Генерация завершена.
Стоило последним словам отразиться в моей душе, как я почувствовал, что всю мою сущность засасывает в кристалл.
***
Я лежал на чем-то мягком. Так приятно, что открывать глаза совсем не хочется. Вокруг витал запах цветов и свежей травы. Сквозь пелену дремоты я слышал какой-то голос. Он становился все громче, а потом меня и вовсе начали трясти. Да, что такое? Поспать не дают, ироды!
— О! Ты открыл глаза! — произнесла, склонившаяся надо мной, лошадиная голова… Чего?
— А-а-а-а! Говорящая лошадь! — с криком подскочил я, на миг, забыв, что я так-то и говорящие деревья встречал, что куда страннее.
— Хм-пф! Обидно, знаешь ли, — жеребец тряхнул гривой. — Я не какая-то там лошадь. Я — единорог! — с последними словами, на его лбу сверкнул длинный витой рог.
Я наконец-то присмотрелся к моему собеседнику. Пышная грива и хвост отливали серебром, тогда как тело жеребца было абсолютно белым, ни единого пятнышка другого цвета не портило эту чистоту. Этого единорога нельзя было назвать большим, его благородная морда находилась на уровне моего лица, а черные глаза, казалось, были способны заглянуть в саму мою душу. Все его тело, как и рог, светились мягким внутренним светом.
— Прости меня. Я не хотел оскорбить тебя, — принес я извинения от чистого сердца. Может я и не испытывал особого пиетета перед единорогами, но я не хотел обижать столь прекрасное существо.
— Не волнуйся, человек, — мягко ответил он, причем, обращение «человек» никоим образом не звучало, как что-то оскорбительное. — Мой народ не способен испытывать негативные эмоции, так что ты не смог бы оскорбить меня, даже если бы захотел.
— Ясно, — растерянно пробормотал я. Чего же ты тогда обижался, когда я тебя лошадью назвал? Тут, я вспомнил о своих спутницах и огляделся. Но, никого кроме единорога рядом не было. — Эм-м…
— Зови меня Быстрый Ветер, человек, — понял мою заминку жеребец.
— Мое имя — Ник. Быстрый Ветер, не видел ли ты здесь двух девушек? Мы должны были прибыть сюда вместе, но…
— Прости, человек, я не встречал твоих товарищей, — мотнул головой единорог. — Но, возможно, кто-то из моего народа видел их. Я приглашаю тебя гостем в наш дом, — с излишним пафосом в голосе, добавил он.
Дальним путь было не назвать, но, учитывая, что мы никуда не торопились, шли мы почти час. Единорог не предлагал прокатиться верхом, а я и не просил, мне было в радость пройтись по пышущим жизнью лугам. Я наслаждался солнечными лучами (да, в небе было свое светило), запахами девственной природы и пением птиц.
Разговор с Быстрым Ветром не клеился. Он говорил странными фразами, смысла которых, как мне казалось, он и сам не понимал. Временами он создавал впечатление важничающего ребенка, получившего важное задание от взрослых. Все изменилось, когда мы уже подходили к дому единорогов. Жеребец начал пританцовывать на месте, и поторапливать меня, когда я остановился.
Но я игнорировал его. Все мое внимание было приковано к месту, потрясающей красоты. Десятки единорогов ходили меж самых странных деревьев, что я когда-либо видел. Казалось, они состояли из материализованного света, каким-то чудом принявшем форму причудливых деревьев. На их ветвях, словно маленькие солнца, сияли массивные даже на вид плоды. Я видел, как некоторые единороги подходили к деревьям, чтобы съесть несколько плодов. С каждым съеденным плодом, и без того прекрасные создания, становились еще более величественными.
Не только деревья и единороги заставляли сердце биться через раз. Вся долина была пропитана светом и чистотой. Самая обычная луговая трава, здесь виделась блюдом, которое не зазорно испробовать и Императору, а цветы, которыми была щедро усыпана долина, были достойны отдельных баллад, настолько прекрасны они были.
— …ик! Ник! — пробился ко мне встревоженный голос Быстрого Ветра. — Приди в себя!
— Д-да, я в порядке, — заторможено произнес я. — Что случилось?
— Неподготовленный разум человека, не сразу может сопротивляться красоте наших лугов. Теперь, когда первое впечатление прошло, дальше будет легче.
Он был прав. Долина единорогов не стала менее красивой, но, теперь, я мог более или менее контролировать себя.
— Пойдем скорее, Старейшина ждет, — нетерпеливо подтолкнул меня в сторону долины Быстрый Ветер. Ай! Куда рогом тыкаешь, зараза?
Вблизи, луга были еще прекраснее. Я не раз и не два, замирал на месте, просто, чтобы получше рассмотреть очередное чудо. Пасущиеся единороги не обращали на меня особого внимания, даже когда я разглядывал их. Причем, чем дальше мы заходили, тем больше я понимал, что Быстрый Ветер еще очень молод. Он был раза в полтора меньше среднего представителя своего народа, что я встречал по пути через долину.
— Резвый Ветерок! Ты все же нашел его! — навстречу нам вышел старый, даже на вид, единорог. Было видно, что ему уже тяжело двигаться, в нем не чувствовалось той силы, что в других его сородичах. Его грива была очень длинной, да и сияла не так сильно как у прочих.
— Я Быстрый Ветер, — обиженным голосом, тихонько прошептал мой провожатый.
— Здравствуй, человек! — не обратил никакого внимания на слова Ветерка, старый единорог. — Мы жда…
Он прервался, заинтересованно поведя головой в сторону. Я последовал его примеру.
— Фу-ух, — облегченно выдохнул я.
Через долину, в нашу сторону, шли еще два единорога, на спинах которых сидели мои спутницы. Я скосил взгляд в сторону Ветерка. А меня ты, значит, не захотел на себе покатать? Ну и ладно, не больно-то и хотелось.