— И она была голая, когда открыла вам дверь?
— Да.
— Но вы, тем не менее, вошли?
— Да.
— Зачем?
— Я уже говорила…
— Вы сами написали то письмо, верно? — вмешалась в разговор коллега Больё.
— Нет! — крикнула журналистка.
— Тогда как вы объясните его появление в вашем почтовом ящике?
— Никак.
— Мы опросили всех жильцов: никто не высказал ни одного предположения о личности автора письма.
— Знаю. Я сама пыталась…
— Ваша соседка, — перебил Кристину Больё, — назвала вас сумасшедшей. Она рассказала, что вы позвонили в дверь в два часа ночи и заявили, что ваша собака якобы находится у нее в квартире. Силой ворвались к пожилым людям, без разрешения обыскали все комнаты, напугали их…
От мерцания неона, а может, от запаха чистящего средства у мадемуазель Штайнмайер разболелась голова:
— Я…
— Вы нашли пса в мусорном баке — со сломанной лапой, так?
— Да.
— Это вы выбросили собаку в мусоропровод? — чеканя слова, спросила инспектор.
Кристина посмотрела на нее с ужасом и отчаянием. Как она может?! Мужчины много сотен лет притесняли женщин, разве мы не должны проявлять… солидарность?
— Нет! Он сидел в баке рядом с колодцем! — еще громче воскликнула журналистка.
— Рядом с чем? — не поняла полицейская.
— Рядом с мусоропроводом.
— Но вы заявили…
— Послушайте, я…
— Вы не впервые прибегаете к запугиванию — и угрозам…
Лейтенант подвинул к Кристине листок — электронные письма, которые она сразу узнала:
— Скажите, мадемуазель Штайнмайер, вы писали эти мейлы?
— Нет!
— Но послали их с вашего компьютера? — Больё выглядел уже совсем раздраженным.
— Да, и я уже дала объяснения по этому поводу…