— Да, Грон! — воскликнула она, негодующе толкнув его в плечо. — Грон! — повторила она снова, решительно прижав его руку к низу своего живота, чтобы подчеркнуть сказанное для сущего эффекта. Затем она хмыкнула и надулась, скрестив руки на груди. Вот же дурачок.
Все еще дрожа, Грон обхватил ее руками за бедра, а затем переместил их выше, к её талии. Его взгляд остановился на ее животе, он поднялся на колени и нежно толкнул ее на спину, последовав за ней, пока чуть не подмял ее под своё тело. Она обняла его за плечи, когда он сдвинулся ниже, уткнувшись носом ей в живот. Он начал что-то тихо бормотать, поначалу она была уверена, что он говорит с ней, но когда он продолжил шептать ей в живот, она решила, что он говорит с ребенком. Она прикрыта свою сентиментальную улыбку ладонью, решив ему не мешать, хотя слезы щипали глаза.
Он не переставая тыкался в неё носом, а она гладила его по волосам, пока он вдруг не приподнялся и не заревел на весь лес так громко, что у нее зазвенело в ушах. После ошеломляющей тишины в ответ раздался хор воплей от его семьи. Она стряхнула с себя оцепенение и рассмеялась, когда осознала, что он, должно быть, только что объявил об их положении.
— Рут! Что, чёрт возьми, это было?! — крикнула Мойра со своей площадки.
— Грон узнал о малыше! — крикнула Рут в ответ. — Он счастлив!
— Ох. Он меня напугал! — отозвалась Мойра, хотя ее было трудно расслышать из-за рева Гэндри, сотрясавшего лес. — Ты рада? — уточнила Мойра.
— Да! — откликнулась Рут в ответ, смеясь.
Дальнейший разговор двух женщин был прерван появлением родителей Грона, площадка покачнулась, когда на нее спрыгнула Грила. Грон приподнялся на коленях, чтобы поприветствовать их, но не позволил сделать это Рут, его руки все еще наглаживали ее бока, когда она с трудом приподнялась на локтях, чтобы ее не застали лежащей.
Грисс и Бру подошли ближе и поздравили своего сына, сжав его плечи и погладив по голове, в то время как Грон с радостью принимал их знаки внимания. Рут оставалось только пялиться на Грилу, которая возвышалась над ней и в лучшие времена. Ее свекровь присела на корточки рядом с ней, положила руку на живот Рут и что-то прорычала, что, как догадалась Рут, было некой материнской мудростью, которую ей очень бы хотелось узнать. Но все, что она могла сделать, — это кивнуть.
— Спасибо, — прошептала она, испуганная серьёзным выражением лица Грилы.
Следующим прибыл Тройи, он спрыгнул на площадку и присоединился к Гриссу и Бру, поздравив Грона и обменявшись с ним парой слов. Крану и Мойра появились вслед за ним, Мойра поднялась по ступенькам с Крану на хвосте, не отстававшим от неё ни на шаг. Мойра замешкалась, когда увидела Грилу возле Рут, держась на периферии, вместо того чтобы присоединиться к ним, ожидая своей очереди к будущей матери. Рут заметила, как Крану поднял одну из рассыпавшихся бусин и принялся разглядывать ее, а потом перевел взгляд на Мойру, которая старалась не смотреть ему в глаза.
Наконец Грила решила, что уделила Рут достаточно внимания, встала, отпихнув своих самцов в сторону, чтобы пообщаться с сыном, который чуть не завалился под силой ее объятий и тряски, радостно что-то рыкнув ему. Он рыкнул в ответ тоном, который должен был заставить его мать отпустить их.
Рут воспользовалась тем, что он отвлекся, чтобы попытаться освободиться и встать, но он поймал ее и удерживал в положении лежа, на этот раз благоговейно поглаживая ее живот, даже при том, что продолжал говорить с Грилой. Рут сдалась и со снисходительным раздражением позволила ему это, улыбнувшись. Несмотря на весь стресс, беспокойство и страх, через которые она прошла, сейчас она была счастлива, что ее холили и лелеяли. Она знала о ребенке уже несколько месяцев, так что могла позволить Грону и его семье насладиться моментом.
Глава 14
Рут лежала на мягкой траве под солнышком. Грон лежал вместе с ней, положив голову ей на живот — его любимая поза в эти дни. Он рассеянно поглаживал ее кожу кончиками пальцев, время от времени что-то бормоча и шепча. Она даже не пыталась прервать его разговор с сыном или дочерью.
Рут выругалась, возясь с бусинами на ожерелье. Грон с любопытством поднял голову, приподнявшись на одной руке, чтобы лучше видеть. Он потянулся к свободному концу ожерелья и прижал его к своему плечу, словно примеряя, затем осторожно потянул. Она потянула в ответ, чтобы он отпустил.
— Оно ещё не готово, — с улыбкой отчитала она его, и он заворчал от нетерпения, после чего снова лег на спину, продолжив щекотать ее кончиками пальцев.
Все складывалось прекрасно с тех пор, как раскрылся большой секрет о малыше. Грон проявлял к ней особую заботу, приносил ей еду в два раза чаще, чем раньше, и трижды ее проверял, прежде чем отдать Рут. Он не позволял ей долго ходить или карабкаться вверх и вниз так часто, как она привыкла, кидаясь к ней, чтобы подхватить на руки всякий раз, когда решал, что с нее хватит.
Его родители тоже преподносили ей подарки, например, венки из цветов или резные деревянные вещи, о назначении которых ей в основном приходилось догадываться. Рут наслаждалась тем, что ее баловали. Теперь она могла проводить с Гроном все своё время. Ей больше не нужно было таиться.
Мойра, Тройи и Крану по-прежнему были где-то неподалеку, но Рут вынуждена была признать, что последние несколько дней она пренебрегала своей подругой. Мойра часто отсутствовала, а Крану выглядел таким раздраженным, что она старалась держаться от него подальше. Тройи, как обычно, сидел с ними, и Рут казалось, что он поздравлял их, особенно Грона, который теперь казался чересчур болтливым, но если он замечал Мойру или Крану, то сразу убегал к ним. У Рут создалось впечатление, что, возможно, Грон слишком много говорил о ребенке своему другу.
Она напевала себе под нос, держа свою работу на свету, чтобы видеть, что она делала. Золотой солнечный свет пробивался сквозь зеленый полог над головой.
Какое-то движение привлекло ее внимание, Рут повернула голову и увидела идущую к ней Мойру в футболке и шортах. Она потирала поясницу и слегка морщилась. Мойра подошла и села рядом с Рут.
— Вот, что я тебе скажу, Рут, это ты во всем виновата, — выдала она.
— Что? Что я такого сделала? — спросила Рут, пытаясь сесть, но безуспешно, поскольку Грон придавил её сверху.
— По-моему, Крану хочет, чтобы я родила ребенка раньше тебя, — сказала она.
— А я все гадала, куда ты запропостилась, — рассмеялась Рут.
— Это совсем не смешно! Я не могу столько трахаться, по крайней мере, без матраса, — пожаловалась Мойра.
— Ты уже сказала ему, чтобы он отвалил? — спросила Рут.
Мойра опустила взгляд, сорвав несколько травинок у лодыжки.
— Нет… Я всегда забываю, когда он… делает все, чтобы эта идея казалась заманчивой!