Сервас уже дошел почти до середины, где сумрак был гуще всего, как вдруг заметил в другом конце коридора какое-то движение. Справа, откуда шел свет, возник какой-то низкий, приземистый силуэт и молча направился к нему. Существо шло медленно, и было слышно, как по полу постукивают и скребут когти. Семьдесят сантиметров в холке, черная шкура и мускулистое тело. Доберман. Сервас почувствовал, как затылок у него взмок от холодного пота. Он остановился и не мог ни пошевелиться, ни отвести глаз от пса, который неотвратимо приближался. И вдруг ощутил, что все его органы вместе с центром тяжести сместились куда-то в район мошонки, а его раздирает желание развернуться и пуститься наутек. Это искушение безмолвно вопило у него в мозгу, и пришлось собрать всю свою волю, чтобы не поддаться ему.
Назад. Бежать. Удрать отсюда. Это будет ошибкой, и ты это знаешь: псина только того и ждет, чтобы ты повел себя как человек, которому есть в чем себя упрекнуть.
О господи, кому пришло в голову оставить на свободе этого молосса![315] У Серваса все волосы на теле встали дыбом, и он почувствовал, что ноги ему больше не повинуются. Зашкаливший адреналин заставил сердце работать в бешеном ритме, и дыхание участилось. Слишком участилось. Пес застыл метрах в шести от него и хрипло, угрожающе зарычал. Этот звук больше походил на вибрацию на очень низкой частоте, и от него у Серваса свело желудок.
Теперь он отлично видел пса. Маленькие глазки, не мигая, впились в него, словно прикидывая, кто находится перед ним, и взвешивая, стоит нападать или нет. Сервас подумал, что решение будет зависеть от того, как он сам поведет себя в ближайшие секунды. Он взмок от пота и не решался произнести ни звука от страха, что его голос может не понравиться молоссу и тот примет решение напасть. Воображение пустилось в галоп, и он уже видел, как пес прыгает на него.
У зверя под черной шкурой напряглись все мускулы, и он явно готовился к прыжку. Сервас сглотнул и постарался замереть. Адреналин с бешеной скоростью несся по венам.
– Султан! – раздался вдруг чей-то голос.
Эхо от него разнеслось по коридору и запрыгало от стенки к стенке, как мяч в сквоше.
Пес насторожил уши, вздрогнул, как-то сразу расслабился и плюхнулся задом на пол, разинув пасть и вывалив длинный язык. В конце коридора возник еще один силуэт, на этот раз человеческий. К ним широким шагом, громко топая ботинками, спешил крепкий парень в камуфляже.
– Какого черта вы тут делаете? – бросил охранник.
Сервас вынул удостоверение. Ему хотелось бы, чтобы жест получился более решительным и уверенным, но рука предательски дрожала.
– А вы? Где вы бродите, черт возьми? Что за… Почему собака шляется на свободе? Вы здесь для чего? Чтобы обеспечивать безопасность или чтобы поставлять трупы на кафедру анатомии? – гремел сыщик, и в голосе его вместе с яростью звучало облегчение.
Охранник был выше его ростом, и его силуэт четко обозначался против света, идущего с другого конца коридора. Он смерил полицейского взглядом и взял пса на поводок.
– Я отошел отлить, – произнес он в свое оправдание.
– В здании еще кто-нибудь есть? – не отставал Сервас.
Охранник указал на другой конец коридора.
– Там парнишка, он недавно подрядился что-то промывать и наводить чистоту. Больше никого.
– Если еще раз увижу собаку без поводка, я ее пристрелю, – сказал Сервас, все еще во власти страха и злости.
Охранник разглядывал его, словно спрашивая себя, какой из этого патлатого студента сыщик. Небось решил про себя, что все разваливается, и полиция тоже. Мартен отошел от него. Сердце все еще отчаянно колотилось, когда он повернул направо и вошел в просторный зал с окнами, исполосованными дождем. Посреди зала стоял огромный металлический стол, по периметру – застекленные шкафы, и дождь отражался в их стеклах. Сервас подошел к витринам и застыл на месте. В больших склянках виднелись тщедушные тельца с огромными головами: это были человеческие зародыши. Внезапно сорванные ветром листья шлепнули в подвальное окно у него за спиной, и он обернулся.
Где же Седрик Домбр?
Неподалеку, возле такого же металлического стола, что-то виднелось.
Мартен подошел ближе.
Ведро, тряпка и швабра… Пол в этом месте был мокрый. Ему пришел на память фильм о войне во Вьетнаме, который они когда-то смотрели вместе с Александрой. Там американские солдаты обнаружили в джунглях вьетнамский лагерь, где пепел был еще теплый. Фильм назывался «Взвод».
Мальчишка явно где-то недалеко…
Сервас вдруг отдал себе отчет, что сейчас он в этой части здания один. А где же охранник с молоссом? Пошел дозором по этажам? И почему Седрик Домбр так поспешно бросил ведро и швабру? Может, тут есть еще один выход и он попросту удрал?
– Домбр! Вы здесь?
Мартен понимал, что для ушей студента третьего курса, если тот прячется где-нибудь в уголке, его голос звучит так же по-мальчишески, как и собственный.
Бум, бум, бум!.. В окно замолотила ветка дерева толщиной в палец. Мартен обернулся и посмотрел в другой конец зала.
Из этого зала в другой вел узкий проход. Снова металлические столы, снова стук ветра в подвальное окошко, снова витрины с экспонатами. Он старался не смотреть в эту сторону.
Куда же делся мальчишка?
В глубине зала виднелась последняя дверь, простая деревянная дверь. Она была закрыта. Вот черт!
[315] Молоссы – группа пород собак, в которую входят пастушьи, догообразные (потомки боевых и травильных) и гуртовые собаки.