Читать книгу «Юродивый Гавриил (Ургебадзе), преподобноисповедник» онлайн.

У отца Гавриила на глаза навернулись слезы, и он сказал Кетеван:

— Хоть бы тебе познать Бога. Понять Его. Внимать Ему.

Эти слова так подействовали на Кетеван, что, как утверждает она сама, они и по сей день многажды обличают и духовно подбадривают ее.

С любовью заботился он о каждом человеке и непрестанно подвизался для того, чтобы в каждом, кто приходил к нему, разжечь и укрепить истинную любовь:

«Будьте перед всеми людьми со смирением и любовью, и если не всех вы можете любить, относитесь ко всем хотя бы с доброжелательностью. Доброта откроет вам врата рая, смирение введет туда, а любовь откроет вам Бога. Бог зрится только в истинной, Божественной любви, ибо „Бог есть любовь“.

Запомните и поймите меня хорошо: без Христа все — ничто! Человек создан по образу Христа, и если мы, ему подобные, не придем к Нему, погибнем! — если не уверуете, что это Я, то умрете во грехах ваших (Ин. 8, 24).

Я слышал, некоторые говорят: „Ах, это любовь человеческая, бесполезная“, что является большим заблуждением. Человеческая любовь бесполезна и бесплодна лишь тогда, если она исключает божественную любовь и не стремится к ней. Дана ли кому вот так прямо божественная любовь, или кто определит ее пределы? Любви можно и надо учиться. Она начинается в нас с малого еще в отрочестве, и если мы добре преуспеем в ней, то Божьей милостью и благодатью сподобимся и божественной любви. В человеке заложен талант любви в качестве дара, и если мы будем искренне оберегать в себе пути, ведущие к ней, то этот талант перерастет в плод. Истинное перевоплощение человеческой любви — божественная любовь. Человеческая начинает, божественная завершает.

Делать дело с любовью — великий талант. Без дела вера, а вместе с ней и молитва — мертвы. Дело, сделанное с любовью, покрывает множество грехов. Пяти юродивым девам не хватало дел, сделанных с любовью, и поэтому они были лишены благодати Святого Духа, а через благодать — просветления, очищения и озарения еще большей любовью.

Любовь Господа сокрыта для неиспытанных в служении Богу, ибо если Он явит нам, насколько он любит нас, то это пойдет нам во вред. Мы забудем о страхе и благоговении перед Ним и, вольные, превратим свободу, данную нам для духовного преуспеяния, в неудачу. Господь потому и попускает нам искушения, чтобы мы испытались, научились и достигли большего успеха. Ибо если искушения умножатся, преумножится и Божия благодать.

Как учиться любви? Господь потому и показывает чужую беду, чтобы научить нас: не будь равнодушным к боли твоего ближнего, если можешь помочь — помоги, если не можешь помочь делом — сострадать–то ведь можешь ему. Молись за него, молитва, вознесенная с любовью, имеет великую силу. Тем самым мы упражняемся в любви и учимся любить.

Некоторые говорят, что любовь в них пребывает, а даже не знают, что такое любовь, или же кто вникнет в нее? Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит (1 Кор. 13, 4–7). Это — настоящая любовь и в этом — человеческое счастье.

Если презираешь хоть одного человека, ты далек от Небесного Царства. Любовь — мать всех добродетелей. Сердце прежде всего принадлежит тому, от Кого дано оно тебе, — сия есть первая и наибольшая заповедь (Мф. 22, 38)».

Очень трудно подробно рассказать о благодати и духовных дарованиях отца Гавриила. Иногда, глядя на него, терялось ощущение, что он — смертный человек. Однажды мы сидели в его келье. Отец Гавриил молча лежал на кушетке. Вдруг он прервал молчание и сказал:

— Я был на Шавнабада43.

Мы удивились, матушка Параскева не замедлила спросить:

   — Как, отче, вы же находитесь с нами?

   — Отец Гавриил посмотрел на нас и сказал:

— Обозрел душой. В монастыре — строительство, и из–за этого иногда отец Шио не знает, сколько людей у него в монастыре. Поэтому он сейчас сидел за трапезой и считал присутствующих. Я оставил им свои молитвы и благословение.

И вправду, на следующий день отца Гавриила посетил отец Шио. Он взял благословение и после короткого разговора попрощался с отцом Гавриилом. Во время прощания матушка Параскева в знак расположения и внимания расспросила отца Шио о состоянии дел в монастыре. Отец Шио ответил ей:

— Что сказать тебе, матушка, у нас строительство, и столько людей приходит и уходит, что иногда даже не знаю, сколько нас там человек. Например, я вчера считал людей за трапезой.

Матушка Параскева, которая хорошо знала о духовных созерцаниях отца Гавриила, спросила его:

— Отче, прошу вас, скажите мне, как вы видите сокрытое в людях?

Отец Гавриил ответил:

— Возьми зеркало и загляни в него, ты не можешь видеть себя так, как я тебя вижу. Ты думаешь, легко смотреть на пороки и горести людей, ведь они — мои ближние.

Я знаю из собственного опыта, и многие говорили мне, что в его келье люди менялись странным образом. Если ты находился в келье, а отец Гавриил даже не заводил разговор с тобой и все время, пока ты был в келье, хранил молчание, в тебе все–таки происходило какое–то странное внутреннее действо. Разум уравновешивался и обретал силу какого–то здравого мышления. В то время ты в основном начинал думать о скоротечности мира сего и собственной греховности, резко усиливалось чувство ощущения благости Божией и твоей отдаленности от Него из–за твоего неподобающего бытия.

Вначале, когда я только начал посещать отца Гавриила, я не понимал, что означали тихий плач или же мокрые глаза посетителей: я думал, что им угрожала какая–нибудь большая опасность, и именно в этом и была причина их слез. Позже я понял, что это было действие Святого Духа, возбужденное в них отцом Гавриилом. Однажды отец Гавриил сказал нам:

— Когда вы приходите ко мне и сидите у меня, это для вас то же самое, что и многократно выслушанная вами церковная служба. Господь дал мне силы удалять из человеческих умов неподобающие мысли и влагать в них то, что лучше для обретения Небесного Царства.

Отец Гавриил говорил нам о Божественной литургии:

— Если бы вы видели, какая благодать нисходит во время литургии в храме, вы бы собрали пыль и умыли бы себе лицо этой пылью.

Отец Гавриил, конечно, не приравнивал себя к благодати литургии, так как лучше нас ведал о Божественной природе литургии. Этим он только показал нам бытие немощного человека. Хотя литургия наибожественна, но реальность, к сожалению, такова, что из–за неподобающей готовности к ней и недостаточно добродетельной жизни перед Богом мы преимущественно неглубоко переживаем это дарование благодати Божией и не пребываем в ней. А она одна творит в нас благое изменение и жажду Бога при каждом к ней приближении. А у отца Гавриила, посредством дарованной ему свыше силы, человек без собственных усилий и трудов испытывал благую перемену, существенную для стяжания Небесного Царства, — глубокое, внутреннее раскаяние.

[43] Мужской монастырь во имя святого Георгия, находится в 50 км от Мцхеты.