— Отлично. Сделай это прямо здесь. — Баал упёрся подбородком в ладонь и ожидал действий подчинённой.
Без лишних слов Сара подняла тело эльфа на уровень своего лица. Время будто замедлило свой ход, растягивая тягостные секунды. Зажмурившись так, чтобы боги не увидели, она одним движением свернула Авелю шею. Затем его уже безжизненное тело было опущено.
— Хм. Ладно. Ты свободна, Сара. Мы запомним твою преданность. А показать свою полезность ты сможешь уже завтра утром, когда орда зверей доберётся до наших границ. А сейчас — иди.
Девушка благодарно поклонилась и вышла из комнаты, где заседали боги, забрав труп Авеля с собой. В её голове сейчас не могла уместиться ни одна мысль. Бездумно бредя вперёд, она всё же пришла к своей комнате.
Сара упала на кровать, положив труп Авеля рядом. Ей было слишком больно на него смотреть. Девушка зарылась лицом в одеяло и беззвучно плакала. В голове крутилась фраза эльфа «Любой грех можно искупить», но Сара никак не могла поверить. Разве можно как–то загладить всё, что она натворила? Она даже убила его, Авеля. Хотя это и был его план, его желание, но всё же. Она не могла себе этого простить.
Но эмоции со временем уступили место апатии, а затем и здравым мыслям.
— Всё будет хорошо. Обязательно. — дрожащим голосом проговорила она и села на колени рядом с телом эльфа.
Она открыла систему, взяла тот самый навык, о котором говорил Авель, и тело её возлюбленного начало чуть–чуть светиться, а перед лицом девушки появилось сообщение о возможности создания артефакта.
— Ну что, пора, дорогой? — грустно улыбнулась Сара, утерев заплаканное лицо.
Подтвердив начало создания артефакта, девушка выбрала сосудом тот веер, украденный у богини. Он, как и платье Сары, подсвечивался определённым цветом, когда восходящая пыталась выбрать его для роли сосуда. Интуитивно догадавшись, что чем лучше вещь, тем больше силы она сможет вместить и для этого понадобится хороший сосуд. Экспериментальным путём она выяснила, что в её распоряжении есть вещи трёх цветов. Белый — обычные, невзрачные предметы, не несущие особой ценности. Синим — сосуды получше. И фиолетовым вещи, являющиеся чем–то особенным. Такими были лишь веер, платье и, как ни странно, одежда Авеля, которую он никогда не менял. Классический костюм с серебряными запонками и матово чёрные туфли.
Когда процесс создания начался, девушка от неожиданности упала на эту самую одежду, ведь самого эльфа уже не было. Он стал частичкой артефакта. Начав кашлять кровью, Сара начала переживать, неужели кто–то отравил её или тьма вернулась на своё место? Но всё оказалось куда прозаичнее. Навыки, внедрённые в тело восходящей, таким образом отделялись и впитывались в артефакт. Тот в свою очередь стал чуть больше, приобрёл изображение золотой руки на одной стороне и стал зеркальным на второй.
Сара чувствовала себя опустошённой, но с замиранием сердца тут же схватила веер, поднеся к лицу. Но обзор преградила табличка от системы возвышения.
«Поздравляем с созданием артефакта!
Ваш артефакт:
— Отражение властной души-Вложенные навыки: 6
Вместительность: 5
Утраченные навыки: паралич
В отражении вы можете увидеть душу, запечатанную в артефакте, и взаимодействовать с ней, переходя в зеркальный мир. Всё развитие, получаемое владельцем артефакта, передаётся и душе. Возможно поменяться местами с ней местами на один час в три дня. Любой, кто увидит изображение золотой руки на обратной стороне веера, станет подчиняться владельцу, если тот уже не находится под чьим–то контролем. Удача уже под вашим контролем.»
Сара спешно закрыла окошко и посмотрела в веер–зеркало. И увидела она лишь своё отражение. Через пару секунд ожидания её руки затряслись, но тут, словно старый телевизор, артефакт ожил и в нём Сара увидела нечёткий образ. Будто страшный рисунок ребёнка. У фигуры нельзя было различить рук или ног. Голова тоже являлась частью общего туловища. Единственное, что девушка смогла различить в этом чёрном силуэте — жёлтые глаза, горящие, словно угольки.
— Авель! Это ты?! — Сара с придыханием обратилась к фигуре.
— Авель? Кто это? — после некоторой задержки ответило существо хриплым, нечеловеческим голосом. Сара не могла сравнить его с голосом монстра, но он множился, и каждая из этих реплик заканчивалась чуть по–разному. Выходило что–то вроде «Авель? Кто это/я/ты.»
— Н-нет… — Сара осторожно положила на кровать веер, пытаясь на него не смотреть. Она пыталась забыться и не напоминать себе снова о том, что произошло. О том, как она убила Авеля и как он… не вернулся. Может его поглотила тьма, может навык не сработал, а может он превратился в… это. Не важно. Ведь всё это сделала она. Она убила Авеля собственными руками.
— Ты меня слышишь/видишь/чувствуешь? — неизвестный дух пытался привлечь внимание восходящей, но та с трудом удержалась от того, чтобы не разбить зеркало.
— Заткнись. Заткнись, заткнись, заткнись!
— Почему? /за что? /ответь.
— Я не хочу тебя видеть!
Сара со злостью схватила веер, сложила его и положила в потайной кармашек её платья. Да, был и такой. Благо, он находился там и в отключённом состоянии платья. Ведь больше в ней не было тьмы, способной поддерживать его работу.
— К чёрту всё это. — сказала Сара, пытаясь заснуть перед новым приступом слёз.
Сон никак не шёл. Мысли разрывали голову, не давая даже расслабиться, не то что уснуть. Девушка мысленно рычала от высшей степени негодования. Появись кто в этот момент рядом, она набросилась бы на него, как дикий зверь. И так расшатанная психика не выдерживала подобных нагрузок. Однако кое–как, но Саре удалось поспать урывками. Когда в её дверь постучались, она ударила каменную стену, пытаясь хоть ненадолго снизить уровень ярости, чтобы не разорвать пришедшего на части. Удар, конечно, был не настолько мощным, как у той же Лисандры, но на поверхности стены оставалась внушительная вмятина. И это было странно, учитывая, что камень должен был скорее раскрошиться, но девушка не придала этому значения. Это база тёмных, здесь может быть что угодно.
Наспех надев платье, неухоженная Сара открыла дверь. Её не выспавшийся и раздражённый вид заставили пришедшего осечься, но он тут же продолжил.