Она посмотрела ему в глаза:
— Нет. Я бы знала.
— Слава Богу, — вздохнул Страчан. — Ублюдок, должно быть, услышал, как я тебя зову, и дал деру.
Фрейзер напряженно записывал.
— Еще что-нибудь помните? О нападавшем?
Грейс задумалась на минутку, затем покачала головой:
— Нет.
— Он был высокий или низкий? Вы не почувствовали запахов? Лосьон после бритья или что-нибудь подобное?
— Боюсь, в носу осталась только рыбная вонь от мешка.
Я закончил обрабатывать ссадину на щеке.
— Из бухты есть другой выход? — спросил я.
— Кроме как в море? — Страчан пожат плечами. — Если пройти по камням у основания утеса, дальше будет галечный пляж, который тянется чуть ли не до деревни. В конце там есть тропа, ведущая наверх. В такую погоду это опасный путь, но преодолимый.
Теперь понятно, как преступник ускользнул. Он мог и просто спрятаться, пока мы не зашли в дом. В тот момент нас больше заботило состояние Грейс, чем поиск виновного.
У Фрейзера закончились вопросы. Я думал, Броуди возьмет инициативу на себя, но он молчал. Страчан предложил Грейс наполнить ванну, она отказалась.
— Я не инвалид. — Она улыбнулась с оттенком раздражения. — Останься с гостями.
Грейс поцеловала меня в щеку, мускусный аромат духов проступал сквозь антисептик.
— Спасибо, Дэвид.
— Рад помочь.
У Страчана были круги под глазами, а во взгляде — паранойя.
— С ней все будет в порядке, — уверил я.
Он кивнул, не поверив.
— Боже, что задень, — пробормотал он, проведя рукой по лицу.
Броуди впервые подал голос:
— Расскажите мне еще раз, что произошло.
Страчан опешил.
— Я уже все сказал. Когда я вернулся домой, ее там не было.
— А откуда именно вы вернулись?
В тоне не звучало обвинительных нот, однако не возникало и сомнения, к чему этот вопрос. Страчан смотрел на него с нарастающим гневом.
— Я гулял. К пирамидам, если вам там интересно. Я вернулся домой после разговора с Дэвидом у коттеджа. Был сильно расстроен из-за гибели молодого полицейского. Грейс была в школе, поэтому я оставил машину и пошел пешком.
— В горы?