— Угу…
— Увидимся через две недели, ладно?
— Ты мне позвонишь?
Сервас улыбнулся про себя. Последнюю фразу произнесла уже Марго, которую он знал.
— Конечно. Спокойной ночи, малышка.
— Спокойной ночи, папа.
Он вернулся в свой номер, бросил пальто на кровать и пошарил в мини-баре. Там нашлась крошечная бутылочка шотландского виски. Потом Сервас вышел на балкон. Уже совсем стемнело, небо очистилось, и на западе, над черной громадой гор, было чуть светлее, чем на востоке. Начали загораться сверкающие, словно начищенные, звезды. Сервас заметил, что сильно похолодало. Рождественская иллюминация сверкающей лавой лилась по улицам, но все это городское снование и копошение выглядело таким ничтожным в сравнении с древними Пиренеями. На фоне громадных вечных гор самое жестокое преступление выглядело столь же мелким и смехотворным, как след от насекомого на ветровом стекле.
Сервас облокотился на перила и достал мобильник.
— Эсперандье слушает.
— Мне нужна твоя помощь.
— Что случилось? Есть новости?
— Нет, это не имеет отношения к расследованию.
— Вот как…
Сервас, тщательно подбирая слова, сказал:
— Я бы хотел, чтобы раза два в неделю ты проследил за Марго после того, как она выйдет из лицея. Скажем, в течение двух-трех недель. Сам я не смогу это сделать. Она меня быстро вычислит.
— Что?
— Ты прекрасно слышал.
Воцарилось молчание. Сервас различил какие-то звуки и понял, что его заместитель находится в баре.
— Мартен, я не смогу, — вздохнул Эсперандье.
— Почему?
— Это противоречит всем…
— Это услуга, и я прошу друга мне ее оказать, — перебил его Сервас. — Ровно два раза в неделю в течение трех недель. Походить за ней пешком или поездить на машине. Больше ничего. Об этом я могу попросить только тебя.
В трубке снова послышался вздох.
— Но зачем?
— Я подозреваю, что она связалась с дурной компанией.
— Это все?
— Думаю, парень ее бьет.
— Вот черт!
— Да, — отозвался Сервас. — Представь себе, что это случилось с Меган и ты просишь помощи у меня. Ведь и с ней может случиться.
— Ладно, я этим займусь. Но уговор: не больше двух раз в неделю и не дольше трех недель. Дальше я прекращаю это дело, даже если ничего не найду.