— Я и не знала, что вы пророк.
— Теперь знаете.
Уимзи взял у официанта бутылку 1908 года и бросил взгляд на дверь. Мужчина в накрахмаленной рубашке в сопровождении менеджера направлялся в их сторону.
— Я пророк, — подтвердил Уимзи. — Послушайте, сейчас произойдет кое-что неприятное, вот в эту самую минуту. Но не беспокойтесь. Пейте свое вино и доверьтесь мне.
Менеджер подвел гостя к их столику. Разумеется, это был Паркер.
— А! — радостно воскликнул Уимзи — Прости, что начали без тебя, старина. Присаживайся. Ты ведь уже знаком с мисс Дорланд?
Паркер поклонился и сел.
— Вы пришли, чтобы арестовать меня? — спросила Анна.
— Просто, чтобы пригласить вас проследовать со мной в Скотленд-Ярд, поправил Паркер, вежливо улыбаясь и расправляя салфетку.
Побледнев, Анна взглянула на Уимзи и поднесла бокал к губам.
— Чудесно, — отозвался Уимзи, — у мисс Дорланд есть что порассказать тебе. После ужина мы с удовольствием отправимся к тебе. Что будешь кушать?
Не отличающийся воображением Паркер потребовал бифштекс.
— А не встретим ли мы в Скотленд-Ярде каких-нибудь общих друзей? допытывался Уимзи.
— Возможно, — кивнул Паркер.
— Эй, да развеселись ты! Ты своим мрачным видом мне весь аппетит отбил! Эгей! Я слушаю, официант, в чем дело?
— Прошу прощения, милорд. Этот человек — детектив-инспектор Паркер?
— Да, да, — подтвердил Паркер, — что случилось?
— Вас к телефону, сэр.
Паркер удалился.
— Все в порядке, — обратился Уимзи к девушке, — я вижу, что вы — человек честный, и, черт меня возьми, я вытащу вас из этой грязной истории!
— Но что же мне делать?
— Скажите правду.
— Но все это звучит так глупо!
— В полиции слышали истории куда глупее.
— Но…Я не хочу… Не хочу быть той, кто…
— Вы все еще без ума от него?
— Нет! Но лучше бы кто-нибудь другой, а не я…
— Я буду с вами откровенен. Думаю, что подозревают вас обоих, и неизвестно, кого выберут.
— В таком случае, — девушка стиснула зубы, — пусть получит по заслугам.
— Слава Богу! Я уж подумал, что вы собираетесь начать занудствовать на предмет чести и самопожертвования. Ну знаете, как те персонажи, чьи наилучшие побуждения не так понимают в первой главе, в результате в их жалкие дрязги впутываются десятки людей, и все это тянется до тех пор, пока семейные адвокаты не уладят проблемы за две страницы до конца.