Я вздохнул. Одно дело — слушать рассказ Монка в пещере, а другое — обсуждать его при дневном свете. Легче всего было бы счесть всё бредом психически нездорового сознания либо уловкой хитрого преступника. Проблема состояла в том, что этого как раз я сделать не мог.
— Сомневаюсь, что он всё выдумал.
— Но мог выдумать Даррен Уокер. Никакого инспектора Джонса в управлении нет, не было его и восемь лет назад. Да любой, если загнать его в угол, наплетёт что угодно.
— А зачем Уокеру вообще надо было упоминать об этом?
— Мелкий воришка хотел показаться крутым перед таким тяжеловесом, как Монк.
— Но тот ему поверил. И насколько я понял, Уокер находился не в том состоянии, чтобы что-то выдумывать. Монк сказал мне, что он выбил из него правду.
— Нет никаких подтверждений, — раздражённо произнёс Нейсмит. — Только слова Монка. А у Даррена Уокера уже не спросишь, Монк забил его до смерти. И прошу извинить меня, но как-то не верится, что полицейский непонятно зачем подложил улики в трейлер Монка с помощью жалкого подонка Уокера. Я просмотрел его досье. Он подозревался во многих кражах, но постоянно как-то выкручивался. Всегда ускользал. До прошлого года. И только тогда начал трепать языком. Почему?
Этого я не знал. Но кое-какие соображения у меня имелись.
— Видимо, потому, что его поймали. Вы сами сказали, что Уокер мелкий воришка. Таким в тюрьме «Белмарш» приходится несладко.
— И что из этого следует? — усмехнулся Нейсмит. — И откуда у этого загадочного инспектора оказались вещи, принадлежащие близнецам Беннетт?
— Вероятно, он имел доступ к сейфу с вещественными доказательствами.
Мои слова тяжело повисли в воздухе небольшой палаты.
— Вы понимаете, что говорите? — произнёс Нейсмит.
— Да. И уверен, вам это тоже приходило в голову.
Нейсмит молчал. Я знал, какой вопрос он задаёт себе.
Тот же, что и я. Если Монк не убивал этих троих девушек, то кто это сделал?
Старший следователь встал и помассировал переносицу.
— Ладно, поговорим позднее, когда вас выпишут. Вы вернётесь в Лондон?
— Пока нет. Заберу вещи из дома Софи и сниму номер в…
Неожиданно в палату вошёл Симмз в тщательно отутюженной форме со знаками отличия начальника полиции. В больничной обстановке он смотрелся нелепо.
— Сэр, я не знал, что вы… — начал Нейсмит.
— Я хочу поговорить с доктором Хантером. Наедине, — процедил начальник полиции, не глядя на старшего следователя. Он так крепко сжимал в кулаке свои черные кожаные перчатки, что казалось, будто Симмз собирается их задушить. — Вы можете идти.
Нейсмит был в ярости, но сдержался. Кивнул мне и быстро вышел. В палате стало тихо. Симмз пристально посмотрел на меня.
— Чем, чёрт возьми, вы занимаетесь?
Разговаривать в таком тоне у меня желания не было. Я ещё не оправился и чувствовал себя совершенно обессиленным.
— В данный момент пытаюсь заснуть.
Его блеклые глаза вспыхнули.
— Доктор Хантер, не думайте, что вы сможете нажить на этом какой-то капитал. Ничего у вас не получится.
— О чём вы?
— О ваших… диких заявлениях. О невиновности Джерома Монка. О том, что какой-то сотрудник полиции якобы сфабриковал против него улики. Неужели вы считаете, что кто-нибудь в это поверит?