Кейн Черный Нож: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- О, конечно. Спасибо. - Опираясь обеими руками о больное колено, я задышал как меха, вдувая в голову ясность. - Это насчет Орбека?

- Неужели трудно догадаться? Орден Хрила и Гражданство Бранного Поля интересуются, как вы связаны с этим вашим огриллоном.

- Он не мой огриллон. - Прижатая к виску рука помогла загнать тихую грозу обратно в череп. - Он мой брат.

- Так вы сказали брату Кершоу. И Наш Владыка Отваги не услышал лжи. Но вы же монастырский. Эзотерик. Скорее всего профессиональный убийца.

- В отставке.

- В недавние времена вы были бы с ним смертельными врагами.

- Так и было. Но мы поднялись над этим.

- Как такое случилось - стало бы интереснейшей историей...

- Впрочем, слишком долгой. - Чертовски долгой. - Легче пережить, чем передать.

- ... которая меня вовсе не интересует. Мне важно, что вы расскажете о Лике Свободы.

- Будьте уверены, я сказал бы много интересного, не боли так голова. Что за хрень этот Лик Свободы?

Тиркилд ответил с искренним сожалением: - Это Пинхолл.

Я снова предвидел. И снова зазря. Он бил другой рукой. Что не легче.

Я лежал на спине, когда открылись глаза. В мускулы правой половины шеи вцепилась стая бешеных белок. Я не видел их. И не слышал и не чувствовал, слабо поводя рукой. Но эти мелкие твари были полны энтузиазма. Высокопроизводительного.

Бежевое пятно, вполне могущее быть лицом Тиркилда, висело где-то над головой.

- Боюсь, не миновать мне Малого Искупления за сии дела. - Его голос был размыт и широк, как океанский прибой. - Фримен Шейд, должен сказать вам, что по чистой случайности - печальной для вас - мой дражайший отец, Рыцарь куда более славный и благородный, нежели моя жалкая особа, был подло убит. Ассасином из Монастырей. Теперь вы понимаете лучше?

Камень становился плотью и обратно, мои руки и ноги спазматически дергались; я не мог даже пошевелиться. - Будь я... проклят...

- Да, знаю, это черный грех, обвинять человека за преступление его брата; но я понял, что не смогу противостоять радости. Хоть чуть-чуть. Отсюда и ожидание Малого Искупления, о котором я упоминал. В некоем грязном уголке души я нахожу надежду, что вы продолжите играть в увертки и бросать нечестивый вызов, дабы я мог применять Руку Хрила к вашей грешной голове, пока из глазниц ваших не выльются остатки гнусных монашеских мозгов!

Тело вспоминало и напоминало о себе. Я обратил это себе на пользу, обвившись вокруг медицинбола из колючей проволоки, что вырос под ребрами.

- Мне будет так жаль... жаль вашего папу и вашу грязную душу и так далее... - Струйка крови изо рта тянулась к камням пола. - Если вы не выбьете из меня все дерьмо вместе с...

- Встать можете?

- А нужно?

- Вам не понравится использование сапога.

- Я и от рук не фанатею. - Я выставил свою руку. - Ладно, погодите. Сдаюсь. Дайте пару секунд на передых, а?

Тиркилд развел руками, сочувственно улыбаясь.

Я нащупал одну из каменных скамеек у стены и вполз на нее. Камера кружилась, стены напирали, живот свело; я встал, проковылял мимо стражника к медной вазе в углу, чтобы решительно избавиться от сыра, орехов и сухофруктов, коими перекусил час или два назад.

Снова упав на колени, опершись на вазу, я выблевал кровью. - Имеет ли значение, если я расскажу правду?

- Каждое правдивое слово удаляет одно пятно с вашего смрадного сердца, - довольным тоном сообщил Тиркилд.

- Никогда не слышал о говенном Лике Свободы, пока вы не произнесли эти два слова.

- Давайте, фримен. Не испытывайте мое терпение.