— Ну да.
Дэнни сверкнул своими вострыми горностаевыми глазками. Его рот, измазанный красным, сложился в неприятную гримасу.
Глава 9
Луиза Брайс и сержант Прескотт вели ленивый, прерывавшийся длинными паузами разговор, какой можно услышать в понедельник утром во всех офисах мира. Когда суперинтендент Алан Маркби ворвался в приоткрытую дверь, они затихли, словно школьники при появлении учителя, и настороженно посмотрели на него. Они успели заметить только, что на нем темный костюм и черный галстук, а потом он набросился на них:
— Доброе утро! Я вижу, у вас сегодня есть время стоять и болтать друг с другом. Мы вышли на Сьюзан Оутс Темпест или Дженифер Юровиц? Если нет — почему?
— Я был у католического священника, — поспешил ответить Прескотт. — Отец Дули просматривает журнал записи браков.
— Тогда позвоните ему и попросите поторопиться! Лаборатория увеличила фотографию? — спросил Маркби у Брайс. — Рекламную, для «Патитайм».
— Да, сэр!
Брайс бросилась к столу и стала шуршать бумагами.
— Принесите ко мне в кабинет!
Маркби пронесся мимо подчиненных и исчез в другой двери. Его личное убежище было дальше по коридору.
— Ну и ну! — пробормотал Прескотт. — Похоже, босс сегодня на тропе войны.
— Позвони в Уэльс, — сурово сказала Брайс, — и узнай, нашли ли они Сьюзан Темпест. Не забудь, что если она развелась с Темпестом, то могла опять взять фамилию Оутс. И скажи им, путь поторопятся!
— Да, мэм! — кротко ответил Прескотт.
Брайс положила на стол Маркби две фотографии, присланные из лаборатории. Одна была просто большего масштаба, а на второй был показан увеличенный участок с висящим на стене дипломом в рамке, которым так заинтересовался Маркби.
Суперинтендент открыл верхний ящик стола и стал раздраженно в нем копаться.
— Лупа! Где-то тут была лупа. Даже Шерлок Холмс пользовался увеличительным стеклом. Мы думаем, что если у нас есть компьютер, то такие простые и полезные предметы нам больше… А, вот она!
Он склонился над снимками. Брайс терпеливо ждала. Маркби выпрямился и вручил ей лупу:
— Взгляните. И скажите, что вы видите. Она стала разглядывать фотографию.
— «Королевская музыкальная школа…» — прочла она. — Седьмой класс. Не могу понять. Награждается Ларри? Люк? Неразборчиво написано. Фамилия Холлен.
— Ларс! — сказал Маркби. — Ларс Холден.
Она посмотрела на него:
— Я откуда-то знаю это имя. Не могу вспомнить откуда.
— Он член парламента от нашего округа! — сказал Маркби.
— Ой!
Брайс вложила в это междометие целый веер значений.
— Вот именно. Думаю, мне не обязательно вам указывать на то, что любые беседы с семьей Холден — если они будут иметь место — должны проводиться с максимальным тактом и деликатностью. — Он положил обе руки на стол ладонями вниз и вздохнул. — Хотя, вероятнее всего, когда до этого дойдет, я буду опрашивать их сам. Только не подумайте, что я не доверяю вашим способностям или методам. Уверен, Ларс с большей охотой поговорил бы с человеком его возраста, чем со старым сухарем вроде меня.
Брайс, которой было известно, что Маркби сорок три года, спрятала улыбку.
— Однако я уже знаком с семейством Холден, — продолжал он, — и надеюсь, что, если допрос буду вести я, они воспримут эту процедуру менее болезненно.
— Даже если они и нанимали «Патитайм-Кейтерес» двенадцать лет назад, это абсолютно ничего не значит! — сказала она, повторяя слова Мередит. — Когда такие люди устраивают большие вечеринки, они часто приглашают помощников и обращаются в специализированные фирмы.