— У меня под мундиром ничего нет! — заорал Хиггинс.
— Не беспокойтесь сэр Джим, мы не станем покушаться на вас, к содомитам не принадлежим.
Ибрагим с Махмудом быстро справились с задачей. Мундир Махмуд очень быстро, привычными движениями, как заправский портной, распарывал по швам, а Ибрагим завязывал последний узел.
— Итак, сэр Хиггинс, я внимательно вас слушаю, — доброжелательно обратился я к британцу, — готов ответить на все ваши вопросы.
— Почему вы здесь с войсками? Вы должны находиться в столице.
— Пол Джефферсон тоже хотел меня там видеть, но Аллаху и шаху Ирана было угодно отправить меня в войска набираться опыта.
— Вы виделись с Джефферсоном?
— И даже разговаривал. Он меня посвятил в некоторые детали операции «Песок». К сожалению, принять участие в ее завершении я не мог по озвученной причине.
— Но вы же обещали нам помогать.
— Вы тоже много чего мне обещали. Где мои десять красивейших наложниц, и где десять скакунов ахалтекинцев? Молчите? А я все это время ждал, когда вы начнете выполнять свои обязательства. Я свои обещания полностью выполнил.
— И зашли слишком далеко. Кто вас просил принимать участие в боях с нашими войсками? А если бы вы погибли, тогда вся комбинация пошла бы насмарку, нас ждал провал операции.
— А разве операция не провалилась?
— Вы давно уехали из Тегерана?
— Уже больше месяца.
— Тогда я вас могу поздравить. Ваш дед убит, а в ближайшее время Пол захватит шахский дворец и вручит вам трон, готовьтесь принять власть, Ваше Высочество. С юга на столицу движется несколько тысяч наших солдат во главе с полковником Гисборном. Здесь мы, конечно, потерпели поражение, но в целом можем праздновать победу. Так что ваши предосторожности с лишением меня подвижности излишни, мы с вами союзники, и в скором времени начнем теснее сотрудничать. Развяжите, наконец, меня, и накормите, со вчерашнего дня ничего не ел.
— А кто кроме Гисборна и Джефферсона еще привлечен на завершающей стадии операции?
— Теперь я могу вам сказать, это наш посол и представитель Премьера. Из ваших подданных — министр финансов Шамсид. Он должен обеспечить беспрепятственный проход группы Джефферсона во дворец.
— С вами еще кто-то был в составе разбитой группы войск?
— Я один, поскольку секретность операции очень высока, кого-то посвящать в детали директор МИ-6 посчитал излишним.
— Не верю.
— Махмуд, помоги сэру Хиггинсу вспомнить, — приказал я.
Молниеносным движением Махмуд без затей воткнул тонкий кинжал в колено Джима.
Хиггинс взвыл и задергался на стуле. Мой отец побледнел, но не проронил ни слова.
— Ну же, Джим, говорите, неужели вам нравится испытывать боль?
— Вы дикарь, Ваше Высочество! Я с вами разговариваю откровенно, а вы увечите меня!
Подойдя ближе, я покачал кинжал в колене Джима, вызвав очередную порцию криков. Видно возраст сказался, британец потерял сознание. Похлопав по щекам, вернул его к действительности.
— Облегчите душу, сэр, станет легче, и кинжал из ноги достанем.
— Доставайте проклятый кинжал! Вместе со мной, переодевшись унтер-офицером, сдался в плен капитан Генри Тернер. Его легко узнать среди наших солдат по рыжим волосам на голове.
— Ибрагим, найди капитана, и помести в другую комнату, с ним поговорим позже, — кивнул телохранителю.
— Ваше Высочество, — позвал меня Махмуд, — посмотрите, что я нашел в подкладке кителя.