— Ничего не поделаешь, придется поздороваться! — вздохнула Джесс и нехотя направилась к их столику.
— Добрый вечер, инспектор! — воскликнул Феррис. — Каким ветром вас сюда занесло? То есть если вы здесь не по делу…
— Нет. Вот решили с другом выпить. Мы уже уходим.
— Что, вам меню не понравилось? — усмехнулся Феррис.
— Слишком калорийно, — кивнула Джесс. — Правда, мы все равно не собирались оставаться здесь на ужин.
— А может, мы вас спугнули? — забеспокоилась щепетильная Пенни.
— Что вы! Нет, конечно! — небрежно отмахнулась Джесс. — Уф! — сказала она, когда они с Томом вышли. — Теперь ты решай, куда ехать. И как я не сообразила? Ведь «Олень» совсем рядом с конюшней. Наверняка Пенни заходит сюда чуть ли не каждый день!
Если бы Пенни не сказала, что между ней и Феррисом нет близких отношений, она бы обязательно подумала, что есть. Кстати, почему Пенни так беспокоит, что подумают люди о ее отношениях с Феррисом?
Вскоре они увидели еще один паб — почти такой же старинный, как и «Олень». Паб назывался «Черный пес».
— Ну как? — спросил Том, когда они вышли из машины. — Тебя название не смущает?
— А что, должно?
— У многих народов черные псы ассоциируются с черной магией, с дьяволом.
— Ох, избавь меня от этого! Без сверхъестественного я как-нибудь проживу. Мне и так называемого «естественного» вполне хватает. — Войдя в зал, Джесс быстро огляделась по сторонам. — Все чисто. Надеюсь, Илай Смит не зайдет сегодня сюда пропустить кружечку пива!
Им повезло — Илая они не увидели.
— А почему тебе так хотелось побывать в «Олене»? Здесь еда почти такая же. — Том снова просматривал меню. — Только здесь еще есть чили с жареной картошкой.
— Возьму чего-нибудь вегетарианского — каннелони со шпинатом и рикоттой. Почему мне так хотелось побывать в «Олене»? — Джесс слегка смутилась. — Именно туда двадцать семь лет назад примчалась Дорин Уорбл, чтобы сообщить об убийстве на ферме «Сверчок». Не о теперешнем, а о предыдущем… Точнее, оттуда она позвонила в полицию. Звонить с самой фермы у нее не было сил.
— Что еще за предыдущее убийство, скажи на милость? И кто такая Дорин Уорбл?
Джесс вкратце рассказала Палмеру о трагедии семьи Смит.
— Сегодня вечером я читала архивные материалы… Вот почему у меня в голове засело название паба «Олень».
— Выходит, ферма «Сверчок» — какое-то роковое, гибельное место? Ты в самом деле не хочешь мяса? Я пошел заказывать — если, конечно, удастся добраться до стойки.
— Не знаю, каким образом предыдущая трагедия связана с недавним убийством и есть ли между ними вообще какая-то связь, — сообщила Джесс, когда Том вернулся.
— А что думает по этому поводу новый начальник? — неожиданно осведомился Том.
— Я и сама не знаю, — призналась Джесс. — Он не из тех, кто говорит, что у них на уме.
— Как думаешь, вы с ним поладите?
— Очень надеюсь, но судить пока рано. Пока мне кажется, что мы с ним сработаемся. — Она помолчала. — Том, тебя ведь часто вызывают и в соседние округа. Ты когда-нибудь встречался с суперинтендентом Маркби?
Палмер нахмурился:
— Да, один раз пришлось иметь с ним дело — я замещал Джеймса Фуллера.
— Под началом у Маркби мне работалось отлично, — призналась Джесс. — Вот странно… Картер спросил, почему я перевелась сюда. Похоже, с Маркби он знаком, но я так и не поняла, как Картер к нему относится. Он выразился как-то… непонятно.
— Может, они враждовали… Ты с ним на всякий случай поосторожнее, — посоветовал Том. — Ничего себе… Это что, каннелони? Они ножом не режутся!
Пенни и Эндрю по-прежнему сидели за шатким круглым дубовым столиком, где их увидела Джесс. Они не спеша пили пиво и ждали, когда им приготовят ужин. Пенни заказала курицу, салат и картошку, Эндрю — бифштекс с жареной картошкой и овощами. Пиво они закусывали острыми чипсами-начос. Зал постепенно заполнялся народом, шум голосов сделался громче. В динамиках гремела музыка — вот чем еще «Олень» отличался от «Твердой поступи». Клиентам «Поступи» не нравилось, когда разговор заглушает громкий рев. Посетители «Оленя», в целом более молодые, реагировали на фоновый шум вполне доброжелательно. Они привыкли жить под постоянный грохот — пожалуй, лиши их музыки, они бы пришли в недоумение.