– Привет, Каспер.
Ее собеседник молчал, и ей чудился звук бергенского дождя.
– Где ты? – спросил он наконец.
– Пью кофе.
– Всё еще в отеле?
– Почему ты спрашиваешь?
– Что?
– Зачем тебе знать, где я нахожусь?
– Не понимаю вопроса.
– Неужели? Ладно, я повторю: с чего вдруг такой интерес к месту моего пребывания и моим занятиям?
– Что за чушь ты несешь? – возмутился бергенский коллега Кирстен. – Я просто хочу знать, как продвигается дело…
– Каспер, я вчера звонила в Осло. И поняла, что они не в курсе. Никто не сообщил им, что мы нашли след мальчика. А ведь я тебя проинформировала. Так почему же ты никому ничего не сказал? Не доложил начальству?
Ей ответил шум дождевых струй.
– Не знаю… Хотел, чтобы ты сама это сделала… Судя по всему, ты тоже умолчала о происходящем.
«Очко в твою пользу», – подумала она.
– Не только у тебя есть профессиональная совесть. Я так же сильно, как и ты, хочу, чтобы мерзавца нашли, но мне никто не оплатил командировку во Францию…
«Два очка».
– Ладно. Извини. Я сейчас на взводе, очень устала.
– Почему? – Пауза. – Нет, не может быть… Только не говори, что он снова появился.
– Мне надо идти.
– Что ты будешь делать?
– Не знаю.
– Береги себя.
– Хорошо. Спасибо.
Каспер закончил разговор и посмотрел на порт. Он сегодня не был на службе – взял день, чтобы закончить наконец собирать мебель. Какой сильный дождь…
В голову пришла мысль о счете в банке. О деньгах, полученных за информацию. О тех деньгах, благодаря которым он уже расплатился с частью долгов. Не со всеми, но это лучше, чем ничего…
Каспер посмотрел на часы и набрал номер, не имевший никакого отношения к полиции.
43. Приготовления
– Ты хорошо себя чувствуешь, Гюстав?
Гиртман посмотрел на мальчика, лежавшего на медицинской кровати и подошел к окну. Белые крыши Халльштатта высились над заметенной снегом парковкой и серой озерной гладью. Клинику построили на холме.