— Вы давно встречаетесь?
— Ничего подобного!
Детектив молча посмотрел на него. Кевин отвел взгляд.
— Мы только… видимся. Ничего плохого не делаем! Честное слово. Мы не… ну, вы понимаете…
— Так где вы видитесь? — вздохнул Броуди.
Подросток сильно смутился.
— Иногда на пароме. На развалинах церкви, когда темно. Или…
— Продолжай, Кевин.
— Бывало в горах… В старом коттедже.
— Там, где нашли труп? — удивился Броуди.
— Да, но мне об этом ничего не известно. Правда. Мы там давно уже не бывали! С лета!
— Кто-нибудь еще туда ходит?
— Нет, насколько я знаю… Поэтому мы им пользовались. Уединенное место.
«Больше нет», — подумал я, вспомнив пустые консервные банки и следы от костров. Они не имели никакого отношения к убитой проститутке, просто остались после тайных свиданий умственно отсталой девочки и прыщавого парня.
На лице Фрейзера отражалось откровенное презрение, но у него по крайней мере хватило ума промолчать. Мысли Броуди было сложно прочесть. Он сохранял профессиональное спокойствие.
— Уходя из дома гулять, Мэри идет на встречу с тобой?
Кевин уставился на свои руки.
— Иногда.
— И она находилась у тебя дома, когда мы зашли к отцу?
Я ничего такого не заподозрил, видя, как настороженно Кевин выглядывал через щель. Теперь он опустил голову, и молчание говорило само за себя.
— А сегодня вечером? Вы встречались?
— Нет! Я… я не знаю, где она бродила. Я вернулся домой после разговора с Мэгги! Честно!
Он был на грани истерики. Броуди обвел юнца оценивающим взглядом, затем кивнул:
— Можешь идти.
— Секундочку, — возразил Фрейзер, но детектив прервал его:
— Все в порядке. Кевин не станет никому рассказывать о нашей беседе. Правда, Кевин?
Парень покачал головой с серьезным видом:
— Не скажу. Обещаю. — Он поспешил к двери, но тут остановился. — Мой отец не стал бы причинять зло Мэгги. И никакой другой женщине. Я не хочу, чтобы у него были неприятности.
Броуди ничего не ответил. С порывом дождя и ветра Кевин вышел.
Детектив подошел к столу и выдвинул стул. У него был измотанный вид.