— Сколько человек в вашей группе? — прорычала Катрина, дернув окровавленное плечо оперативника на себя.
Тот вскрикнул от боли. Закинул голову назад и ничего не ответил. Скорее всего, на какое-то время отключился., Вскоре он шевельнулся и когда восстановил в уме окружающую обстановку, тяжело дыша, приподнялся к Катрине, вероятно, желая сообщить что-то шепотом. Он ухватил Катрину за лацканы плаща, бессильно попытавшись притянуть ее к себе:
— Они возьмут то, что принадлежит им. А тебе воздастся по деяниям, — промычал от боли, потому что Катрина в ответ вжала палец в его и так развороченную рану. — Убьешь меня, придут другие. Убьешь их, за тобой придет целый отряд, а с отрядом справишься, так прибудет армия. И все будет выглядеть так, как этого захотим мы. Ты же знаешь, пусть сейчас ты вершишь мою судьбу, но твоя судьба в руках моих боссов. Мы можем достать любую информацию, подкупить любого человека, и не только человека! Мы можем запустить свои когти в любую организацию, даже в одну из ваших. Мы не хотели вражды, ее начала ты. Тварь дьявольская!
Катрина в ответ посмотрела на него с дикой ненавистью. Нельзя было вообразить себе, что какое-то существо способно так ненавидеть. Затем легким движением руки без каких-либо усилий она вырвала изрядный кусок мяса из его плеча. Кровь пульсирующей струей с шорохом оросила пол и стену. Оперативник дико заорал от боли, с ужасом смотря на свою виднеющуюся из-под разорванного пиджака окровавленную ключичную кость. Я отвернулся, чтобы не видеть этого тошнотворного зрелища.
Довольный происходящим Юрий с кровожадной ухмылкой и сверкающими желтыми глазами жадно наблюдал за страданиями человека позади меня, оперевшись плечом на дверной косяк.
Катрина с любопытством смотрела на его мучения, изучая то, что с ним делала боль и потеря крови.
— И каждый из вас смертен, — вкрадчиво произнесла Катрина. — Ваши армии умрут, и их семьи и дети тоже, а я останусь и впитаю в себя сладость вашей агонии.
Оперативник перевел замутнившиеся глаза на нее, пытаясь что-то произнести в ответ, но не смог и уронил голову. Скребущие по полу пальцы побелели и остановились.
Но он еще долго дышал. Дышал быстро и прерывно, а кровь так и продолжала слабеющими толчками выплескиваться на пол из его раны.
— Пульс быстрый и очень слабый, он уже не придет в себя, прежде чем умрет, — сообщила она Юрию, поднимаясь с колен. — Обыщи двух других. Мне нужны их телефоны, бумажники, наручные часы, в общем, все, что будет у них в карманах. И поживее.
Юрий кивнул и скрылся из проема.
— Это было слишком, — сказал я, не в силах отвести взгляд от израненного умирающего оперативника.
Катрина обошла тело оперативника, присела и подняла с пола заляпанный кровью пистолет. Посмотрела на меня — ее все еще желтые глаза продолжали противоестественно поблескивать в темноте.
— Они не поверили нам.
— Я не об этом.
— А о чем? Ты хотел бы, чтобы я сделала всю грязню работу вместо тебя, спасла твою жизнь и при этом сделала это гуманно? Вы, люди, такие лицемеры.
Она облизала окровавленную ладонь.
Я отвернулся, закрыв рот рукой. Последние несколько минут я только и видел тошнотворные картины кровавых сцен, и сейчас я уже еле удерживался, чтобы не блевануть.
— Черт! — пробубнил я сквозь пальцы, отходя в дальний тонущий во мраке угол комнаты. Оперся рукой на стенку бара и бессильно повесил голову. Глядя в стену, я дышал медленно и глубоко, стараясь унять тошноту.
— А для чего тебе их вещи? — послышался голос Юрия из главной комнаты.
— Не видя этих вещей, я не могу сказать. Увижу и пойму.
— Он ведь не просто запугивал нас. — сказал я. — Придут и другие? Вместо него.
— Да.
От тела оперативника в паре метров позади меня донесся тихий шорох. Я обернулся на звук. Катрина вытянула из внутреннего кармана его пиджака телефон и теперь просматривала список контактов. На дисплее высвечивались всего несколько номеров сотовых и один городской.
— О чем это говорит? — спросил я, кивнув на телефон в ее руке.
Катрина посмотрела на меня, задержала взгляд на моем лице и не ответила.
— Ты не знаешь? Или твое молчание означает, что этого не должен знать я? — с нажимом предположил я.
— Можешь заткнуться на пару минут? — подняв брови, Катрина надменно смотрела на меня до тех пор, пока я не отвел взгляд.
Теперь не ответил я.
— Юрий, дорогой, ты долго будешь копаться там? — позвала Катрина.