— Мы привыкли.
— Можно посмотреть?
— Лучше не надо. — Миллер был по-прежнему добродушен, Кросс спокойно смотрела на Софи, но я сознавал, что эти вопросы им не нравятся.
А вот Софи ничего не замечала.
— Вы когда-нибудь применяли оружие? Ну, я имею в виду, стреляли в преступника?
Тут я не выдержал:
— Софи…
— Законный вопрос, — проговорила она с хмельной беззаботностью. — Если Монк войдёт сюда, вы смогли бы его убить?
Миллер и Кросс переглянулись.
— Будем надеяться, что он не войдёт.
— А если такое случится…
— Хотите кофе? — спросил я.
Миллер кивнул.
Софи прищурилась.
— Кофе? Да, да… конечно. Извините.
Я встал, чтобы сварить его.
— Нет, лучше я. — Софи сделала попытку подняться и, покачнувшись, ухватилась за стол. — Ой…
Я поддержал её.
Она была бледная. Пробовала улыбнуться, но это у неё получилось плохо.
— Ничего вино.
— Может, ляжете в постель? — предложил я.
— Да… пожалуй.
Я повёл её наверх.
В спальне она сразу упала на кровать.
— Вам плохо? — спросил я.
— Не знаю, — отозвалась Софи. — Слабость, и кружится голова. Я сама виновата. Целый день ничего не ела, а потом выпила вина.
— От этого вам бы вообще следовало воздержаться. Вы пока не оправились от сотрясения.
— Ничего, высплюсь, и утром всё будет в порядке. — Она слабо улыбнулась. — Идите к ним. Угостите кофе. Видите, какая я скверная хозяйка.
Я спустился в кухню. Миллер и Кросс о чем-то говорили, но при моём появлении замолчали. Миллер с рацией в руке, отодвинув штору, вглядывался в окно. Кросс мыла посуду в раковине.
— Как она? — спросил Миллер.