Далеко от Москвы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— У себя. Все чертят,— с некоторой снисходительностью ответил Рогов.

— Ну-ну, нечего говорить о них таким покровительственным тоном, они — наш генштаб!.. Передай Беридзе и Ковшову, чтобы начертили приказ о премировании связистов. Постарайтесь с Либерманом насчет угощения. Ребята заслужили этот маленький праздник.

— Ребятам ничего не скажу. Пусть будет для них сюрпризом эта встреча! — сказала Таня растроганно и заволновалась, вспомнив о Генке Панкове. — Как быть с мальчиком, что сказать ему, Василий Максимович? С каким нетерпением ждет он встречи с отцом!

— Не говорите ему ничего, я сам, — решительно и так же тихо ответил ей Батманов. — Признаюсь, Таня, что и у меня сердце болит, когда вспомню о пареньке. Матери у него ведь нет?

— Нет. Он в Новинске у тетки жил...

Батманов посмотрел Тане вслед — она легко и мягко бежала в своих маленьких валенках. Красный шарф бился за спиной девушки...

Он поймал мрачный взгляд Рогова, стоявшего неподалеку.

— Что надулся, Александр Иванович?

— Моему бывшему участку спасибо не будет? — спросил Рогов. — Не о себе думаю, Василий Максимович. Не хуже связистов работали мои люди в Тывлине...

— Зря напоминаешь, хорошее не забывается. Твоему бывшему участку будет большое спасибо — переходящее красное знамя управления. Понял теперь?

— Теперь понял! — повеселел Рогов.

— Раз понял, думай о том, как отобрать знамя у твоего бывшего участка — для теперешнего!..

Кондрин свернул ведомости и окликнул проходящего мимо счетовода из бухгалтерии. Вместе они пошли к соседнему складу.

— Внимательнее присматривайся к этому человеку, — сказал Батманов, кивнув в сторону Кондрина. — Он кое-кому показался здесь подозрительным. Под видом приемки дел надо будет внимательно проверить дела бухгалтерии...

— Хорошо. Он, правда, здесь не так давно...

— Будь к нему пристрастен, не доверяйся особенно... Когда убедишься, что подозрения неосновательны, тогда поверишь ему по-настоящему.

Батманов посмотрел на часы. Подходило время, назначенное им вчера для сбора шоферов. Он кивнул Рогову и направился к площадке перед электростанцией, где должны были собираться автомашины. На дороге за поворотом ему повстречался обоз из трех подвод. На санях везли термосы с обедом для бригад Умары и Карпова. Впереди обоза шел Либерман.

— Стой! Стой же, маменька родная! Не видите, начальник строительства нами интересуется! — закричал он на своих подручных, управлявших лошадьми.

Снабженец предложил Батманову «снять пробу». Батманов измерзся и проголодался. Он и не заметил, как съел миску рыбного супу, миску каши и выпил кружку сладкого чаю.

— Хитрый ты! Незаметно накормил обедом, — сказал Батманов, видя довольную усмешку Либермана, и представил себе, как снабженец вечером расскажет об этом, шепчась то с Филимоновым, то с Роговым. — Это хорошо, Либерман, что ты добрее стал. Когда я приехал, совсем ведь не хотел меня кормить. Помнишь? Что, уже забыл? Ладно, и я забуду!.. Обед хорош. Благодарю за себя и за ребят — они тоже довольны будут.

— Рады стараться! — гаркнул Либерман, выпячивая грудь.

— Все насмешничаешь? — укорил его Василий Максимович.— Зачем? Ты же не клоун и не конферансье, чтобы всегда острить и паясничать. — Он достал папиросы, угостил Либермана. — Что семья? Удалось ей выехать из Ленинграда?

— Выехали, только куда — не знаю. Третью неделю не получаю известия от жены, — тень тревоги легла на лицо Либермана.

— Залкинд послал две телеграммы с вызовом их сюда. Потерпи — жена и дочь приедут!..

Обоз стал спускаться с уклона на лед пролива. Копыта лошадей скользили и разъезжались. Вдалеке от берега виднелись на льду рабочие Умары — как темные буковки на сером листе бумаги. Берег острова затягивался плотной пеленой тумана.

— Тише! Тише, маменька родная! — кричал Либерман.

Батманов наблюдал за ним, одобрительно поджав губы: и этот «трудный дядя» был теперь более или менее надежным его помощником. За все время поездки по трассе начальник не упускал Либермана из поля зрения. Либерман заметно переменился. Он был деятелен, ловок и хитер по-прежнему, но теперь ему ближе были интересы стройки, и главное — он, пожалуй, научился понимать, что первейший смысл его работы — это забота о людях.

— Либерман! — вдруг окликнул Батманов. Снабженец обернулся и приподнял большое ухо мохнатой шапки. — Назначаю тебя арбитром по соревнованию между бригадами Карпова и Умары. Учти: Карпов вначале был в невыгодных условиях. Когда вернусь, мы посоветуемся, чем отметить победителей.

— Понято!— донеслось снизу.

Автомашины подкатывали одна за другой и становились в ряд. Рокот ставших на место машин смешивался с ревом и рыком тех, что подъезжали и разворачивались на площадке. Филимонов тут же проверял их и делал записи в книжечке.