И я, как актёр, в случае проигрыша, лишусь не своей «славы» или «чести», а сразу головы. Такое вот вождение окружающих за нос не простит никто. И будет прав. Потому что это прямое указание на слабость, на то, что трон шатается под князем Каннаритании. И даже кровавый князь был лучше, потому что он держал трон в ежовых рукавицах. А значит, это прямой приговор, приговор от своих же.
Мне надо отыграть свою роль безукоризненно, без единой фальшивой ноты.
Осознавая в каждый момент времени, что я — это я.
Некоторое время я могу разыгрывать карту с амнезией от проклятья, и если всё пойдёт гладко, князя Канната просто убьют немного раньше, чем заговорщик планировал изначально.
Главное разыграть её правильно…
Глава 18. Проклятье Синей воды
Я считала, что готова к любому повороту. В конце концов, я же как-то продержалась всё это время здесь, во дворце князя Канната, продержусь ещё немного. Пока не появится изначальный заговорщик и не убьёт «меня». К сожалению, судя по письму кёнингской королевы, приходится говорить о том, что это очень даже может быть Ритани.
Да, есть определённые моменты, которые не дают мне вот так рубануть с плеча, и заявить, что да — это он. Но теперь я не могу уже так уверенно говорить о том, что это не он.
Всё запуталось.
Всё настолько запуталось, что я уже ничего не понимаю.
Итак, если вернуться немного назад…
Я оглянулась и прищёлкнув пальцами, придала иллюзии князя Канната спящую позу. Поскольку в разгромленном кабинете теперь предстояло убираться и убираться, оставаться там «мы» не могли. Пришлось перебираться в спальню. А с тем учётом, что всё же не замок, а натуральный проходной двор, если кто-то явится, то лучше, чтобы у князя было приличное внешнее оформление. Раз уж теперь он моя кукла, то и куклой он должен выглядеть прилично. Пусть он и кровавый князь, но князь. Особенно для меня.
Если говорить о разгромленном кабинете, что-то подсказывало мне, что заговорщик (я всё же не могла поставить знак равно между заговорщиком и Ритани) этим воспользуется, чтобы оформить кабинет под свой вкус. Тот, кто всё это делал, определённо не был дураком и умел считать деньги, да и в принципе, начни кто-то ремонт сразу после смерти князя — слушки пойдут дурные. А так всё в шоколаде разом: и кабинет идеальный, и никто рта не по делу не раскрывает.
Возвращаемся немного назад.
Что я вообще знаю о том безобразии, которое здесь происходит?
Мой отец каким-то образом оказался в долгу у Канната, причём «долг жизни». Это ещё более худшая история, чем любой другой долг. Это очень страшно, честно.
Неважно. Итак. У нас есть «долг жизни», семь драконов, которые заняли высокое положение в Ниларской империи, но вместе с принцессой отправились в качестве её приданого в Каннаританию.
Здесь на выходе мы получили, что у всех семерых были свои причины отправляться именно сюда.
Знаю ли я о них?
Сантайр… не в курсе.
Астарт. Знаю. Артефакт с душой его сестры. Точнее, для него это была единственная память о ней, но на деле получилось так, как получилось.
Раяра хотела снова быть с тем, кого любит. Наивная и очаровательная эльфиечка очень старалась доказать ещё и себе, что она повзрослела, что теперь она может противостоять князю Каннату. К счастью для неё, настоящий князь Каннат до неё уже не добрался.
К несчастью, того осколка, что диктовал замок, было достаточно, чтобы очень сильно её покалечить. Морально. Не физически. Каннат не был уродом и садистом. Чудовищем и монстром — да.
Отвлекаюсь.
Таймгар вернулся, чтобы отомстить за смерть своей сестры, и он успешно это сделал. Опять же, с моей лёгкой руки.
Он был одним из трёх драконов, чью присягу я получила. Он, Астарт и как раз Раяра.
Но что забыли на территории княжества остальные драконы?
Зелёный дракон. Вестон. Орк.
Синяя драконесса. Денден. Орчанка.
Голубая драконесса. Арранайра. Человек.