— Прекрасно! Он сможет рассказать нам, назначал ли ему сегодня мистер Финмер встречу, и был ли у него с собой эскиз. Если да, то это все доказывает. А сейчас я хочу задать вам вопрос, который может показаться немного странным. Вы безусловно очень хорошо знаете мистера Финмера. Скажите, какие ежедневные газеты он получает?
— Ежедневные газеты? Ну, насколько я знаю, он не читал никаких газет, кроме «Таймс». Почему вы спросили?
Эмброуз уклонился от вопроса, задав свой:
— Вы не знаете, получал ли он вечерние газеты из Лондона?
— Я, право, не могу сказать. Даже если и получал, то я никогда не видел их в его доме.
— Понятно.
Сержант ненадолго задумался. Очевидно, что нужно спросить всех членов комитета, не приносил ли кто из них на встречу «Ивнинг Газетт». Он сегодня уже задал этот вопрос мисс Хаттон и получил отрицательный ответ.
— И вы говорите, мистер Финмер упомянул, что возможно поедет в Эвиан-ле-Бан?
— Он сказал, что возможно туда поедет после пары дней в Париже.
— Ну, — сказал Эмброуз, поднимаясь со стула, — не буду вас больше беспокоить. Большое спасибо за предоставленную информацию.
— А дознание? — спросил викарий, провожая сержанта-детектива до двери. — Мне нужно будет присутствовать?
— По крайней мере пока — нет. Когда оно официально начнется — думаю, в четверг, — все действия будут лишь формальны. Мы будем просить об отсрочке заседания. Я дам вам знать. Доброй ночи, сэр.
Прежде чем вернуться в Эксбридж, Эмброуз наведался к Дженнингсу, местному полицейскому. Он застал коллегу за ужином.
— Мы получили ваше сообщение, — пояснил Эмброуз.
— Да, сержант — что-то не так со старым сквайром?
— Пока не могу сказать. Этим утром он отправился в Эксбридж. Во сколько?
— На поезде в 12:14 с местной станции. Так получилось, что в тот момент я как раз был там. У него с собой было несколько чемоданов.
— Я хочу, чтобы вы кое-что разузнали.
— Что именно, сержант?
— Вы знаете местного почтальона?
— Хорошо знаю. Мы с ним частенько беседуем.
— Так: постарайтесь у него выведать — спросите как бы невзначай — доставляет ли он с утренней почтой какие-нибудь газеты в усадьбу Финмера.
— Хорошо. Это не составит труда.
— И сразу же сообщите мне по телефону.
— Есть, сержант.
Когда Эмброуз вернулся в полицейский участок Эксбриджа, дело уже шло к одиннадцати вечера. Однако несмотря на поздний час, суперинтендант все еще был в своем кабинете вместе с полковником Лэнгдейлом.
Старший констебль был высоким, гладковыбритым мужчиной с волосами цвета серой стали и лысиной на макушке. Его приятное, вдумчивое лицо с мечтательными серыми глазами вкупе с немного протяжным и очень вежливым мягким голосом создавали невероятное впечатление. Внимательно выслушав рассказ Эмброуза о беседе с викарием, он обратился к суперинтенданту:
— Вы, конечно, возьмете это на заметку?
— Конечно, сэр. Мы должны начать с этого художника. Если мистер Финмер действительно виделся с ним сегодня, то это может нам помочь. Хотя в любом случае, нам нужно как-нибудь проследить за Финмером.
— Полагаю, да, — протянул полковник, — но это чрезвычайно неловкая ситуация. Я очень хорошо знаю Финмера и его характер. Но то, что он довел его до убийства, да уж! — он пожал плечами.