Сначала он хотел отвести его в дежурку, а потом решил, что это будет слишком близко к сэнсею, и выбрал кухню. Тем более что скоро все равно надо будет готовить обед.
На кухне Вадим, как благовоспитанный мальчик, уселся на табуретку — ладошки под себя, — и они поговорили. Вполне светски.
— Чайку заварить?
— Чай-кю?
— Да, чайкю. Заварить?
— А какой у тебя?
— «Крепкий».
— Ну, уж я надеюсь, что не жидкий…
— Да нет. Называется так: чай «Императорский. Крепкий».
Вадим задумчиво спел:
— «Чай «Великий Тигр» каждый выпить рад…»
— Понятно. Может, кофей-кю?
— «Кофе пить будем и державу подымем!..»
— Хм. Ты сегодня в хорошей форме. Может, водочки?
— Нет, — сказал Вадим решительно. — Хватит с меня. Тем более я теперь человек внутренне чистый. Зачищенный, так сказать. Кстати, ты видел, как он это делает?
— Богдан? Нет. Не видел никогда. А что?
— Так. Интересно было бы посмотреть. «Зачистка», как никак, не хрен собачий. «Зачищение подпространства».
— Не знаю, не видел, — повторил Роберт. — Знаю, что он ушел к тебе со своим воспитуемым, с Вовой с этим, а потом через полчаса вышел, очень мрачный, и сказал: «Все, хватит с него, засранца…» То есть — с тебя.
— А Вова что сказал?
— А Вова не сказал ничего. У Вовы был такой вид, будто он вообще смутно представляет, где он находится и который на дворе год.
— Сильная штука — эта зачистка, — сказал Вадим. — Я ничего не помню. А проснулся — будто это не я. Будто выздоровел от какой-то застарелой пакости… Представляешь?
— Нет.
Вадим покивал, глядя мимо Роберта в окно.
— Будто совсем новый человек, причем даже — малознакомый. Мощная штучка — наш Богдаша. А я, надо признаться, никогда в него по-настоящему не верил. Думал, все это так, залепуха. Для старух… — Он помолчал. — Впрочем, в любом случае все это — ненадолго. Увы.
Роберт на захотел уточнять. Да он и сам знал, что — ненадолго.
— А Матвей где? — спросил он. Просто так спросил. Чтобы переменить тему.
— Я от него улизнул.
— Правда? А я думал, он внизу, у себя в машине сидит.
— Он наверняка сидит где-нибудь у себя в машине, но вряд ли внизу… А зачем он тебе?
— Да так. Поговорить хотел.