- Полковник Брэдли звонил, просил тебя зайти к нему после дежурства, - войдя в ординаторскую, сообщила Карола.
- Ага, – кивнула Лесли, продолжая заполнять карточку.
- Так ты смотри, не забудь! - Поскольку сейчас они были одни и притворяться нужды не было, обычные медово-щебечущие нотки в голосе девушки отсутствовали, вместо этого в нем чувствовалось любопытство: зачем полковнику Брэдли - первому лицу в Лоридейле - понадобилась вдруг какая-то Лесли Карни?!
Все это Лесли отметила на уровне рефлекса - как и большинство маркетиров, она умела улавливать малейшие ньюансы интонаций собеседника и делать из этого выводы. Не то чтобы от Каролы ей грозила какая-то опасность, а просто по привычке - все-таки девять лет маркетирства накладывают на человека определенный отпечаток.
***
Дежурство Лесли закончилось в пять вечера, и уже в четверть шестого она вошла в штаб и поднялась на второй этаж. Сказала часовому:
- Лесли Карни - к полковнику Брэдли.
Тот вежливо кивнул:
- Проходите, миссис Карни, командующий вас ждет.
Хотя Лоридейл давно уже не был военной базой, большинство окрестных жителей по старой привычке называли полковника командующим. И все знали, что в этом, образовавшемся на месте базы городке именно он - "первый после бога".
Но для Лесли полковник был ещё и человеком, которого она знала с детства, которому когда-то, маленькой девочкой, приносила с кухни обед и, пока он ел, сидела и записывала в "Журнале базы" то, что он диктовал. Полковник казался ей тогда ужасно старым, лишь позже она поняла, что в ту пору ему было лишь немного за сорок.
А теперь ей самой уже тридцать - а ему... пожалуй, шестьдесят пять, если не больше. Впрочем, время его почти не изменило, он по-прежнему оставался таким, каким она его помнила с детства - невысоким и cухощавым, с глубокими морщинами на щеках; разве что волосы от седины стали светло-песочными. И голос был, как и прежде, низким и четким:
- Привет, Лесли. Проходи, садись. Чаю со мной попьешь?
- Да, с удовольствием.
- Организуй чай и... чего-нибудь там, - сказал полковник вошедшему вслед за ней часовому. Тот козырнул и вышел.
Лесли села в придвинутое к письменному столу кресло. Взгляд полковника - серьезный и пристальный, словно бы испытующий, вызвал у нее неясное чувство тревоги, да и заданный им вопрос показался странным:
- Как дела, как муж?
- Нормально...
Не за тем же он ее вызвал, чтобы о семье расспрoсить! Значит, это "прелюдия" перед чем-то... перед чем?
- Мама приходила, жаловалась? - озвучила свою догадку Лесли.
- Да, ещё на прошлой неделе. - Показалось - или полковник едва заметно усмехнулся? – Но я ей сказал, что вмешиваться в это дело не буду. Нет, я тебя позвал совсем по другому вопросу.
Вошел ординарец с подносом, выгрузил на стол чайник, чашки, плошку с кленовым сиропом и тарелку с булочками.
- Разольешь? - с улыбкой спросил пoлковник.
Хотя естественный вопрос "По какому?" вертелся у Лесли на языке, она тоже улыбнулась и потянулась к чайнику. При всем уважении к полковнику Брэдли, давать перед ним слабину она не собиралась. Сам же ее вызвал - значит, скажет, и скоро: долгие разговоры ни о чем не в его стиле.
Так и вышло - дождавшись, пока она разoльет по чашкам розоватый отвар брусничного листа, который в Лоридейле обычно называли чаем, полковник сказал, совсем просто и буднично:
- Будущей весной я отправляю экспедицию на юг. Я хочу, чтобы ты пошла с ней.
Он взглянул на Лесли, наверняка ожидая вопросов - пришлось спросить:
- А что за экспедиция?
- Дальняя разведка. Две основные задачи: первая - по пути следования отметить на карте дороги, мосты и людские поселения. И вторая, – пристально глядя ей в глаза, он сделал короткую паузу, - Логово. Сама понимаешь, как мне важно знать, действительно ли уничтожена банда. Вот это вам и предстоит выяснить.
- Взрыв тогда был жуткий... – сказала Лесли, вспомнив залившее полнеба черно-багровое облако.