— Ну и что ж тогда? — допытывался он. — Да не тяни ты, бхат-сахиб!
— ...тогда Абдулла Кутб Шах, славный правитель Голконды, решил испытать всех чужаков, которые пришли на Декан, — нараспев продолжал историю бхат. — Повелел он застрелить оленя и разрубить его на части — по куску на чужака. Велел созвать их.
Голландец принял в руки свою долю, поклонился правителю Голконды и ушел. Абдулла Кутб Шах решил, что это торговая и деловая нация.
Португалец не взял своей доли, а бросил ее слуге. Абдулла Кутб Шах тотчас же решил, что португальцы — народ чванливый и честолюбивый и что португалец скорее умрет, чем уронит свою честь.
Франк выхватил меч, разрубил свою долю на два куска, швырнул их на землю и ушел посвистывая. Абдулла Кутб Шах решил, что франки — народ отважный и беспечный и любят широко жить. Вот какие дела, друзья!
Бхат опять замолчал, с хитрым видом поглаживая бороду.
— А как же ангрез, бхат-сахиб? — спросил Садык. — Чтобы Абдулла Кутб Шах делил оленя и рядом не было ангреза? В жизни не поверю!
Бхат усмехнулся:
— Ясное дело — был ангрез. Только он не стал ожидать дележки, а схватил самую большую часть туши и задал деру...
Взрыв хохота покрыл слова бхата. Соварам такой конец истории понравился.
— Это на них похоже...
— Они лютее тигров-людоедов. Разорили весь Карнатик.
Бхат поднял руку.
— А слыхали вы, как ангрезы обманули славного Шах-Джахана?[60]
— Нет, не слыхали!
— Дело было так. Когда ангрезы приплыли в Хиндустан на своих больших кораблях под парусами, они попросили у Шах-Джахана совсем немного места, чтобы вести торговлю[61], — кусок земли с воловью шкуру. Шах-Джахан согласился. Но ангрезы умудрились отхватить такой кусок, что смогли выстроить крепость и порт.
— Как же так, бхат-сахиб? — спросил джукдар. — На воловьей шкуре уместятся три человека, от силы пять...
Бхат объяснил:
— А вот как. Ангрезы разрезали шкуру на полоски тоныше нитки и огородили ими столько земли, что хватило на целый город.
— Не следовало славному Шах-Джахану пускать ангрезов, — покачал головой джукдар. — Поди выгони их теперь. Ангрез что пиявка: не отвалится до тех пор, пока не напьется вдоволь свежей крови.
— Хайдар Али выгонит их и станет падишахом всего Хиндустана, — сказал Садык.
— Слава Хайдару Али! — раздались возгласы вокруг костра.
Джукдар заметил:
— Спасибо тебе, бхат-сахиб, за твои рассказы. Не просто служим мы Хайдару Али за жалованье. Вместе с ним ангрезов со своей земли гоним. И теперь сабли наши и пики будут верней разить врага.
— Не мне, а вам спасибо, что пустили к своему костру бездомных путников.
Совары заговорили наперебой:
— Оставайся с нами, бхат-сахиб! Найдем дело тебе и твоему племяннику.
— Полюбились нам твои истории.
— В самом деле, оставайся, — вмешался джукдар. — Нелегко ведь без пристанища.
— Может, позже, — отвечал растроганный бхат. — А сейчас надо нам идти в столицу.
[60] Шах-Джахан — могольский император, правил с 1627 по 1658 г.
[61] Впервые разрешение вести торговлю в Индии англичане получили у императора Джахангира в 1608 г.