— Вот человек, который сейчас наконец нам все расскажет!
— Расскажет что? — подозрительно осведомился Уимзи, хотя отлично знал ответ на этот вопрос. — Может быть, вернемся к обсуждению работ Леже[274]?
— К черту Леже! Выкладывайте все о деле бедняги Кэмпбелла! Это просто ужасно! Полиция ходит по домам… Никому не дает ни минуты покоя. Как хорошо, что у меня стопроцентное алиби, иначе я сам бы уже начал чувствовать себя преступником.
— Только не вы, Боб, — сказал Уимзи.
— Откуда вы знаете? Но по удачному стечению обстоятельств в понедельник вечером я как раз обедал у провоста и вернулся домой только к полуночи, а во вторник утром много народу видело, как я прогуливался по Сент-Катберт-стрит. Но скажите нам, Уимзи, вы, который на короткой ноге со всей полицией округа…
— Мне нельзя ничего говорить, — жалобно промямлил Питер, — и вы не должны меня искушать. Это нечестно. Как бы я ни любил вас, Боб, честь дороже. Мало того, предполагается, что это я должен выяснить массу фактов, при этом сам не разглашая никакой информации.
— Все, что нам известно, мы вам расскажем без утайки, — вступила в беседу мисс Сэлби.
— Правда? — обрадовался его светлость. — Тогда скажите, сколько еще сотен людей в графстве, кроме Джока, знали, что Кэмпбелл собирается во вторник в Миннох, а?
— Проще спросить, кто не знал, — усмехнулся доктор. — Он сам и заявил об этом здесь в воскресенье вечером. В тот день бедняга делал подготовительные наброски. В понедельник он намеревался пойти порыбачить в какое-то дивное местечко, о котором никому не собирался рассказывать…
— Я все равно знаю, где это, — вставил Грэхем.
— Молодец! А во вторник он собирался писать в Миннохе с натуры, если, конечно, продержится хорошая погода. Ты же слышала, как он это говорил, Мэри.
— Да, — подтвердила мисс Кошран.
— Я тоже был тогда здесь, — вступил в разговор Фергюсон, — и я отлично это помню. Кажется, я даже сболтнул об этом Фаррену в понедельник утром, потому что у него во вторник намечался пикник у залива Бриггауз и он сказал, что надеется не натолкнуться там на Кэмпбелла.
— Я тоже знал, — сказал Стрэтчен. — Мы с женой видели его в воскресенье, как, кажется, я уже говорил вам, Уимзи.
Питер кивнул.
— Какая нехарактерная разговорчивость для Кэмпбелла, — тем не менее заметил он.
— Ну что вы! — вступился за покойника Боб. — Кэмпбелл был не таким уж плохим парнем, если нормально его воспринимать. У него была несколько агрессивная манера общения, но, мне кажется, это все из-за того, что он всюду чувствовал себя некстати. Он не мог прожить и дня без того, чтобы не затеять с кем-нибудь жуткий спор.
— Кэмпбелл был упрямым человеком, — вставил свое слово начальник порта.
— Да, но тем забавнее он выглядел. Именно поэтому никто не мог воспринимать его всерьез.
— А Гоуэн почему-то воспринял слова Кэмпбелла серьезно, — заметил доктор.
— Ну да, Гоуэн все воспринимает слишком серьезно, и прежде всего самого себя.
— Все равно, — сказала миссис Андерсон, — Кэмпбеллу ие следовало так отзываться о Гоуэне.
— А где сейчас Гоуэн? Кто-то говорил, что он в Лондоне. Кстати, Уимзи, куда подевался Уотерз?
— Не имею ни малейшего представления. Насколько я мог выяснить, подразумевается, что он в Глазго. Фергюсон, вы его там видели?
— Нет. Полиция меня об этом спрашивала. Как я понял, во всем подозревают Уотерза?
— Уотерз был здесь в воскресенье вечером, — отметил доктор, — Но вскоре после появления Кэмпбелла ушел.
— Доктор, вам нет цены, когда дело касается фактов. Но если Уотерз был в Глазго, он просто не смог бы попасть в Миннох.
— Странно то, — сказала мисс Сэлби, — что никто не видел его в Глазго. По идее, он должен был ехать на том же поезде, что и мы. Но его в нем не оказалось, ведь так, мистер Фергюсон?
— Я его не видел. Хотя нельзя сказать, чтобы я специально таращился по сторонам. Вас двоих я сразу приметил — вы сели в поезд в Дамфрисе. Еще раз я столкнулся с вами на вокзале в Глазго, но потом уехал, довольно-таки поспешно. Мне нужно было кое-куда заехать перед тем как отправиться на выставку. Кстати сказать, дело было довольно неприятное. Что-то случилось с двигателем в моей машине. Иначе я мог бы рано утром выехать на автомобиле к поезду, отходящему из Дамфриса в половине восьмого утра, вместо того, чтобы ждать этого дурацкого состава в одиннадцать двадцать две, который останавливается на каждом полустанке.
— Чем путешествовать на этой безнадежной улитке, — заметил Уимзи, — я бы подождал еще немного и поехал на час сорок шесть пополудни.
[274] Фернан Леже (1881–1955) — французский живописец, скульптор, график, керамист и декоратор, поборник так называемой эстетики машинных форм и механического искусства.