— Заткнись! — Рон со злобой ударил стену возле головы Гермионы. Она испуганно моргнула, — Заткни свой рот, чёртова шлюха! — он издевательски потряс её за подбородок, прежде чем зашептал ей в самое ухо, — Ты думаешь никто не заметит, как ты крутишься около профессора Блэк? Нашла себе новый интерес? — заметив, как ещё больше вскипела Гермиона, он не дал ей продолжить, зажимая ладонью рот, — Такая, как ты никогда, не понравится Блэк. Мелкая, ничтожная сука! Но я могу помочь вправить тебе мозги, слышала же как говорят «клин клином вышибают»? — Он ещё больше вжал её в стену своим телом и бесцеремонно начал стаскивать джинсы. Гермиона дёргали ногами, головой, руками, но бестолку. Из-за всё ещё зажатого рта, крик её был тихий. Рон осекся, прежде чем стянуть с неё и трусики. Гермиона зажмурилась так, что глаза заболели. Боже, это было мерзко.
Секунда и Гермиона перестаёт чувствовать давление тяжёлого тела Рона, будто в тумане, наблюдая как он отлетает в сторону. Она опускается по стене и закрывает лицо руками, судорожно пытаясь не разреветься.
— Грейнджер, тише, — тёплые и нежные руки Блэк поворачивают её голову, — Гермиона, всё в порядке, я здесь, — она мягко гладит её по плечам, –Ох, Мерлин, я убью Уизли! Всю их ненормальную семейку.
— П-профессор Блэк, это не то, о чем вы подумали!Она сама меня спровоцировала! — как можно обвиняющие закричал Рон, вставая на ноги.
— Инкарцерро, — практически рыкнула заклинание Беллатрикс, — Ты, ничтожный предатель крови, смеешь скидывать на неё вину? — она кинула ещё одно заклинание, и Рон сильно приложился головой об стену.
— Она! Это всё она! Почему вы её выгораживаете! Она ненормальная! — отчаянно повторял он, и Блэк скривилась. Всё внутри неё кричало том, что Рон заслуживает самой медленной и изощрённой смерти на свете. Тот посмел навредить её Избранной и совершил ошибку.
— Больше не хочу слышать твоих глупых оправданий, такое ничтожество, как ты должно знать своё место! Должно знать, что не стоит злить тех, кто сильнее и важнее тебя. — Блэк быстро оказалась возле Рона и достала кинжал, через секунду приставив к его лицу. Тот замер, со страхом смотря на профессора, — О, глазки то забегали. Я всего лишь оставлю тебе небольшой подарок, — она оскалилась и вонзила кинжал в его кожу. Он закричал, а Блэк злорадно засмеялась . На лице Уизли появился большой кровоточащий шрам, от брови до середины щеки.
— Беллатрикс! — жалобно позвала Гермиона, которая смогла раскрыть глаза только тогда, когда крик Рона стих.
Беллатрикс убрала кинжал, подойдя к Грейнджер, и опустилась рядом с ней на корточки.
— Он это заслужил, львёнок, — взгляд её стал вновь тёплым, рукой она стёрла влагу с её щеки, — Тебе надо отдохнуть.
— Нет! Нет! Я-я сама могу, — мотала головой Гермиона, когда Блэк захотела её поднять.
— Я всего лишь хочу помочь, — Беллатрикс говорила как можно успокаивающе и распалагающе. И только когда Гермиона отчаянно обняла свои ноги, будто прячась, поняла в чём дело.
Беллатрикс взмахнула палочкой и, чуть потрудившись, трансфигурировала из старой завалявшейся серебряной брошки плед.
Тот был пушистый, пестрил красным и золотым, и на вид был очень мягким.
Гермиона чуть недоверчиво смотрела на плед, что предлагала ей профессор. И всё же страх с истерикой притупились и она протянула руки, желая ещё и скрыть обезоруживающую наготу
— Вот так, — чуть улыбнулась Беллатрикс, укутав и взяв Гермиону на руки, — Ты хоть вообще ешь?
— Мгм, — лишь пробурчала Гермиона той в шею, как-то совсем теряя желание даже говорить.
Блэк бросила отвлекающие и маскирующие чары на нишу, где остался лежать ошарашеный и связанный Рон. Сейчас для неё первостепенную роль играет Избранная, обмякшая в руках и, кажется, уже спящая…
Раскрыв глаза, Гермиона тут же закрыла их обратно и глубоко вздохнула. Комната пахла пылью и пустотой. Она повернулась на бок и обняла одеяло. Ей и не надо было смотреть, чтобы знать, что сейчас она одна. Но всё же лениво приоткрыв ещё один глаз, ей стало понятно и то, что сейчас в комнате ранее ей не знакомой.
— Мисс Гермиона проснулась? — спросился появившийся с хлопком домовик. Гермиона вздрогнула от громкого звука, спеша инстинктивно спрятаться от него под одеялом, — Ох, Коли, испугал мисс Гермиону! Коли плохой эльф, Коли должен себя наказать! — пищал он и схватился за тумбочку.
— Стой! — сказала Гермиона громко (насколько это было возможно) хрипящим из-за долгого молчания голосом. И откашлялась, — Коли, всё в порядке, ты хороший эльф. Особенно будешь им, если принесёшь мне чего-нибудь поесть, — она попыталась улыбнуться, желая отвлечь домовика. И это сработало, он тут же просиял, с большим энтузиазмом выполняя её просьбу.
После восхитительного завтрака, Гермиона всё же задалась вопросом где Беллатрикс.
— Ты же эльф профессора Блэк? — уточнила она, и, когда тот кивнул, продолжила, — и это…
— Её покои в Хогвартсе, хозяйка редко остаётся тут, и Коли совсем заскучал без работы…
— Где она?
–Хозяйка не говорит Коли о том, куда идёт… она сказала присмотреть за вами, пока не вернётся.
Гермиона задумчиво откинулась на подушки и нахмурила брови. Домовик посчитал её молчание каким-то приказом и исчез. Она осталась одна. Снова. И мысли о, наверняка, уже вчерашнем инциденте подбирались стремительно.
Свернувшись в позу эмбриона на постели, Гермиона хотела спрятаться от всего. Мысли «А что если» были самыми худшими. Картинки того, чего она бы предпочла не представлять, всплывали из самых тёмных глубин сознания, медленно поедая её. Первая слеза стекла по щеке, оставляя прохладную дорожку и неприятно намочила подушку. Вторая, третья и вот она тихо плакала, уткнувшись в подушку.
Кто-то нежно погладил её спину, переходя к плечам. Она замерла и, кажется, задержала дыхание, — Белла?
— Тише, милая, всё хорошо, — успокаивающе прошептала Беллатрикс. Гермиона повернулась и вцепилась в её руки, чтобы через секунду прижаться к груди.