Когда насекомые ползают по трупам. Как энтомолог помогает раскрывать преступления: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я никогда не забуду свое первое дело и первое вскрытие. А особенно пребывание в секционном зале.

Еще до того, как я начал карьеру в качестве докторанта и приглашенного профессора в Лейпцигском институте судебной медицины, мне предоставили возможность писать доклады для прокуратуры и окружного суда Лейпцига, за что я до сих пор очень признателен. Но это не единственная причина, по которой мне прекрасно запомнился первый визит в институт – в тот день требовалось определить, как долго тело пролежало в квартире.

Одинокий 64-летний мужчина, не имевший родственников, был обнаружен днем ранее в своем жилище. Соседи почувствовали неприятный запах в доме, а его почтовый ящик был переполнен. Что же с ним случилось? Чтобы это выяснить, тело привезли к нам в институт.

Научный руководитель моей диссертации, старший врач доктор Бабиан, был первым, кто привел меня в тот день в помещение для аутопсии.

После модернизации секционный зал судебной медицины Лейпцига превратился в большую светлую комнату с тремя секционными столами. В тот день были заняты только два из них. На первом лежала престарелая женщина, голова, грудь и брюшная полость были вскрыты. Значит, все внутренние органы уже вынули.

Прозектор сидел за отдельным столом рядом с секционным, и рассматривал каждый орган с прилегающими к нему сосудами; все органы нужно взвешивать. Мозг кладут на специальную разделочную доску и разрезают мозговым ножом, для этого существуют различные техники.

Чтобы добраться до мозга, с черепа снимают кожу, затем ассистент прозектора маятниковой пилой вскрывает череп по линии от середины лба над ушами до задней части головы, и мозг вынимают. Чтобы работать было удобнее, верхняя часть тела укладывается плечами на опору.

Именно такая картина предстала передо мной, как только я зашел в секционный зал и взглянул на первый стол. Принято считать, что при вскрытии трупа вытекает очень много крови, но так происходит скорее в редких случаях. Кроме того, чистоте и аккуратному обращению с телом всегда уделяется внимание. Вскрытия устраивают не для развлечения участников, а чтобы выяснить причину смерти и раскрыть уголовное преступление.

Гораздо сильнее меня шокировало тело, лежавшее на втором столе. Младенец. Полиция подозревала, что родители трясли ребенка так сильно, что он умер в больнице вследствие повреждений внутренних органов.

В этом помещении такие максимально разные судьбы находились на расстоянии всего двух метров друг от друга. Женщина, которая состарилась и, возможно, прожила насыщенную жизнь, и младенец, который рано умер из-за опрометчивых поступков родителей.

Спокойный подход врачей и сосредоточенная работа в тот день произвели на меня глубокое впечатление и наложили отпечаток на мою последующую работу.

Наконец мы спустились в подвал к холодильным камерам и «моему» трупу. Запах сменился с медицинской чистоты на что-то знакомое со времен написания магистерской диссертации.

Холодильная камера была открыта, а полка с мешком, в котором лежал труп, выдвинута. Тогда я впервые увидел тело в таком состоянии, но со временем перестал вести счет этим встречам.

Молнию открыли, и запах разложения мгновенно проник в помещение. Из-за сильного распада из мешка капала желтоватая маслянистая жидкость. Мне сразу бросились в глаза многочисленные, уже развитые личинки мух на теле, лице и в области гениталий. При контакте со светом они тут же попытались расползтись во всех направлениях.

При ближайшем рассмотрении я заметил, что верхний слой кожи уже отделился, большая часть эпителия потемнела. Участки, до этого закрытые, остались более светлыми. Было четко видно, в каком положении находился труп на момент обнаружения, хотя теперь он и лежал на спине.

Живот производил впечатление сдувшегося воздушного шара: фаза газообразования уже завершилась. Рот был широко открыт, многие считают, что по нему можно определить, испытывал ли покойный боль перед смертью, но это не так. Из-за остановки обмена веществ мышцы расслабляются, и нижняя челюсть просто опускается вниз.

