствием, сравнивая этот край с виденными раньше. Он насмотрелся на пологие горы – обветренные и сломленные, – но в Пандарии они казались лишь мягкими. Или зазубренные, злые горы, которые здесь, хоть и не менее острые, казались просто устремленными ввысь. Джунгли и рощи с изобилующей в них жизнью как будто никогда не скрывали смертельной угрозы, как, скажем, в Тернистой долине. Существовали здесь и руины, но только потому, что были заброшены, а не разбиты и погребены. Пока весь остальной мир выжигали ненависть и насилие, Пандария еще не почувствовала их бича.