Я ощутил кровь на губах.
- Не смотрите так. - Туранн заерзал, будто кресло защемило ему зад. - Это не то, что вы подумали. Рыцари не бегают, отрезая всем яйца. Это добровольно.
- Добровольно.
- Поверьте. Мерины и стерилизованные самки признаны годными для лучшей работы внизу. Работы с людьми. Занятий, требующих социальных навыков, какого-то образования, грамотности и так далее. А целые вкалывают на плантациях, может, грузчиками в доках, и то если повезет. Или в шахтах. Вы удивитесь, но добровольцев стало много.
- Нет, не удивлюсь. - Умницы. Амбициозные. Отрицательный отбор: удаление опасных черт.
Я укусил губу и сглотнул. - Итак?
- Итак, все мои "языки" - годные. Целые и годные почти стали двумя разными культурами. Вроде, знаете, каст...
- Я просек, как это работает. - Я глянул в окно, на толстую самку, что слонялась по парапету, греясь на закатном солнце. - Вот почему они так взвились, да? Эти членокуры из Лика Свободы.
- В Империи гриллы - полноправные граждане. - Туранн повел рукой в сторону окна. - Здесь же они...
- Укрощенные. - Я смотрел на толстую сучку, но на деле видел других. Пляшущих в свете костров у подножия моего креста. Снова.
Буду видеть это до конца жизни.
- Спросите, не разбилось ли мое гребаное сердце.
- Эй, я не политик. Лишь собираю информацию и пишу доклады, и через полтора года снова стану одной персоной. В Анхане. Где укрощают лишь рыцарей Хрила.
- Это точно. - Я бросил бумаги на стол и начал подбирать остатки снаряжения. Пружинная дубинка попала в узкую кобуру, я закатал рукав и прикрепил ее у левого предплечья. - Что с Учениками?
- Вы о кейнистах?
Я скорчил рожу. - Как ни назови...
- Вне закона. Вероятно, вы понимаете, почему.
- Могу догадаться.
- Хриллианцы не стали бы терпеть и саму Церковь, если бы Ма'элКот не подтвердил дары Тоа-Фелатона сразу после Первой Войны за Наследие. И еще, знаете ли, Шпиль...
- Ага.
- Так что элкотани они любят. Но мы все равно должны играть по их правилам, если вы понимаете. А вот кейнисты - у них, ах, так сказать, сложное отношение к самой, э, идее закона...
- Нашли кому рассказывать. - Я пристегнул последний ремешок кобуры с дубинкой.
- Откровенно говоря, от них большие неприятности.
- Ха. - Я спустил рукав и посмотрел, естественно ли он лежит. - Попробуйте видеть моими глазами.
- Если вы не против, я спрошу... - Туранн развернул кресло к камину и принялся скармливать огню бумаги, по одной. - В чем интерес Императора к Орбеку?
Я вложил ножи в ножны, вшитые в различные укромные места одежды. - Я не работаю на императора.
- Не?.. Но я, гм... то есть все знают...
- Мы друзья. Может, даже одна семья. И всё. - Я развязал веревочку кисета и заглянул внутрь: россыпь стальных отмычек и напильников. - Он не говорит мне, что делать.
- Что-то личное?
- Всё личное. - Я завязал кисет и сунул в ту же сумку, куда легли запасные гранаты, а гарроту вложил за голенище.