Мой первый труп. С чувством легкой слабости я приступил к сбору образцов, захватывая отдельных личинок пинцетом.

Я нашел не только взрослых личинок мух, но и на каждой их стадии развития. По запросу мне сообщили, что на месте была температура 23 °C. Личинки мух третьей стадии уже частично опорожнили желудочно-кишечный тракт. В мешке с трупом были обнаружены очень светлые окуклившиеся экземпляры. При ближайшем рассмотрении это оказалась Сalliphora vicina, синяя мясная муха.

Последний абзац получился несколько туманным, но так сделано намеренно. Позже я объясню обстоятельства дела более подробно.

Пока скажу следующее: это было не преступление, покойный скончался от сердечного приступа. Его кровеносные сосуды были кальцинированы, и он страдал от высокого давления и диабета. Вполне нормальная, естественная смерть. Возраст личинок мух совпал с показаниями соседей, что в последний раз умершего видели восемь дней назад. Он жил в уединении и редко общался с соседями. Единственной, с кем он регулярно поддерживал связь, была продавщица из пекарни на углу. Незадолго до его последнего появления на людях мужчина сказал, что долгое время неважно себя чувствовал. Настоятельная рекомендация женщины сходить к врачу, вероятно, поступила уже слишком поздно.

Или ordinatio servanda est, как звучало бы на латыни. Именно поэтому предлагаю небольшую экскурсию в мир родов и видов.

Когда летом проходишь мимо собачьих экскрементов, контейнера для органических отходов, возможно, даже мимо мертвой мыши, или, собирая грибы, натыкаешься на веселку обыкновенную[4], порой слышится возбужденный гул, который тут же смолкает.

Во время таких коротких встреч мы обычно спугиваем десятки, иногда сотни и даже тысячи мух. Мы мешаем им принимать пищу или откладывать яйца.

Подотряд мух (Brachycera) вместе с подотрядом комаров (Nematocera) относится к отряду двукрылых (Diptera). Почему? Когда Карл фон Линней (1707–1778) обнаружил, что различные группы и виды животных и растений являются родственными друг другу, была создана так называемая бинарная номенклатура. Это заложило основу для любых последующих зоологических, ботанических и в конечном итоге для всех биологических исследований.

Каждому виду было присвоено латинское однозначное двойное название. В обоих царствах животных и растений нет двух существ по имени Лиза Мюллер, хотя на первый взгляд они могут выглядеть одинаково, поэтому их можно четко описать в каждой стране мира и на любом языке.

Хотя Lucilia sericata в Германии на региональном уровне называют «Goldfliege» (золотая муха), в английском языке ее именуют «Common green bottle fly» (обыкновенная зеленая муха), во французском – «Mouche verte» (зеленая падальница), а в голландском – «groene vleesvlieg» (зеленая мясная муха)[5]. Как можно заметить, в естественных языках наблюдаются серьезные различия. Вот почему на языке науки она во всем мире называется Lucilia sericata. Без кавычек и курсивом. Но это всего лишь начало упорядочивания.

Итак, у нас есть вид Lucilia sericata, который относится к роду Lucilia. Род является следующей более высокой ступенью таксономии, биологической классификации видов. У людей все Лизы были бы отнесены к роду Лиза, но есть только одна Лиза Мюллер. Ниже вида стоит подвид.

Как вид описываются особи, которые могут спариваться между собой, дают способное к размножению потомство, а также имеют в значительной степени одинаковую морфологию (строение тела). При этом могут встречаться различия, как, например, самцы и самки, которые выглядят по-разному (половой диморфизм).

[4] Весёлка обыкновенная, или Фаллюс нескромный, или Сморчок вонючий, или Сморчок подагрический – гриб-гастеромицет порядка Весёлковые, или Фаллюсовые. Народные названия: «выскочка», «чёртово яйцо», «яйцо ведьм», «срамотник».

[5] В русском языке это насекомое называется «зеленая мясная муха».